Анна Одувалова – Несмертельные проклятья. Академия для строптивой (страница 11)

– Я не била ничего! – Писк вышел жалкий. – В зимние каникулы меня тут даже не было!

– А мне без разницы. Знаешь, как дамы из министерства визжали, увидев твое нечто? Оно к их приходу еще немного шевелилось – очень походило на конвульсивные подергивания. На них произвело сильное впечатление. На секунду я даже тобой начал гордиться, но ситуация, понимаешь ли, не располагала. Я бы, конечно, скрыл сей факт, что подарочек мне преподнесла горячо любимая и подающая надежды дочурка. Свалил бы на кого-нибудь не столь ценного. Например, на этого мажористого недомага. Его, во-первых, не жалко, а во-вторых, папа попу ему всегда прикроет. Но ведь ты, змеюка, не поленилась, подписала: «Моему любимому папочке! Долгих лет тебе и сладкой жизни!»

– Ы-ы-ы, – простонала я, с трудом сдерживая смех.

Вчера, отправляя папе подарок, я совсем забыла о том, что создание в лучшем случае доживет лишь до утра. Лучше бы мы его ночью съели. Удовольствия больше, проблем меньше.

– А ты куда смотрел, супернянька?! – Папа переключился с меня на Демиона.

– Ы… – начал тот, но быстро осекся и с ненавистью взглянул на меня. В его глазах застыли тоска и недоумение. Он тоже не мог понять, зачем я послала папе скелет с розовой ленточкой. Самое страшное, я не была уверена, что смогу это объяснить.

Меня спасло то, что сегодня занятия начинались с первой пары, и под этим предлогом я смогла сбежать. Правда, Демион меня нагнал в конце коридора, схватил за локоть и зашипел в ухо:

– Проклятие.

– Э-э? – Я не сразу поняла, о чем идет речь.

– Ты вчера сказала что-то про проклятие!

– Но ведь ты ничего не почувствовал? Да? – с надеждой уточнила я, останавливаясь. – Может, ничего и не случилось? Ну, я пошла?

– То, что я не почувствовал изменений, ничего не значит. Вечером жду тебя в библиотеке, и попробуй только до этого вляпаться в какие-нибудь неприятности. Уяснила?

– Уяснила. – Я кивнула. – Я вообще собираюсь учиться, как примерная студентка.

Я припустила по коридору и не останавливалась, пока не попала в аудиторию буквально за несколько секунд до звонка. Это спасло меня от слишком активных приветствий и расспросов. Похоже, о нашей вечеринке уже знала вся академия. Хорошо хоть слухи не дошли до папы. Или он был так зол из-за Пироженка, от которого остался один скелет, что просто забыл устроить мне выволочку еще и за разгульное поведение и распитие спиртных напитков.

Первую пару я еще отходила от утренних потрясений и откровенно тормозила. Хорошо хоть занятие оказалось теоретическим и можно было просто бездумно конспектировать то, что нам рассказывала полная, очень эмоциональная и жизнерадостная магиня.

Именно тембр ее голоса и манера подачи материала не дали мне уснуть, но я сидела молча и ни с кем не общалась. А вот следующая пара – общая теория магии – проходила в большой, расположенной амфитеатром аудитории и читалась для всего потока. Поэтому я оказалась в компании своих сонных, болеющих и поэтому злых девчонок.

Вел занятия маленький, сухонький, похожий на сморчок маг. Длинная мантия волочилась по полу, а голос, совсем не старческий, эхом разносился по аудитории.

– Я больше не буду с вами пить… – стонала Сильвена, придерживаясь ладошкой за голову. – Так и знала, что от этого плавающего червяка одни проблемы!

– Никто тебе насильно не вливал! – буркнула Риз. – И змий тут ни при чем! Нечего было мешать зеленый напиток с вишневой наливкой! Сама виновата. И вообще! Змия какая-то сволочь вчера уперла. А я, как назло, не помню ничего. И Лира тоже. Касс, а ты?

– Не-е-е, – проблеяла я, вспомнив Демиона с бутылкой, и быстро перевела тему разговора в более безопасное русло. – Что вы стонете?! Все же нормально!

На меня уставились три очень злобные пары глаз. Девчонки мигом забыли свои проблемы.

– К нам, не то что к некоторым, личные вытрезвлятели с утра пораньше не приходят! – Сильвена фыркнула и отвернулась.

– Ага! Кто-то хотел оказаться на моем месте и объяснять папочке, почему с утра под дверью его поджидал изляпанный масляным кремом скелет с розовой ленточкой? – зашипела я, и девчонки синхронно прыснули в кулаки. На моем месте оказаться не хотел никто.

За шум и возню мы были награждены суровым профессорским взглядом. Пришлось успокоиться и начать спешно конспектировать все то, что пропустили. Молчание длилось до тех пор, пока под конец пары Сильвена не сказала громким шепотом:

– Кассандра, я, кажется, знаю, кто может помочь с твоей клубничной проблемой! – И указала подбородком на сухощавого мага.

– Магистр Эрриус? – удивилась я. – Но как?

– Тихо вы, сейчас выгонят! – шикнула на нас Риз, и я послушно уткнулась носом в конспект, а Сильвена одними губами сказала:

– Потом.

«Потом» наступило после второй пары, когда мы взяли штурмом столовую и отбили очень симпатичный столик возле окна у третьекурсниц, которые успели к нему на секунду раньше нас. Аргумент: «А папа сказал…» – сработал безотказно. Девиц как ветром сдуло.

Вообще я не любила нечестные приемы и крайне редко пользовалась своим положением, но в этот раз не устояла перед соблазном. Мегеры изрядно отравляли жизнь Сильвене и называли ее блаженной. С ними сложно было спорить, но некоторая блаженность – не повод для травли. Я отвоевала нам просто столик, а Сильвена – еще чуток собственного достоинства, и это меня радовало.

Так как вчера я осталась без обеда и даже без ужина, сегодня оторвалась по полной.

– Ты не лопнешь? – уточнила Риз, которая печально чахла над двумя веточками зеленого салатика, а в мою переполненную тарелку смотрела чуть ли не с ненавистью. Подруга внезапно вспомнила про то, что скоро лето, и вознамерилась экстренно похудеть, поэтому жующие окружающие вызывали у нее нездоровые чувства.

– Нет, – отрезала я и с наслаждением посмотрела на огромный свиной стейк. – У меня юный растущий организм. И стресс. Мне нужно много кушать.

– Потолстеешь, – мстительно заметила Риз и снова поковыряла вилочкой салатик.

– Я? – Удивление было искренним. – Риз, с моим шилом в попе это точно не грозит.

– Да уж! – хмыкнула немного повеселевшая Сильвена. – Точно не грозит! Тебе грозят коварные клубнички! Они способны испортить весну – пору любви! А весна не за горами. Осталось-то всего ничего.

Я на нее шикнула, но тоже не выдержала и засмеялась. В академии магии мне нравилось определенно больше, чем в пансионе благородных девиц. Там я себе так и не смогла найти подруг. Здесь же все были немного сумасшедшими. С Сильвеной все ясно, она – пифия и поэтому не от мира сего. Кстати, не забыть бы уточнить у нее про предсказание, которое она выдала в пьяном бреду. Риз – тоже чудачка, повернутая на алкогольных настойках, при этом сама пьянеющая с полбокала. Лира – суровая воительница. Она обычно молчит, но всегда начеку. За две недели я про них узнала больше, чем про своих соседок в пансионе за несколько месяцев.

– Касс, что, медитируешь над своей тарелкой? – дернула меня Сильвена. – Ты слышала, что я предложила?

– Нет, – совершенно честно ответила я. – Задумалась. А что?

– Сильв предложила логичный способ избавления от твоих Труселей, – вместо пифии продолжила Лира. – Магистр Эрриус стар, словно сама смерть, значит, Труселя не воспримут его как прямую угрозу. Но, с другой стороны, он до сих пор считается одним из сильнейших практикующих магов. Не слабее твоего отца – точно. Если его попросить снять Труселя, мне кажется, все получится, – серьезно заключила валькирия.

– Думаете, он согласится? – уточнила Риз.

И тут мое терпение закончилось.

– Прямо так подойти и попросить? – Я подавилась чаем с печенюшкой. – Не могу. Вы просто представьте, как это будет выглядеть со стороны. «Профессор, не сочтите за оскорбление, но я хочу попросить вас снять с меня трусы». Нет. Причем однозначно и категорично.

– Ну и ходи тогда в этом безобразии с оборками! – надулась Сильвена. – И не будет у тебя этой весной ни личной жизни, ни общественной. Вот. Тебе же как лучше предлагаем!

– Не уверена, что так лучше, – с сомнением заметила я, покосившись на подругу, перебирающую растрепанные молочно-белые пряди волос. – В любом случае не сегодня. Сейчас у нас пары у блондинчика, а это стресс. Чую, он будет на мне отыгрываться за все. Когда я с утра уходила, папа еще собирался на него орать дальше.

– Ты рассказала ему про проклятие? – встрепенулась Риз и уставилась на меня огромными глазами шоколадного цвета. Она сейчас напоминала спаниеля тети Дэллы – старой папиной знакомой.

– Как вам сказать? – Я закусила губу. – Вчера перед сном что-то ляпнула, но ничего конкретного. Он жаждет подробностей сегодня вечером в библиотеке. А я боюсь идти!

– Так у вас свидание? – заволновалась Риз, и на ее щеках даже выступил румянец.

– Ага, свидание! – Смешок вышел нервным. – Он теперь меня будет за километр оббегать, как и все остальные парни. Папа, думаю, всем опасным особям мужского пола провел внушение лично. Я его знаю, он вполне на это способен.

– А ты сама?

– А что я сама?

– Тебе ведь Демион нравится?

– Он нахал, эгоист и иногда трус. Нет, не нравится. А потом… – Я задумалась. – Тогда, в пансионе, я поступила очень некрасиво. Причем не только по отношению к нему. К себе тоже, и мне стыдно. У него обо мне сложилось определенное мнение, и я невольно это мнение подтверждаю. Ну вот выходит так! Короче, ничего не получится, поэтому я и не парюсь. Он меня охраняет от меня самой. Ну и замечательно, у нас общая с ним цель – переждать, когда папа перебесится.