И действительно, как только обоз подполз к приметной корявой сосне, четыре телеги на полозьях опасно накренились из-за уклона земли. Обрыв кручи зазиял справа.
– Пора, – прошептал Демьян, и в этот момент их сани со скрежетом начали заваливаться на бок. Вэйны успели соскочить. Замах скипом освободил двоих коней-тяжеловозов. Раздался грохот камней. Бруски белого агатита прорвали холщовый полог кузова и лавиной ринулись в пропасть.
– Осторожно! Все с саней, живо! – скомандовал обозным мужикам Демьян. – Распрягайте коней!
Пожалуй, только Тиса заметила, как с его скипа тонкой нитью сорвалась белая вэя и понеслась поземкой над снежным настом к очередным саням. Спустя несколько секунд следующие три повозки опрокинулись одна за другой, избавляясь от ценного груза. В общей суматохе Демьян толкнул плечом лежащие на боку головные сани, и те плавно поехали под своим весом к краю обрыва, а затем, эффектно заскрежетав осью, рухнули в провал.
– Отлично, – удовлетворенно хмыкнул Невзоров, подойдя к краю берега и созерцая тонущие в желейных водах Студень-реки обломки телеги и каменную россыпь. – Теперь ждем гостей.
Пятеро вэйнов появились внезапно. Вместо лиц – калейдоскоп сменяющихся ежесекундно личин. Бурые плащи до пят, в руках – скипы. Один из них, коренастый, увешанный оберегами так, что за связкой и шеи видно не было, вышел вперед и грязно выругался.
– Что тут, мать вашу, происходит?! – Он понесся к краю речного обрыва и еще раз красочной бранью оценил обстановку. – Чтоб вас драконы задрали! Какого здесь?..
– Вот, покорно просим прощеньица, – виновато пробурчал Демьян в бороду. – Тут склон наледью затянуло. Не уследили.
Коренастый развернулся и с размаху залепил ему скипом по лицу. Игнат дернулся, но Невзоров поднял руку, подавая знак и одновременно словно прикрываясь от нового удара.
– Не уследили?! – громогласно проорал вэйн. – Да я шкуру с вас сейчас сдеру, изнаневы олухи!
– Как сдерете? – пробормотал Демьян, отступая и потирая щеку. – А камни доставать кто будет? Разве не это сейчас важно? Они коль осядут на донце, еще тяжелей тащить будет. Сейчас вместе вэей как поднимем…
– Я тебе подниму! – с новой силой разорался коренастый вэйн. – Только протяни скип, руки поотрываю!! Кому было сказано – не лапать агатит?! – Обернулся к своим. – Нет! Эти колдунишки приобозные совсем одурели, а? Прошлые были более вменяемы, или мне показалось? А эти дубины безмозглые, на кого вэя только дар потратила? – Колдун сплюнул и мрачно вынес: – Придется доложить Войславу. И пусть он сам их иссушит.
– Иссушит!? – изобразил страх Демьян.
– М-м, – протестующе промычал Игнат, будто немой.
Коренастый раздавил какую-то мелочь в руке и прежде, чем уйти в портал, бросил оставшимся:
– Присмотрите пока за идиотами, чтоб не сбежали.
Арка перехода потухла, и четверка вэйнов обступила «обозных».
– Эй, вы чего? – спросил Демьян и переглянулся с Гороховым, а затем выпрямился и уже ровным голосом добавил: – Самым верным решением, любезные, сейчас будет для вас сложить оружие.
Один из четверых, что ростом был меньше других и отличался щуплой фигурой, бросил скип на землю, чем вызвал удивленный возглас товарищей.
В этот момент главвэи напали, слаженно и мощно. Первая круговая волна была белой – от Демьяна. Она опрокинула пришедших вэйнов на снег. Замелькали толстые петли зеленой вэи Игната, и двое из противников уже не встали. Третий, что до схватки бросил скип, и не думал сопротивляться. А четвертый попытался побороться, умудрился подняться и даже пару раз провернуть осиновый скип, но был раздавлен двумя потоками бело-зеленой вэи, что буквально превратила его в безвольную куклу в светящемся коконе сети.
– Кто вы такие? – прохрипел он.
– Воспитатели, – усмехнулся Демьян. – Вы, парни, в последнее время плохо себя вели, так что угол вам обеспечен.
Игнат хохотнул:
– В застенках ССВ.
Невзоров обернулся, и только теперь Тиса и сама заметила, что в полусотне шагах за одной из опрокинутых повозок собрались люди из тех, что сопровождали обоз. Они опасливо пялились на вэйновские разборки.
– Эй, ребята, идите сюда! – кликнул их Демьян и призывно махнул рукой. – Помогите, пожалуйста, препроводить этих любезных вэйнов в лесок… Вон туда, – пояснил он дюжине подошедших. – А потом по-дружески советую всем убраться от этого места как можно дальше. Тут скоро будет очень горячо. Боюсь, как бы вас не задело.
Через минуту у обоза остались лишь двое. Главвэи рассредоточились по площадке, спешно чертя несколько вэйграмм на снегу. «Вэя, заключенная в форму, получает векторное направление и целесодержание». Фигуры на снегу вспыхивали, обретая дополнительные черты и четкость, и тут же гасли.
В довершение Демьян закопал в снег любопытную вещь – серебряный куб, испещренный древними письменами.
– Исказитель сработает по первому возмущению эфира, но полностью перекроет возможность портации только через пару минут, – поделился он.
– Две минуты – много. Как бы не удрали, – озаботился Горохов. – На месте Гранева я бы точно метнулся обратно в башню.
– Очень надеюсь, что сумею убедить его остаться. – Демьян похлопал по снежному насту рукой, обтянутой перчаткой, и поднялся с колен. – Ловушки мы, конечно, поставили, но рыбка у нас слишком велика, Игнат. Сетки прорвет. Надо будет сачковать.
– Я-то готов. Наших когда звать?
– Сразу, как появятся, шли весть. А сейчас пополняй наклады. Благо, что источник рядом. Или худо… Думаю, у нас в запасе не более минуты.
Говоря это, Демьян перехватил свой скип и зашептал. Там, где рука обхватывала рукоять, появилось свечение. Игнат последовал примеру. Минута сосредоточенности и тишины. Суровые мужские лица, плотно сжатые губы, уже не прикрытые липовыми бородами, хмурые лбы. Ветер едва шевелил ветви сосен, сбрасывая сухую хвою в недвижимые воды реки. Высоко в небе кричала птица, а за покрывалом лиловых туч мутное пятно солнца неумолимо ползло к горизонту. Видящая молилась – просила Единого уберечь того единственного, без которого ее жизнь потеряет смысл. «Только не вздумай оставить меня одну в этом мире! Слышишь?! Только выживи!» – взывала она к главвэю, глядя в серые глаза.
Все началось с того, что воздух перед вэйнами вдруг расплавился и в десяти шагах прорезалась арка перехода, из которой выступили колдуны в бурого цвета накидках. Лицо каждого прикрывал наклад смены лика. Один из них – уже знакомый коренастый. За ним – двое высоких и здоровых вэйнов, словно сбитых на одну колодку. Последний – среднего роста, но статный, с военной выправкой и черным скипом, – именно он и привлек внимание Тисы. Войслав Гранев. Почему-то видящая была уверена, что это он.
– Эй, а где?.. – коренастый осекся, отмечая брошенный людьми обоз.
– Отошли по нужде в лесок, – участливо отозвался Демьян. – Сказали, надолго, и велели не ждать.
– Это засада, – рыкнули двое высоких. Они загородили собой Войслава и мгновенно вскинули скипы из серого граба. – Отступаем в башню!
Яростная грязно-багровая стена вэи понеслась девятибалльной волной в сторону главвэев, собираясь подмять их под собой. Однако на подходе несколько белоснежных и зеленых росчерков разметали ее в клочья.
– Неужели испугались двоих? – В спины беглецам полетел смех Демьяна. – Не ожидал, что твои ребята настолько трусливы, Войслав! Если бы такие, хм, герои воевали в Панокийскую, империя никогда бы не выиграла войну.
У арки перехода Гранев замер. Медленно обернулся.
Тиса не видела лица этого мужчины из-за наклада, но заметила, как напряглись плечи отступника, на шее вспухли жилы, а рука до белых костяшек сжала черный скип.
– Я помню тебя, гончий ССВ, – сипло произнес Войслав. – Зря разоряешься. Не торопись, я убью тебя и твоих псов, но позже.
Он снова шагнул к арке.
– А как же агатит? И последний тотум? – крикнул ему Демьян. – Разве тебя не интересует полное собрание невесомых, Войслав? Полное подчинение источника. Неисчерпаемая вэя.
В этот раз Гранев развернулся куда быстрее и даже ударил скипом в плечо одного из своих телохранителей, дабы тот сдвинулся и не мешал узреть разоблачение Невзорова. Демьян же неспешно закатал рукав и продемонстрировал спираль оберега, что обвивала его руку немногим ниже локтя.
– Последний тотум, Войслав. Обещаю, другого случая его заполучить тебе не представится, – скривил он в усмешке тонкие губы.
Несколько секунд отступник думал, затем перехватил скип поудобнее.
– Уговорил, – прохрипел Войслав пересохшим горлом с ноткой предвкушения. А затем ударил.
Яростное фиолетовое пламя рванулось из черного скипа отступника. Густое, плотное, словно стая голодных драконов, оно пыталось зажать в тиски Демьяна. Раздавить, расплющить, изничтожить. Это тебе не полупрозрачная волна, которую можно разметать в клочья. Тиса беззвучно закричала. Белый щит соткался вокруг главвэя мгновенно, и удар фиолета не принес ему ущерба, хотя заставил отшатнуться.
А потом скипы запели, и началась феерия света и цвета. Оглушенная вспышками вэи, Тиса отлетела в сторону. Сознание только успевало отмечать крохи из увиденного – вот мигнули разом фигуры ловушек, вот словно подкошенный падает на снег коренастый. Вот пара телохранителей бросилась на помощь к Граневу, но их перехватывает Игнат Горохов.
