Анна Невер – Душеспасательница (страница 57)
К ночи же воспоминания меняются. И вот уже Вем притягивает ее к себе, вплетая обе пятерни в ее локоны. В густом мраке его глаз маяком горит желание, и Полина завороженно подается вперед, в центр бури обоюдных чувств. Его поцелуи обжигают, руки бесстыдно ставят печати принадлежности, а сильное сердце бьется под ее ладонью. Полина сдается на милость собственника.
Повинуясь глупому наитию, она сбрасывает заслон и конечно же не чувствует Вемовея. Полная тишина.
Он слишком далеко…
Глава 27
Ловушка на шуйца
Заломин смотрел в окно на угасающий день и раздумывал, кто из его подчиненных лучше всего подойдет на роль «звонарей», а именно сплетников, не держащих язык за зубами.
Все началось с того, что вчера он выслушал старого плута Иннокентия Виницкого, который «выудил еще больше сведений из лишака о весьма любопытном Якорь-Луне» и теперь сам рассчитывал дождаться, когда «поразительно сильный артефактус» появится в стенах училища, чтобы изучить оный от и до.
Смешно. Столько лет старику, а в сказки верит.
И конечно, узнав, что за «сокровищем» якобы охотится соперник из Шуи, Виницкий прибежал к нему в кабинет и принес на хвосте план. В долгом споре с профессором по вэйплетениям Глеб Онуфриевич все же признал, что в предложенном плане есть доля здравого смысла. Коли шпион существует, он выкажет себя, а если нет: у него будет весомое доказательство того, что лишак врет, и его ведомство всегда работало без промахов. Заломин представил, как заходит к Захару Луневу с отчетом, и мысленная картинка ему понравилась.
Сначала прилюдно обличит во лжи лишака, а потом, гляди, и потеряет этот мутный тип расположение ректора. И тогда Глеб с удовольствием сдаст зарвавшегося юнца чтецам ССВ, пусть они разбираются с его неизвестно откуда взявшимся блоком в башке.
Эта неприкосновенность Ранева с подачи Евдокии Плетняк особенно раздражала вэйностражца. Не дуть, не плевать, не пугать и вообще не приближаться, дракон его дери. Они не видят, что эта бездарная вошь уже влияет на работу их вотчины. По милости лишака, например, лучшие накладчики несколько седмиц плели добавочный контур в защите секретки. А также его люди впустую перелопатили подноготные профессоров, заступивших на службу в тридцатом году. Да еще Захар пока вскользь, но заикнулся о возможной доскональной проверке всех поступивших в то время. Занятие хлопотное и бессмысленное при условии, что никакого шуйского шпиона в стенах училища в помине нет. Сдается ему, что кому-то просто важно перенаправить внимание отдела безопасности, или проще – отвлечь. И вот вопросы: от чего и кому это надо?
Если раньше Глеб еще как-то доверял написанному о Вемовее Раневе в бумажках из отдела душеспасательства, то после того, как девчонка-мозгоправ бросила его племянничка и загуляла с лишаком, ее отчеты тотчас утратили силу. Ушлый наглец неплохо устроился, девица под боком, сам преподавателем числится, книжечки не по силе умные почитывает. Прослушки в комнатах стабильно выводит из строя. А еще, что немало напрягает, этот тип оказался сильным фехтовальщиком. Заломин лично приходил к дуэльному квадрату, дабы оценить его способности. И, стоило признать, они впечатляли. Что прикажете думать? Чутье вопит: не доверяю!
Так вот, ловля так называемого шпиона и ее итог – возможно, то, что ему самому сейчас необходимо. Чтобы внести ясность и поставить, наконец, официально на лишаке жирный знак минуса… ну или плюса. В вероятности последнего он лично премного сомневался.
План Виницкого подразумевал строгую секретность. Обнародовать можно было лишь ложные сведения. И за этим дело не стало. Глеб определился с людьми и вызвал к себе троих ребят, самых нестойких на язык.
– Завтра ночью прибудет посыльный из Вэйновия с весьма важным для Лароссии артефактусом. Я бы сказал судьбоносным. Необходимо будет сопроводить его до секретки, а точнее в сектор «П».
– Это же тот самый сектор! – прошептал самый болтливый, не удосужившийся даже дождаться, пока договорит старший по званию. В другое время Заломин его уже бы пропесочил, чтоб не перебивал впредь того, кто выше по званию. Но сейчас лишь продолжил:
– Да, тот самый, где хранятся артефактусы стратегической важности. Но вас это не касается. Держите рот на замке. Мне нужны два помощника, и вы на эту роль как раз сгодитесь. Мы обязаны доставить артефактус в секретку в целости и сохранности.
– Так точно!
– Небо для посыльного наши откроют без пяти минут полночь на одну минуту. Дракон сядет на спецпятачке. Думаю, сто метров сопровождения до секретки для нас не проблема.
– Так точно! – выпятили грудь болваны.
Еще пара вопросов-ответов, и троица понеслась на выход. Звонари, чтоб их. И почему он их до сих пор не отчислил?
Начало положено. Вторую группу, которая будет участвовать в оцеплении территории у входа секретки, он велит поднять из теплых постелей за полчаса до назначенного часа. Заранее никто об этом знать не должен. И да, племянничка с его пацанами неплохо бы взбодрить, а то скис мальчишка, как застоявшееся молоко, смотреть противно. Когда в последний раз в дуэльном квадрате стоял, небось сам не помнит. Тьфу. А ему потом перед сестрой и зятем отвечай, что за рохля на побывку прибыл.
Вемовей считал удачей, что профессор согласился донести до начальника по вэй-безопасности его план по поимке шуйской крысы. Судя по угрюмому взгляду, которым издали одаривал его Заломин, стоило только попасться на глаза, Вем примерно представлял, какой иначе мог у них получиться диалог.
– О, ваше благородие, главный вэйностражец училища! Рад вас видеть.
– Дражайший лишак! Чтоб тебя изнани задрали.
– Вы улучшили защиту секретки, теперь она на высшем уровне, впечатляет.
– Лучше бы мы сломали твою головушку, и я убедился, что ты брехло.
– Но пока вы убеждались в обратном, верно? Бумаги из Шуи не ложные, иначе вы бы меня уже давно под белы рученьки сопроводили в застенки ССВ. Да и отчеты из отдела душеспасательства говорят в мою пользу.
– Увы, тут вы просчитались, милейший. Писулькам девицы, которой ты задурил голову, уже нет доверия, как и тебе.
– А я как раз намеревался с вами поговорить, ваше высокоблагородие. Недавно я убедился в существовании шпиона.
– Да что вы говорите!? И каким образом?
– Он хотел меня убить.
– Замечательно. Я тоже этого хочу. Может, спросить совета у мнимого шуйца, как по-тихому это сделать?
Приблизительно так. И когда Виницкий на следующее утро сказал, что начальник по вэй-безопасности одобрил план и собирается уже в следующую ночь расставить ловушку на шпиона, он сначала не поверил ушам. Вот что значит, подать сведения от правильного лица.
– Так что в полночь бравые ребята сопроводят посыльного с поддельным артефактусом от драконьей площадки до секретки. Твой шуйский засланец постарается перехватить его, понимая, что из недр секретки достать что-либо будет почти невозможно. Не благодари, я и сам заинтересован. Давай лучше усаживайся, проверим твои показатели еще на этой грандиозной штуковине. Этот артефактус считывает твои импульсы…
Вырвавшись позже не без потерь из лап профессора, снова готового его разобрать по частям ради новых замеров, Вем собирался было отправиться восвояси, но Виницкий вспомнил об иллюзиях.
– Пробовал?
– Да.
– И?
– Ничего, – фыркнул раздраженно Вем.
Он замечал за собой, что в эти дни без Полины его все чаще накрывала беспричинная злость, а терпение прохудилось, как древняя ветошь. Сейчас он не покривил душой. Накануне выбрал из стихий самую сложную иллюзию – огонь. И, конечно, та ему не далась. Даже минимально. Вемовей трижды перечитал последовательность действий в разделе иллюзий и изучил схему. Попытался вновь воспроизвести, но тщетно.
– Моя вэя не подходит под общую схему.
Виницкий гаденько хихикнул.
– Создай свою, дружок. Что буравишь зенками? Дерзай, говорю.
Оказавшись за стенами лабораторного корпуса, Вемовей, шипя про себя, как рассерженный кот, зашагал прямиком к секретке. Оглядел в который раз внушительное здание-бастион без единого окна и с куполообразной крышей. Водостоки его охраняли статуи драконов и тварей испода. Прошелся от посадочной площадки до входа в секретку. У полосатых колонн и бронированной двери дежурила пара бравых вэйнов при скипах. Поднял взгляд выше, просчитывая, откуда придется лучший вид на «сцену». Да-да, он не собирается упускать шанс посмотреть действо из подходящей «ложи». И, пожалуй, колокольня местного храма вполне подойдет. По крайней мере пробраться на нее будет легче, чем на крышу той же оружейной.
– Кого я вижу! Вемовей Ранев? Приветствую, молодой человек, – со спины к нему подошел заместитель ректора по внешним касательствам Мирослав Цветков, да так тихо, что Вем невольно вздрогнул. Пришлось здороваться сквозь зубы.
– Давно вас не видел, юноша. Позвольте поинтересоваться, как ваши дела? Слышал, молодежь обучаете, фехтуете, да и в лабораториях вэйплетений профессору помогаете.
– Понемногу.
«Вы все и так знаете, к чему пустые вопросы?»
– Очень хорошо. Спешу признаться, вы стали для меня приятным открытием. Лишак, а такой способный. Ну трудитесь, молодой человек, трудитесь. Я слежу за вашими успехами.
«Или просто – слежу», – продолжил фразу собеседника мысленно Вем, провожая Цветкова недобрым взглядом. И какого его тут изнани носят?