Анна Неделина – Украденная судьба (страница 77)

— Но ведь тебе пришлось самому пробуждать метку, — тихо произнесла я, и он подтвердил:

— Да. Хотя даже это уже не могло меня убедить тогда. Все казалось ложью. А ты убегала, будто чувствовала за собой вину.

— Я испугалась!

— Я видел все иначе.

Я это понимала. Но не могла слушать его безжизненный голос. Хотелось схватить кружку и запустить в него.

Как ему тогда, в Тальмере, подумалось вдруг мне. Должно быть, именно это меня остановило. Я ничего не сделала и не сказала. Разве слова могли помочь?

Повисшую тишину нарушил советник Ривен. Откашлявшись, он заметил:

— Следует признать, ты хорошо скрывался… шпион из тебя получился…

— Да будто я не знаю твоих представлений о шпионах, — фыркнул Верс. — Вас не так-то сложно было обмануть. Ведь вы не ожидали увидеть во мне Сельвана. По крайней мере, поначалу. Правда, ты, старый лис, всегда был настороже. И это выходило мне боком. Ты постоянно замечал мои привычки и делал стойку, как охотничий пес. Приходилось тут же менять поведение.

— А я думал, у тебя кругом увертки, — проговорил Ривне.

— В сущности, так и было. Я не мог рассказать. Пытался предупредить Лаверна. Кажется, он даже начал что-то подозревать. Но это было большее, что я смог сделать.

Я вспомнила крик, услышанный мною в башне. И не решилась спросить…

— Ты и сейчас не можешь сменить личину? — спросил Ривен.

— И не собираюсь. Это создаст лишние проблемы.

— Проблемы?! — воскликнул Альвет. И я вдруг поняла, что все они ждали, когда дойдет до вопроса… нет, разумеется, не до личины Верса.

Поговорить нужно было о Сельване. Ведь однажды маг уже пресек разговор о праве занимать трон. Верс тоже понимал, чего от него ждут, но не спешил с ответом, оглядывая собеседников. Лицо его помрачнело.

— Здесь кто-то недоволен королем? Мне кажется или здесь происходит попытка переворота…

— Сель, прекрати! — попросил Альвет, впервые назвав Верса истинным именем. — Ты законный король, что бы там ни было. А я никогда не хотел заменить тебя на троне и…

— Я был законным королем! Но разве законность определяется только старшинством? Или вовсе тем, на чьей голове корона? Тогда давай отдадим ее мальчишке, раз уж трон никому не нужен.

Альвет вздохнул.

— Не вмешивай сюда Тиля.

— А что? Тоже, как-никак, родственник! Король должен прежде всего заботиться о своем народе. Даже если тебе кажется, что это всего лишь красивые слова. Посмотри на меня: я поставил во главу угла даже не любовь, собственное тщеславие… не возражай, что еще это было? Элиас, разве ты не помнишь, каким я был? Знай ты, что я задумал, смог бы удержать от создания печати?

Ривен покачал головой.

— Вряд ли.

— Никто бы не смог, — усмехнулся Верс. — Регина вот пыталась… но я не послушал. Хотел доказать всем, каковы мои силы.

Ты играешься в короля, забывая, что в твоих руках чужие жизни.

Кажется так упрекала Сельвана королева в одном из моих снов. И добавила, что его отец никогда не позволил бы себе такого.

Сельван и Альвет оба были желанными детьми. И оба доказывали друг другу и окружающим, что они достойны тех благ, которые получили… Но Сельван вырос слишком уверенным в себе. Слишком самостоятельным. Он ведь готовился стать королем. И принял науку принимать решение сам за свободу от чужого мнения… но вместе с тем, незаметно для себя, он перестал учитывать и последствия своих действий для окружающих.

Все это так легко сложилось в моей голове, хотя я по-прежнему не могла сказать, что знаю короля Сельвана. Но я достаточно узнала Верса, чтобы понять, где у него болевые точки. О чем он сожалеет и от чего пытался оградить собственного брата, оказавшегося на троне без должной подготовки.

— И если еще хоть кто-то заикнется о возможности вернуть время вспять, — продолжил Верс. — Подумайте о том, что будет. Допустим, Сельван узнает о том, к чему могут привести его необдуманные действия… как скоро он придумает другую печать, и создаст ее, посчитав, что учел все риски?

— Ты говоришь так, будто Сельван — другой человек! — возмутился Альвет с болью в голосе.

— А он и есть другой, — пожал плечами Верс. — У него была сила, которой теперь нет у меня. Или ты думаешь, случившееся отразилось только на Регине и твоей матери?

Альвет ответ взгляд. Он, разумеется, не мог не видеть и усиливающуюся бледность, и все увеличивающиеся паузы между словами. Плантаго устал, ему требовался отдых, а не разговоры о возврате на престол.

— Все это время, — тяжело добавил Верс, — я наблюдал за тем, как ты растешь. Становишься настоящим королем. Таким, как я считал, он должен быть, но сам не придерживался своих же слов.

Повисло молчание.

— Может, ты и относился легко к своему положению, — медленно сказал советник Ривен. — Но ты остался самим собой, не заблуждайся на этот счет. Все взрослеют, мальчик.

— Но не все при этом делают такие ошибки, — хмыкнул Верс.

— Все это, конечно, очень благородно, — вмешался Кайлен. — Но вы забываете об одном. Если Альвет останется королем при живом Сельване, проклятье Митили не оставит его.

— Это как раз решаемо, — возразил Верс с уверенностью, с какой и прежде решал дела. — Я отрекусь от короны… Кларисса сможет вздохнуть спокойно. Или ты хочешь предложить другой вариант, Кай?

Кайлен вздрогнул. Я вспомнила их разговор в доме графа Брана. Да уж, не может же Верс всерьез думать, будто ему станут мстить… после всего.

— При всем моем уважении, — вмешался советник Ривен. — Если ты отказываешься от престола потому, что хочешь жениться на девушке с неудобной родословной…

— Мои желания тут ни при чем, неужто не ясно?! — рыкнул Верс, моментально озлобившись.

Я почувствовала, как алеют щеки. Уж точно, он не помышлял о женитьбе. Но постановка вопроса все равно оказалась неприятной.

Захотелось уйти. Или хотя бы ответить королевскому советнику под стать.

— Ты прекрасно слышал мои слова, — тяжело уронил Плантаго Ривену. — Я был помолвлен с этой девушкой официально. Мы готовились к свадьбе. Родословная… ты и тогда пытался меня образумить. Я могу слово в слово повторить фразу, после которой ты согласился. Уверен, признаешь мою правоту и сейчас.

Советник покачал головой.

— Как раз об этом. Догадываюсь, что в прошлом ты напирал на способности Регины управлять временем. Признаю, они впечатляют. Но если ты прав, это… — он долго не мог найти достойного определения. Верс подсказал:

— Откат во времени.

— Да! Если он был пределом возможностей… теперь Регина не так сильна. Мы, конечно, можем надеяться на одаренное потомство…

Это было отвратительно, и я не выдержала — отвернулась. То есть, я понимала, что вопросы советника резонны. Но ведь речь обо мне, а не об охотничьей собаке!

— Элиас! — сурово сказал Верс, голос его прозвучал неожиданно близко, хотя шагов я не слышала. — Ты проверяешь мотивы, — пожалуйста. Но не используй для этого ее… Помолвка была с королем. Верс Плантаго — не король и…

Я не дослушала. Не знаю, что он пытался донести, но вышло еще гадостней, чем у маркиза. Будто тогда, в прошлом, я польстилась на титул… захотела стать королевой…

Не могу себе этого представить. Неужто в прошлом я была настолько алчной?

— Простите, господа, — выдавила я. — Я вас покину. Мне… нужно проведать принца Тиля. Я давала ему обещание и…

Слова закончились.

— Конечно, Регина, — произнес Альвет. — Тиль ждал твоего возвращения.

Больше никто ничего не сказал, и я ушла. Старалась держать спину прямо. Сейчас остро хотелось не повидать принца… а в реку. Нет, не топиться, разумеется. Смыть с себя грязь в ледяной проточной воде. Ванна тут и не поможет, наверное.

Принц действительно обрадовался моему появлению. До моего прихода он читал книгу, которая теперь была оставлена открытой на подоконнике. Как я заметила, Тиль уже почти дошел до середины огромного фолианта.

Принц смотрел на меня пристально, но лишь осведомился, все ли у меня в порядке. Я выдавила из себя улыбку и заверила, что так и есть. Все ведь действительно было намного лучше, чем когда мы виделись с ним в прошлый раз. Времени прошло совсем немного, а какие изменения…

Мы сидели на софе и разговаривали о свежих столичных новостях. Тиль колебался, как мне показалось. Я не стала его торопить и через некоторое время он спросил:

— Что мой подарок?

Ах, вот в чем дело!

— Большое спасибо, ваше высочество, — тепло поблагодарила я. — Он очень помог…

Мальчик вдруг порывисто меня обнял.

— Я боялся, что ты больше не придешь. Потому что не захочешь или… думал, здесь у меня не будет друзей. А потом так испугался.