Анна Неделина – Украденная судьба (страница 76)

— У тебя уже есть король! — внезапно рассвирепел Верс. — Или ты хочешь поддержать предателей?!

Они какое-то время испепеляли друг друга взглядами, но ни один, по счастью, не применил магию. Кайлен даже едва заметно улыбнулся. Похоже, он действительно не знал, чего ждать и как себя вести. А у Верса на все было заготовлено решение. Как и всегда.

Я кашлянула.

— Значит, это действительно было совпадение? Там, в саду…

— Пересеклись магические вектора. Должно быть, у Клариссы тоже была заготовка… по крайней мере, подобным заклинанием она уже пользовалась. Она призвала духов-убийц, но ее сил не хватило, чтобы обеспечить устойчивость следящей сети. В итоге — пошла магическая волна. И в присутствии «ключа» сработал капкан, который приготови Зарен, — проговорил Верс задумчиво. — Последствия могли быть непредсказуемыми.

— Зарен! Безумец… — пробормотал Кайлен. — Чего он хоть добивался?

Похоже, никто толком так и не понял мотивов королевского целителя.

— Спасал страну от тирана. Увидел как-то у Альвета признаки проклятья и сделал выводы. Вот и решил действовать.

Выходит, мастер Зарен пытался восстановить справедливость, потому что считал Альвета убийцей Сельвана. И при этом подозревал Верса… в чем? В том, что, выступая от имени Дингара, обеспечил Альвета поддержкой?

— Он, конечно, действовал не один. Дингарцы ему помогли. Правда, он не знал об этом… по крайней мере, понял не сразу.

Кайлен подлил себе еще вина.

— Пожалуйста, граф, хватит, — попросила я.

Кайлен рассеянно взглянул на меня, на опустевшую бутылку. Отставил кружку.

— Должно быть, ты права.

Мы собрались в одной из гостиных дома графского дома. Король и советник явились неожиданно, я полагала, что мы рано или поздно сами отправимся во дворец. Было беспокойно за решение Альвета. Я не сомневалась, что он не сможет поднять руку на мать. А просто «поговорить» — не решение… Да, Верс теперь не обязан помогать. Если королева не устроила грандиозный обман. Кайлен также заверил, что Тиль находится под усиленным наблюдением. В частности, за ним приглядывает Ланс. Не знаю, насколько это должно было меня успокоить. Откуда мне знать, насколько Ланс силен. И беспокойство не проходило.

Альвет выглядел осунувшимся и изможденным, и поначалу его пришлось отпоить вином. Вдовствующая королева поговорила с ним и явно многое рассказала. Советнику Ривену пришлось дожидаться не меньше двух часов, за которые он наверняка не раз пожалел, что послушался короля и не последовал за ним в башню.

А башня тем временем менялась на глазах. Гнили стропила, крошилась кладка… башню словно клонила к земле внезапно навалившаяся старость. Эти изменения были видны всем. Башня казалась теперь столь ветхой, будто была построена за несколько веков до самого дворца, который уже потом прилепили к ней…

Поначалу Ривен испугался. Но оказалось: причина изменений в том, что Альвет запечатал силы матери. То, что от них осталось. И это разорвало ее связь с призраком Лисаны и окончательно уничтожило магическую сеть, с помощью которой королева следила за делами во дворце.

— Башня больше не поддерживала ее силы, — проговорил Альвет. — Ей бы целителей, а не печать…

Он сожалел, но в то же время — было видно, что о совершенном он не сожалеет. Справедливости ради, целители осматривали королеву. И признали, что Альвет скорее продлил ей жизнь на несколько лет, нежели поступил жестоко. Королева постарела — буквально на глазах у тех, кто видел ее, идущей к целительским покоям в сопровождении сына. Быть может, Альвета посещала мысль, что в таком состоянии его мать уже не опасна и можно было обойтись вовсе без сдерживающей магию печати.

Но таково было решение короля. А после — как и обещал, он был намерен выслушать историю Верса. Все было так… обыденно, без лишней суеты. Мы просто сидели в креслах, а Верс — рассказывал.

— Я очнулся в этой клятой башне. Не знаю, как я там оказался. После того покушения, когда я свалился с лестницы… да вы помните, в общем, мне там не слишком и нравилось. Старика, конечно, жалко. Он, похоже, пытался предотвратить… он же нам все уши прожужжал о том, что звезды не так стали и королю грозит народный гнев и заговоры.

Мог бы уточнить, какому. Хотя я удивлен, в его словах действительно оказалось много правды. Привык как-то считать его немного сумасшедшим. И тогда он вел себя не лучше. Сказал: это единственное, что я могу сделать для вас, ваше величество. Личина — его рук дело. И закреп тоже от него.

— Не ожидал от звездочета, — заметил Альвет.

— А кто ожидал? Копается в своих книжках, что-то вечно бормочет. Я и подумал, что он окончательно двинулся. Тем более, когда понял, что не могу снять личину. Требовал объяснений, а сам не слушал… Он, наверное, хотел защитить от Клариссы. По крайней мере, пытался что-то объяснить. Все бормотал: «Вы осмелились угрожать устоям мира, даже звезды в страхе» и «Ей вы не сможете сопротивляться». Что-то такое, я тогда не особо и понял. А вот Кларисса сразу сообразила. Она-то всегда была внимательна к бредням старика. Если бы она появилась чуть позже… Если бы я понял, что происходит и сумел ее обмануть. Но она уже была там, пришла получить очередное предсказание об Альвете.

На лице Альвета появилась тень печальной улыбки.

— А вот печать подчинения — это уже моя работа, — продолжил Верс отстраненно. И снова: будто не о себе рассказывал.

— Хочешь сказать, королева заставила тебя запечатать самого себя? — спросил Ривен. В его голосе настороженность мешалась с чем-то, напоминающим раскаяние. Верс усмехнулся.

— О, нет. Кларисса лишь воспользовалась последствиями моей глупости. Печать предназначалась не для этого. Она просто… оказалась способна на любое желание.

Я вздрогнула. Услышать подтверждение собственным подозрениям было страшно. Я оказалась не готова к этому. Верс на меня даже не смотрел.

— Я придумал ее как подарок. Был уверен, что все получится, но смог завершить печать далеко не с первого раза. И незадолго до свадьбы привязал к Регине. Я думал… — он прикрыл глаза, впервые выказав неспособность справиться со своими чувствами. — Глупости всякие. Чего может пожелать женщина перед тем, как выйти замуж? Счастливого брака, чтобы муж не изменял… детей, богатства. Все это я бы обеспечил и без печати. Но Альвет погиб, и Кларисса убедила Регину в том, что виноват я.

— Она не убедила. Но я так запуталась, что не знала уже, чему верить, все казалось таким ужасным, я словно была в ловушке…

Бесполезные слова. Альвет вдруг качнул головой.

— Можешь не объяснять. Я видел, как действуют матушкины средства.

Я невольно вспомнил историю с тем, как Альвет подпоил дингарского посла, чтобы выведать скрытые планы…

— Видно, твои слова были сформулированы как пожелание, — сообщил Верс, бросив лишь короткий взгляд в мою сторону. — И ты еще обратилась к обручальной метке. Она была «ключом», разумеется. Настройка на первое желание…

Кто бы мог подумать, что Верс был так романтичен.

И снова — не получилось представить его королем Сельваном.

— Но первое желание, — я нахмурилась. — Заключалось в том, что я не хочу тебя знать.

— Ну, с этим ты прекрасно справилась сама. Чего Кларисса не предусмотрела — твоих сил хватило на то, чтобы изменить целых два года жизни… Но ты потратилась, и твои способности ослабли. Потому ты считаешь, будто целительский дар у тебя невелик. Хотя теперь он и правда слабее, чем в прежние времена.

— А вы с моей матерью? — спросил Альвет. — Почему не забыли?

— Спросите у магистров в Академии, они наверняка смогут по-научного объяснить наложение магии времени и магии пространства. Будь Кларисса стихийницей, возможно, все сложилось бы иначе. Я вроде все еще был жив, но уже не мог быть королем. А значит — не мог быть и в текущем времени.

Просто одна из вещей королевы. Как башня. Или призрак фрейлины Лисаны.

Разве стоит удивляться той ярости, которую вызвал мой неосторожный вопрос о возможной любовной связи Верса и королевы…

— Видимо, потому тебе удалось короноваться. Но потом силы Клариссы начали слабеть… и проявилось проклятье Митили. Тогда она решила использовать связь Эрталей и Бранов. Ей подходил только Лаверн, потому что он находился на службе еще до изменения времени, и его клятва была законной… К тому же, Лаверн был сильней Кайлена магически.

Кайлен тихо кивнул.

— Она отправила меня к тебе, когда осознала, что сказывается изменение времени, и тебя будут преследовать неудачи. Она придумала эту историю с дингарским шпионом. На мне был запрет, а Регина… не пыталась рассказать, что случилось. И я думал, она боится, потому что тогда, в прошлом, они с Клариссой сговорились.

О чем еще мог подумать король Сельван, обнаруживший на себе собственную печать, а время — отброшенным назад. Королеве даже не требовалось ничего говорить… Кто бы на его месте смог придумать иное объяснение.

— Какое-то время я сомневался, — словно уловив мои мысли, добавил Верс. Я почувствовала на себе его пристальный взгляд, но не смогла ответить. — Подумал, что тебя обманули, и когда все случилось, Кларисса просто запугала… Я даже мог допустить, что она держит тебя взаперти. Пытался выяснить. Пока она не послала меня в Академию. Чтобы показать… Мне даже в голову не пришло проверить там. И я увидел… ты улыбалась, флиртовала с какими-то парнями… ты была счастлива, вот и все, что я понял. Хотя обручальная метка пробудилась, стоило мне тебя увидеть. И я решил, что у тебя тоже… что потому ты и сбежала. Мое лицо изменилось, но магия должна была тебе подсказать, что я рядом.