Анна Неделина – Украденная судьба. Этот принц - мой! (страница 28)

— Но он не знает, как их найти! — воскликнула я. — Амулет остался у меня и…

— По сути, амулет добавлял принцу удачи, чтобы оказаться в нужном месте к нужному времени. А вот само место ему указывали…

— Прекрасно! — послышался мрачный голос, заставивший меня вздрогнуть. — Кто, интересно? Дайте догадаюсь, уж не Бран ли?

В дверях стоял Верс Плантаго. Я не слышала, как он вернулся… Маг посторонился, и в комнату вошла невысокая женщина, кутающаяся в теплый плащ. Она была не так красива, как я ожидала. И выглядела вдвое моложе Верса, что меня неприятно удивило.

— Здравствуйте, ваше высочество, — сказала она, положив руки на живот. — Я Регина Линнель. Очень жаль, что нам пришлось встретиться при столь страшных обстоятельствах.

Глава 8. Ненавижу ведьм!

Верс с заботой, которой я от него не ожидала, помог Регине снять плащ, и стало видно, что живот целительницы округлился, выдавая беременность. Маг бросил на меня свирепый взгляд.

Нейт принес для Регины низкую табуреточку, и бывшая нянька уселась напротив меня. Поводила руками… Королевские целители обычно выглядят совсем не так и ведут себя с достоинством, потому действия женщины мне доверия не внушали.

— А это не повредит ребенку? — все же спросила я.

Регина покачала головой.

— Я только посмотрю… Вы принимали какие-то магические препараты за последние несколько дней, ваше высочество?

— Нет.

— А как же толченый морозник? Мне кажется, вы и так выглядите прекрасно, чтобы еще добиваться худобы…

— Я не… подождите, я не знаю, что было в порошке Вилиры, — спохватилась я. Регина поощрительно кивнула, дожидаясь подробностей. Я пояснила: — Меня пытались убить… или отравить. Маркиза Рален. Она высыпала мне в лицо порошок, который я вдохнула. В нем могло быть что угодно…

— Вот что… ослабляющая магия, — проговорила Регина. — Верс рассказал мне, что вы прошли через зеркало и перенесли принца Тиля. Чувствовали слабость? Головокружение? Тошноту?

Она спрашивала деловито, будто ее не беспокоило само обстоятельство перехода сквозь зеркала. Я недовольно взглянула на Верса. Какое право он имел рассказывать кому-то государственную тайну? Ведь мои способности — без сомнения, тайна.

Мысль мелькнула и тут же угасла.

Какая разница? Зачем мы вообще обсуждаем, что я чувствовала, когда нужно беспокоиться о Тиле?!

— Ваше высочество, предоставьте это тем, кто привык спасать людей, — мягко сказала Регина. — Я же занимаюсь целительством и мне важно помочь вам.

Я вздохнула, помня о том, что кажущееся бездействие Ланса и Нейта вовсе не означает, что они действительно не пытаются что-то предпринять.

— Мне было бы куда спокойней, если бы я знала, что именно собираются предпринимать те, кто привыкли спасать людей, — четко произнесла я. — Тем более что без меня во владения Ведьмы Стужи они вряд ли попадут.

— Разберемся как-нибудь, — пообещал Верс. Я смешалась, не совладав со своим удивлением. Он так уверенно это произнес, будто его участие в спасении Тиля само собой подразумевалось. Я даже заподозрила, что он слышал наш с Лансом разговор и решил пустить пыль в лицо, чтобы его не считали больше действующим шпионом или что-то вроде того…

Регина как раз взялась осмотреть мою лодыжку. Я почувствовала, как дрогнули ее пальцы, и едва не зашипела от боли. Верс бросил на женщину пристальный взгляд и медленно проговорил:

— Без плана не полезем. И, уж конечно, не потащим Ведьме на блюдечке то, что она хочет получить.

Понятно, он имел в виду, что я — Эрталь. Но громкие заявления хороши, когда можешь предложить что-то взамен. А я пока других вразумительных идей не слышала. «План» по-прежнему оставался пустым словом.

— Какой магией ты владеешь? — спросила я у Плантаго. Он удивленно выгнул бровь. Ланс ответил за него:

— Верс в некотором роде мастер печатей.

— Вот почему Тиль сказал, что ты можешь помочь мне с личиной, — проговорила я.

— Все хотел спросить, как тебе удалось ее так закрепить, — хмыкнул Верс.

— Использовала одну из печатей короля Сельвана, — пояснила я. Кажется, на этот раз мне удалось удивить всех присутствующих. Регина подняла на меня взгляд, но ничего не сказала. Хотя мне показалось — ей очень хотелось.

Только Верс остался спокоен. Похоже, попросту не поверил в мои слова. Один из наших с Эрвином учителей вел себя подобным образом. Никогда не слушал, что мы ему говорили. И выражение лица у него при этом становилось такое же безразлично-надменное. Мол: что вы, дети, вообще можете понимать, дайте взрослым судить.

— Откуда, интересно, ты о ней узнала? — спросил Верс.

— Королевский звездочет оставил кое-какие записи. Но, похоже, эту личину снимает особая печать отмены. Без нее никак не получается…

— Хм… разберемся, — повторил Плантаго, и я заподозрила, что он просто бахвалится. Его послушать — так он все решит. Только вот пока настоящих дел не видно.

— Эту рану нанесла вам снежная птица? — спросила Регина, отвлекая меня от злых мыслей. Я рассеянно кивнула. Мне не было дела до саднящей царапины.

— У вас есть шрам, почти неприметный, — проговорила целительница задумчиво. — Но это совершенно точно следы идентичных магических повреждений. Снежные птицы напали на вас не в первый раз?

— Что? Этого не может быть…

Я замолчала. Потому что вспомнила перепаханную землю в овраге, возле той пещеры, в которую Тиль не дал мне заглянуть. В лесу, когда доказывал, что феи действительно существуют. Вокруг снег, а на дне оврага — цветы. Но он ведь сказал, что колец, которые появляются, если феи выходят на поверхность земли, там не было… Вот только…

— Я не уверена, — пояснила я. — Потому что некоторое время была без сознания. Тилю… — тут я запнулась, почему-то стесняясь сказать, что линезский принц нес меня на руках и достаточно долго. — Какое-то время пришлось одному разбираться со случившимся. Он сказал, что точкой выхода было зеркало фей, и показал мне овраг, где все случилось. И там… я не разобралась, но теперь мне кажется, там были следы борьбы. Как будто что-то крупное рыло землю когтями. А у Тиля появилась вода из волшебного источника. Он напоил меня ею, когда мне стало совсем плохо.

— Вот оно что, — кивнула Регина и, повернувшись к мужчинам, объявила: — Крайнее магическое истощение. Если вспомнить, что принцесса потратила немало сил на переход сразу двух человек, и была к тому моменту отравлена… Не удивлюсь, если ее высочество была на грани жизни и смерти. Поэтому, хоть магический резерв не исчерпан, я настоятельно не рекомендую дальнейшие опыты с открыванием переходов при неопределенном векторе движения. Это ненадежно, а главное — опасно для вашей жизни, — последнее она сказала уже мне.

Эти слова так очевидно указывали на мое легкомыслие, что я сочла нужным признаться:

— Раньше ничего подобного не случалось. Я и не думала, что когда-нибудь смогу воспользоваться зеркалом для перехода.

— Да уж, чтобы попасть точкой выхода в зеркало фей — нужна большая удача, — признал Ланс. — Ваше высочество, вы уверены, что все нам рассказали?

Я вспыхнула.

— Ланс! Думаешь, я не осознаю серьезности ситуации?

— Вы могли не счесть важным какое-то обстоятельство, — мягко напомнила Регина, снова заставив меня краснеть, на этот раз — за неуместную вспышку.

— Все дело в фишке кота. Тиль настроил ее на меня. Сказал, что только на меня и получилось. Он сделал это на случай…

Я не договорила, не хотелось объяснять, что Тиль предвидел опасность. Да может, это он не договорил! Что, если ему на самом деле предсказали… Что, если Ведьма Стужи — и есть та самая «вечная весна», которая его погубит?!

От этой безумной мысли я вздрогнула.

— Насколько мне известно, прыткие фрейлины несколько раз пытались… хм, создать видимость, что принц потерял амулет. Чтобы оказать ему услугу и вернуть вещицу, — заметил Ланс. — В конце концов, Тилю надоело, и он придумал привязку.

— Талантливая молодежь — сплошная головная боль, — язвительно прокомментировал Верс. — Альвет знает?

Ланс неопределенно пожал плечами.

— Полагаю, его высочество не рассчитывал, что привязка окажется настолько… действенной.

— Да уж, — мрачно проговорил Верс. — Думать — вообще сложная работа.

— О чем вы? — спросила я, возмущенная тем, что Плантаго вновь судит о Тиле пренебрежительно. Что за противный тип?! Регина успокаивающе улыбнулась. Даже она что-то понимала. Как ни странно, ответил мне Верс:

— Огонь Тиля тебя признал. Такое бывает если огненный маг достаточно силен. Дело не только и не столько в фишке. Может быть, она помогла вам оказаться в лесу. Но после этого должна была разрядиться. Регина не так много сил тратит на подпитку амулета. Я надеюсь, — зловеще выделил он. Однако улыбка не сошла с губ Регины. — Хотя духи свидетели, не вижу в этом большой удачи. Под личиной или нет, защита дворца все равно уловила бы грозящую тебе опасность.

— Вилира собиралась вывести меня через тайный ход, — сказала я. — Фактически, он не принадлежит к пространству дворца. Это… магический придаток, остатки некогда действовавшей «паутины». Не уверена, что защита сработала бы там.

— Кларисса и здесь умудрилась подгадить, — процедил Верс. Я осеклась. Взгляд Плантаго ощутимо потяжелел, только упрямство заставило меня выдержать и не отвернуться. Да я ведь не упоминала имени бабушки. Откуда ему известно…