Анна Найденко – Манулар. Часть 1 (страница 4)
Алия не прекращала бороться за себя, пусть Тахмина призвала Бога Коварства из-за нее. Видимо, ее поступок прошлой ночью привел к необратимым последствиям.
«Ошибки совершают все! Одни простительны и чему-то учат, а за остальные придется отвечать, и иногда цена все исправить просто поражает!» – часто говорила ей бабушка.
Алия жила изречениями Тахмины. От стыда ее душу разрывало на части, а может, все дело во вмешательстве Манулара. Ее поступок уже запустил цепь событий, которые повлияют не только на ее судьбу, но и на будущее всей деревни, всех окружающих и всего мира. Она это чувствовала, а может, это Бог Коварства издевался над ней и пугал этой мыслью.
Миг – и Алия лежала на холодной, мерзлой земле в простом белоснежном платье. Несмотря на легкую одежду, холода она не чувствовала. Вверх тянулась трава. Она росла с такой поразительной скоростью, что дух захватывало. Утренняя роса казалась спасением, желтые и белые бабочки порхали вокруг ее тела. Иллюзия, никак не иначе. Алия поднялась с земли, встала на ноги, и все исчезло.
Она снова оказалась в хижине бабушки. Проморгавшись, обнаружила обмякшее тело Тахмины. Молодую ведьму-травницу раздирали разные чувства: пугающая боль и опустошенность с одной стороны, и холод, отчужденность и безразличие с другой. Одно она знала точно – Тахмины больше нет. Бабушка пожертвовала собой ради чего-то очень важного, невообразимо ценного. Алии хотелось одного – задать ей все вопросы, все разъяснить, молить о прощении.
Остальные ведьмы клана по незримой связи уже почувствовали смерть самой могущественной из них, их королевы, как они называли и кем считали Тахмину, и уже направляются сюда. Все одиннадцать. Это было одно из негласных правил клана.
Какое-то время Алия неподвижно сидела возле тела близкого человека, снедаемая колючей проволокой вины и шока, пока лютый холод не заполнил каждую клеточку тела, и из ее рта не вырвался пар. Только тогда она, пошатываясь на ногах, поплелась вон из комнаты, поднялась вверх по лестнице, как велели инстинкты, и впервые в жизни очутилась на втором этаже. Она не осознавала, что делает, и в кого превратилась.
В этой части дома все обстояло именно так, как Алия представляла, за исключением стола, заваленного раскрытыми талмудами. Подойдя поближе, Алия увидела на желтых страницах расписанные ритуалы, как будто Тахмина заранее знала, что сегодня произойдет и подготовилась к этому событию, как следует. Почему-то на данный момент Алия ничего не чувствовала: ни утраты, ни скорби, а ее прежние способности предугадывать события с тех пор, как она увидела новорожденного, канули в Лету.
Наконец она подошла к зеркалу, размерами значительно превосходящими ее рост, и от шока открыла рот. Правая сторона лица и головы осталась прежней: рыжие кудри до пояса и зеленый глаз, поражающий своей зеленью. Левая же пугала и устрашала так, что она желала сквозь землю провалиться: белые, как снег, волосы с неестественными блестящими прядями и черный, как мрак, глаз. Смерть в чистом виде!
От паники Алия вскрикнула и закрыла ладонями рот. Такого она не могла себе вообразить даже в кошмарах. Да подобное и в страшном сне, если приснится, то на утро проснешься заикой и останешься ею до конца дней! Если утрату своих прежних способностей еще как-то можно скрыть от людей, переехать в другую деревню, поселиться подальше от жителей и вести отшельнический образ жизни, к чему ей в принципе не привыкать, то новую внешность ей точно никак не скрыть, разве что носить маску и балахоны, скрывающие волосы.
Захлестнувшая тревога выбила Алию из колеи. Все тело колотило в ознобе, ладони вспотели. Она задыхалась от удушья, которое вызвала захлестнувшая с головой паника, и только спустя несколько минут осознала, что под ногами дрожит пол, а из рук вырывается настолько чернильная тьма, что заслоняет обзор.
В доски под ногами въелись кляксы, кислотой разъедающие все вокруг, и Алия едва ли успела перепрыгнуть на нетронутый нечистью участок и помчаться вперед в надежде выжить. Дело не во врагах, а в ее новой силе, которой она управлять не умела.
Негативные эмоции оказались разрушительными. Она бежала настолько быстро, насколько могла, но дом Тахмины погибал у молодой ведьмы на глазах: то ли из-за смерти его хозяйки, то ли из-за ее необузданных эмоций, а может, все дело заключалось в том, в кого она перевоплотилась. Светлый дух, несколько столетий защищающий особняк Тахмины, мог запросто сражаться и разрушаться только из-за того, что в нем оказалась чернь, нечисть, кем, по всей видимости, стала Алия.
Чудом она добежала до первого этажа и услышала, как позади нее обвалилась лестница. Выбежав из особняка Тахмины и оказавшись снаружи, девушка стремглав помчалась к лесу и когда почувствовала себя в относительной безопасности, повернулась и посмотрела туда, откуда сбежала несколько минут назад.
Ни хижины, ни особняка Алия на данный момент не видела, будто жилища Тахмины никогда и в помине не существовало. Вся искусно расписанная и вырезанная столяром мебель, как и все мудрые изречения, испарились бесследно. Тахмина заранее зачаровала дом со всем ее содержимым на самый крайний случай. И этот случай настал!
Место, на котором столетиями стоял особняк Тахмины, или же хижина, какой ее видели простые люди, мгновенно заросло маковым полем, и не осталось ни следа от обители могущественной ведьмы.
Алия снова обратила внимание на свои чувства: внутри образовалась лютая стужа, парализующая все чувства, все эмоции. «Нечисть, никак не иначе!» Но все же, к счастью, девушка чувствовала, что какая-то важная ее часть все еще в ней осталась. Не все потеряно!
Только сейчас молодая ведьма осознала, что в тот момент, когда она мчалась к Тахмине, обнаружила перед глазами не особняк, а хижину, как простой смертный человек, без капли дара в крови.
Уже тогда в ней произошли пугающие ее изменения, а после страшного ритуала, проведенного Тахминой, так и подавно. Алия понятия не имела, что со всем этим делать. «Наворотила ты делов, девочка!» – сказала бы ей Тахмина. И снова ни печали, ни скорби внутри, ни-че-го!
Ей требовалась помощь клана. Они смогут во всем разобраться и помочь. По крайней мере, Алия на это надеялась. «Они – мои сестры, они помогут! Ведьмы глотку готовы перегрызть друг за друга и не оставят сестру в беде!» – пришла ей в голову успокаивающая мысль, но вместе с этим ее изнутри раздирали сомнения. К Тахмине, конечно, пришли бы, а к ней? Крепкие отношения у Алии были только с бабушкой, остальных она побаивалась, за исключением нескольких.
Алия скрылась в лесу, нашла не протоптанную тропинку, где обитали дикие звери и села на траву, прислонившись спиной к стволу высокого дерева с яркими, красно-фиолетовыми листьями. Ей требовалось все обдумать, но в первую очередь – осознать перемены в ней самой. Диких зверей она не боялась. Напротив, стоило ей оказаться на этом участке, как даже хищники, учуявшие сильного, могущественного, свирепого вожака, ушли куда подальше, ведомые инстинктами выжить.
Из очевидного, кроме поражающей внешности – ее физической силе и выносливости мог позавидовать даже дикий хищник, а спина так изрядно чесалась, что Алия рьяно терлась о кору. Чесотка усиливалась и распространилась по левой части тела. Стоило обнаружить на руке, ноге и бедре те же татуировки, что и на теле Тахмины во время ритуала, как вокруг Алии поднялась чернильная завеса и спустя несколько минут поглотила ее.
Глава 5. Клан ведьм
Алия услышала знакомый голос со стальными нотками, властный приказ проснуться и отборную ругань. Все это принадлежало одной и той же ведьме, которую она боялась всю свою жизнь. Еще не открывая глаз, девушка уже знала, кого увидит перед собой.
Очнувшись, она окинула взглядом одиннадцать ведьм их клана. Кто-то смотрел на нее с изумлением и шоком, кто-то со смесью замешательства и страха, кто-то с сочувствием и жалостью, а самая старшая из них всех, после Тахмины, разумеется, с полным отвращением и легко считываемым омерзением.
Радмира презирала Алию всю ее жизнь, и только Тахмина могла поставить старую ведьму на место. Для Радмиры внучка их королевы числилась позором их клана, бесполезным мешком с незначительными способностями, казалась ей слишком робкой, ранимой и сверхчувствительной. Таким не место среди настолько могущественных ведьм, как будто гадкий утенок по ошибке попал к прекрасным лебедям и мешал им летать на полную силу.
Остальные ведьмы, по мнению Радмиры, обладали стальным внутренним стержнем, не позволяли чувствам и эмоциям взять над ними верх. Трудности их закаляли и делали сильнее, чем прежде, а Алия могла сломаться при первом же вызове судьбы, что вопиюще непростительно! Жизнь иногда подкидывает испытания именно для того, чтобы проверить на прочность, соединиться с какой-то частью себя, выйти на новый уровень самопознания и развития.
На данный момент Радмира думала именно о том, что глупая самозванка в их клане, которой какого-то беса повезло родиться в семье их королевы, кем они считали и как называли между собой Тахмину, все испортила, как Радмира и предрекала. Да не просто испортила, а уничтожила сердце их клана, ту, которая сплотила ведьм, была незаменима.