Анна Морион – Бескрылая птица (страница 3)

– Да, тетушка. Я не желала везти со мной много вещей: я закажу платья по последней лондонской моде, а также приобрету все, что достойно носить настоящей лондонской моднице. – Вивиан прекрасно поняла намек тетушки на ее бедность, но вновь скрыла свою боль за улыбкой.

Да и что она могла сказать? С трудом собрав средства на дорогу в Лондон, лондонских портных и модные магазины, она прибыла в Гринхолл, к своей богатой тетке, как нищенка, как попрошайка. Вивиан знала, что ей стоило быть благодарной за то, что ей позволили приехать и даже приняли под свою опеку. Она будет жить в этом огромном красивом доме, гулять по этим длинным большим балконам и трапезничать с Крэнфордами в их, должно быть, большой роскошной столовой. Тетушка обещала ее матери вывести Вивиан в свет и дать прием в ее честь (именно так написала Беатрис Крэнфорд своей умирающей сестре), что, вероятно, поможет Вивиан сделать хорошую партию.

Ведь единственной целью, с которой нищая племянница приехала в Лондон и готова была терпеть насмешки и холодность своих родственников, было найти и выйти замуж за богатого жениха.

– Что ж, тогда тебе следует пройтись по магазинам, и как можно скорее, – ответила на это леди Крэнфорд, но ее не оставляла мысль о том, что племянница рассчитывает на щедрость своей тетушки, что было так некстати: терпеть эту нахалку в своем доме? Да, в память о сестре. Но обновлять ей гардероб, да еще и по лондонским ценам? Нет, этому не бывать! – Но я должна предупредить тебя, что лондонские цены очень отличаются от тех, к которым ты привыкла в своем маленьком городе. Будь очень осторожна в том, как тратишь свои средства, – добавила она, чтобы дать племяннице понять, что все издержки по обновлению гардероба та обязана оплатить сама.

– Благодарю вас за заботу, тетушка. Я так и поступлю, – с очередной милой улыбкой, но с гневом в душе, сказала Вивиан: то, что тетушка считала ее нахлебницей и попрошайкой (а это было трудно не заметить), раздражало ее до глубины души. Ведь она и не собиралась выпрашивать у тетки денег на новые платья! У Вивиан есть свои средства! Неужели ее «добрая тетушка» думает, что гордость позволила бы ей, Вивиан, приехать с пустыми руками?

– Ты можешь пройтись по магазинам с Джейн, – с удовлетворением услышав ответ Вивиан, сказала ей леди Крэнфорд. – Джейн тоже девятнадцать, как и тебе. Она будет твоей личной горничной.

Джейн поспешно сделала книксен и улыбнулась Вивиан широкой искренней улыбкой.

– Буда рада служить вам, мисс! – тихо воскликнула она, и ее лицо просияло, как новенький цент.

Вивиан улыбнулась ей в ответ.

– Приятно познакомиться, Джейн. Уверена, мы прекрасно проведем время вместе! – дружественным тоном сказала Вивиан своей горничной.

Та не смогла найти слов в ответ и лишь вновь сделала книксен.

– Джейн, проведи мисс Коуэлл в ее покои. Энтони, распорядись насчет ее багажа. Ланч будет накрыт через час на Южном балконе, – властным тоном раздала приказы хозяйка Гринхолла (который после ее смерти должен быть унаследовать ее старший сын Ричард). – Но будь вовремя, Вивиан. Я не терплю опозданий.

Джейн и Вивиан направились в покои последней, а Энтони хотел было зайти в дом и отдать приказ насчет багажа кузины, как тихий, но властный голос матери остановил его на полпути:

– Не смей даже думать о ней, сын мой.

Энтони обернулся к матери, улыбнулся ей саркастической улыбкой и произнес:

– Матушка, я прекрасно знаю свое положение.

Та довольно усмехнулась.

Энтони продолжил свой путь.

Леди Крэнфорд поспешила в свой рабочий кабинет и заперла дверь на ключ, чтобы еще раз перечитать последнее письмо покойной сестры. Она хотела бы чувствовать к своей племяннице жалость, но, против своей воли, чувствовала к ней лишь неприязнь.

Глава 3

– А вот и ваша комната, мисс! Утром я вымыла ее до блеска. Увы, ковер не выбит… Вы приехали так внезапно, мисс… Но я сделаю это завтра! – прощебетала Джейн, когда довела Вивиан до высоких широких белых дверей.

– Не утруждай себя, Джейн. В этих покоях я буду только спать. Не для того я приехала из самого Кэстербриджа, чтобы проводить время в своих комнатах, – успокоила ее Вивиан: Джейн была безгранично дружелюбна, и гостье показалось, что они могли бы стать подругами. Ведь все подруги Вивиан остались позади, в ее родном городе, а в Лондоне она не знала никого, кроме как тетку и своего кузена. А ей так хотелось иметь рядом добрую душу, на которую можно было бы положиться и с кем посплетничать!

Конечно, Джейн была всего лишь безродной горничной, а Вивиан – дочерью, хоть и мелкого, но дворянина. Однако Вивиан знала: в дружбе нет рангов, есть лишь чувства. Девушки были одного возраста, одного роста и обе любили наблюдать за людьми, а потом хихикать над той или иной персоной по поводу и без повода. Молоденькие, ищущие веселья головушки.

– О, мисс, я уверена, что вы не будете скучать! Скоро начнется сезон! – отозвалась Джейн. – Наша мэм устраивает такие роскошные приемы! Столько гостей!

– Моей тетушке грех не устраивать приемы, имея для этого все необходимое! Этот дом может вместить в себя сотни гостей! – смешливо воскликнула Вивиан. – Но, Джейн, перестань называть меня мисс: зови меня просто Вивиан.

– Ну что вы, мисс, куда это годится: мне прислуге вас звать по имени? – Удивлению Джейн не было границ: эта красавица была так добра! Но все же, она не могла принять ее чрезмерной доброты: ей, простой горничной, дочери сапожника и прачки, не подобает называть эту прекрасную мисс с такой фамильярностью! – Но, если вы желаете, я буду звать вас мисс Вивиан.

– Что ж, все в разы лучше, чем мисс Коуэлл, – со смехом сказала на это Вивиан. – И все же, какой огромный и красивый дом у моей тетушки!

Этот комплимент был искренним: трехэтажный каменный дом представлял собой настоящий средневековый замок, но был полон света. Леди Крэнфорд любила дневной свет, поэтому тяжелые зеленые шторы, сшитые из настоящего бархата, спускались на большие, с чистейшими стеклами окна лишь, когда на город опускался ночной мрак. Полы и лестницы из белого мрамора блестели чистотой (хозяйка дома требовала мыть и начищать их каждый день). Ковры отсутствовали, зато на украшенных скромной, но элегантной лепниной стенах имелись прекрасные картины: оригиналы и копии известных художников. Через каждые двадцать шагов располагались белые мраморные скульптуры – копии работ именитых скульпторов. Леди Крэнфорд любила искусство и тратила на приобретение картин и скульптур огромные средства. После смерти своего супруга, который скончался от чахотки десять лет назад, она преобразила некогда темный и мрачный дом во вместилище света и искусства. Каждая вещица, каждая завитушка на резном потолке, каждая ваза с цветами – все было продумано до мелочей. И все же, этот светлый красивый дом дышал каким-то мертвым холодом и казался нежилым.

Увы, покои для гостей не отличались от других комнат дома и также представляли собой нечто холодное, элегантное, светлое. Однако мраморный пол здесь был покрыт толстым красным ковром, по которому приятно было ступать босыми ногами, что очень обрадовало Вивиан. Большая мягкая кровать с шелковыми простынями, белый комод, белые стены и потолок. Но у одного из окон все же располагались мягкая, обитая алым бархатом софа и два таких же стула, а рядом с другим окном стояли светлый резной туалетный столик и мягкий пуф. В центре этой алой группы стоял строгий на вид светлый столик, на котором красовалась прелестная серебряная, но совершенно пустая ваза.

– Здесь так холодно… И ни одного цветка! – тихо сказала Вивиан, зайдя в свои покои и оглядываясь по сторонам.

Джейн бесшумно шла за гостьей и не спускала с нее глаз.

– О, это моя вина, мисс Коуэлл… – начала было она.

– Мисс Вивиан, – спокойным тоном поправила ее Вивиан.

– Мисс Вивиан, – послушно повторила Джейн и виновато продолжила: – Леди Крэнфорд приказала собрать для вас красивый букет, но я не успела… Я могу сделать это сейчас! Я соберу для вас самый красивый букет в мире!

Джейн была готова сделать что угодно, лишь бы порадовать свою новую мисс: Вивиан выглядела несколько расстроенной и зябко обнимала себя за плечи, хотя за окном стоял солнечный июньский день.

– Здесь есть сад? – приподняла свои изящные брови Вивиан.

– Конечно, мисс! Самый большой и красивый во всем Лондоне! Наша мэм любит цветы и всяческие растения, – улыбнулась ей Джейн.

– Прекрасно! – Мисс Коуэлл широко улыбнулась и хлопнула в ладоши. – Пойдем вместе! Я сама соберу букет, а заодно полюбуюсь стараниями моей тетушки.

Девушки со смехом вышли из холодной белой комнаты и почти бегом направились в сад.

Джейн не преувеличивала, когда сказала, что саду леди Крэнфорд не было равных даже в таком огромном городе, как Лондон: он был прекрасен, богат растениями и цветами, и пах летом. Цветы сияли всеми цветами радуги, а также нежными оттенками каждого из семи, и их разнообразие радовало глаза и сердца любителей даров природы. Толстые смешные шмели летали с одного цветка на другой, иногда прогоняя севшие на широко раскрытые бутоны бабочек. Широкие ухоженные дорожки были вымощены большими плоскими каменными плитами – одно удовольствие шагать по ним и наслаждаться окружающей красотой. Посреди сада синело небольшое озеро с чистой холодной водой. Рядом с ним стоял небольшой деревянный домик, в котором обитало семейство двух белоснежных лебедей с пятью серыми птенцами. Недалеко от озера располагалась красивая деревянная беседка, в которой леди Крэнфорд и ее сын пили утренний чай в погожие теплые дни. Повсюду белели мраморные статуи полуобнаженных дев, а посреди сада звонкими струями играл небольшой круглый каменный фонтан, в котором часто можно было заметить купающихся и пьющих воду птиц.