Анна Митро – Дракон, выйди вон! (страница 18)
Ладони коснулись гладкой поверхности, и я не ощутила ровным счетом ничего, что сначала удивило, а потом порадовало. Ровно до тех пор, пока не появился результат измерения. Огненный сектор словно затопило лавой, и постепенно эта лава, переливаясь через край желоба, заполнила половину воздушного и треть земного сектора, оставив водный почти пустым. Там бултыхалась несчастная единичка. Но на этом красная жидкость не остановилась. Она планомерно затапливала белый и черный сектора, пока не дошла до отметки семь, и на ней не решила, что хватит.
В комнате стояла гробовая тишина, подруга терла глаза, наверное, думая, что ей все померещилось, а вот Аштау с ректором смотрели на меня с недоумением.
– Надо поднять результаты вступительного экзамена, – наконец разродился ректор. – Предпосылок для подобной аномалии вроде бы не было…
– Точно не было! – подскочил декан. – Брианна, это невероятно! Даже драконы не могут похвастаться такой комбинацией! При даре стихий выше среднего магия жизни и смерти достигает лишь второго уровня и то, при исключительных случаях.
– Значит, я обскакала даже нашего княжича. Разве что вода у меня почти на нуле, усмешка вырвалась сама собой.
– Придется тебе в расписание поставить много занятий со мной, – обрадовала меня Этери.
– Да, мистрес Моранди, вам придется снова начать учиться.
– Это не проблема, ректор, – он смотрел на меня, точно выиграл приз, и отчего-то мне это совсем не понравилось. – Но я бы не хотела, чтобы мои способности стали достоянием общественности.
– Да ладно? А как же утереть всем обидчикам нос? – ехидный взгляд мужчины выбил из колеи.
– Я им не мамочка, чтобы подтирать носы, и давно не подросток, чтобы мечты о мести отнимали мое время. Я слишком его ценю.
– Это хорошо, – с улыбкой муркнул Гроссет, но его удовлетворенность моим ответом показалась наигранной. – К концу испытательного срока вы должны освоиться со своими новыми возможностями и продемонстрировать их на закрытой комиссии. Если все пройдет успешно, то вы останетесь работать, получите повышенное жалование и рекомендации с обновленными данными.
– А если нет? – уточнила я.
– Лучше вам постараться, чтобы да, – судя по его лицу, то мне стоит очень постараться. Желательно, как одиннадцатиклассникам перед выпускными экзаменами.
В дверь несмело постучали, я вернулась на свое место, и мы впустили следующего абитуриента. Через полчаса, троих отсеянных и двоих поступивших, ректор объявил смену комиссии, и мы отправились обедать.
– Я так голодна, что готова кого-нибудь съесть! – прорычала я, устремившись в столовую, и практически тащившую Этери за собой, как на буксире.
– Я сразу понял, что вы опасны, мистрес Моранди, – сверкнув глазами, на нашем пути встал Дизраэли.
– Магистр, будьте добры, пропустите нас, – ласково сказала Этери, пытаясь загородить меня от него, ну или его от меня.
– Вы жаждете реванша, Алан? Уязвленное мужское самолюбие не дает покоя? Или драконья честь пострадала?
– Бри, держи себя в руках, – прошептала подруга. – Подожди нужный срок, а потом сделаешь с ним все, что захочешь. В пределах законов Миссении.
Я вспомнила про испытательный срок и остыла. Да, сейчас не время доказывать этому дракону, что он джайв-индюк. Тем более, после слов ректору, что я выше мстительных мыслей. Нужно освоить тонкости полученного дара и сделать так, чтобы ни у кого даже тени мысли не возникло, что я здесь не на своем месте. А потом можно уже и отдаться своим желаниям.
– Да, идем есть, это не та проблема, – я окинула мужчину взглядом сверху вниз, – которая достояна нашего внимания.
– Я проблема? – опешил дракон.
– Ну не я же, – я закатила глаза, и мы с Этери поспешили в столовую.
Глава 11
Местный «день знаний», то есть день начала учебы начался с толпы студентов в столовой. Мы с Этери и Гаиром переглянулись, и поморщились. К хорошему быстро привыкаешь, так и мы привыкли наслаждаться тишиной во время еды. Вчера, правда, тоже был бедлам, но я только пообедала в компании друзей, ужинала, перечитывая план уроков, и внося последние правки.
Магистр Форрис, как бы к нему не относился ректор и остальные, оказался неплохим и очень сочувствующим мне мужчиной. По крайней мере, увидев текст записки, приложенной к планам и документам, я чуть не всплакнула от умиления:
«
Четырнадцать человек магистр счел опасными для моей жизни. И подошел к их описанию с невероятной дотошностью. К началу учебы я знала не только, как их зовут и кто их родители, какие отношения в семье и с одногруппниками, но и слабые и сильные стороны их магии, любимые заклинания и пакости. Зря так на магистра наезжали, золотой человек. В нашей школе я б его сама на руках носила, ведь он и правда, к работе и детям со всей душой. Только этим детям не нужна душа. Впрочем, как и у нас.
Гаир, как настоящий джентльмен, проводил меня после завтрака до кабинета. Этери лишь хихикнула на его поведение и ушла к себе в лекарское крыло.
– Не стоило, – покачала я головой уже у двери. – Теперь меня хочет придушить половина встреченных по пути девиц.
– Зато никто не покусился на твое здоровье и равновесие, – парировал друг. – Но если честно, отвык я от столпотворения в столовой. И остальные куда-то подевались…
– Они поступили, видимо, умнее нас и позавтракали дома.
– Хорошая идея, но, не сочти меня прижимистым, столовая очень экономит жалование.
– Не сочту и соглашусь. Только думаю, от завтраков мы не обеднеем, обедать можно во время окон на уроках, а с ужином что-нибудь придумаем, – пообещала я ему и, договорившись встретиться в конце третьей пары для обеда, Гаир ушел.
А я, окинув взглядом кабинет, села на учительский стол, вспомнила, как очутилась тут первый раз и задумалась. Чисто не там, где убирают, а там где не мусорят. Вот и мне хотелось бы, чтобы мое рабочее время всегда было в идеальном порядке. И вспомнила, как муж любил свою «ласточку», видавшую виды «Ниву». Как он мыл ее, полировал и брызгал специальным составом, чтобы грязь не липла к машине. Вот мне такая же нужна… По кабинету пронесся колокольный звон.
– Давно не виделись, Бри, – ухмыляясь, рядом со мной возник Корг. – Доброе утро!
– Доброе! Как там в общежитии? Тетушка Донелия справляется?
– А как же. Это перваши пока наглючие, остальные в курсе, что она скора на расправу. А ты как?
– Да вот, готовлюсь. Думаю, как защитить кабинет от варваров. От адептов то есть.
– Что кабинет, Брианна? Себя в первую очередь нужно обезопасить! Хотя кабинет тоже, – он прошелся взглядом по сверкающим партам и стенам, – жалко работу твою. Хорошо вышло. А так было бы хорошо, чтобы как с воздушной стеной от дождя, кап-кап и все мимо.
– Да, – брауни задал направление для работы моей мысли. – А лучше обратно в адепта, чтобы неповадно было… Зеркало! Корг, да ты гений!
– А? А что я-то? – испугался брауни. – Ой, ну тебя. Материал для урока нужен?
– Да, и я тоже! Сейчас все будет! – я махнула ему рукой и представила, как каждый элемент в моем кабинете закрывается воздушным щитом с зеркальной поверхностью.
Сложность была в том, что это было не просто заклинание со стихийным активатором. Нет. Это была громоздкая конструкция с подвижными элементами, где силовая линия, закрывающая стол, стул, стену или что-то еще, плавно перетекала в следующую линию, окружавшую следующий предмет. Как рисунок, нарисованный без отрыва карандаша от бумаги. И его конец плавно перетек в начало так, что со стороны даже в магическом зрении не было видно скрепляющего узла, ведь я спрятала его в один из перекрестков линий, упаковывающих доску. Причем, в очевидно «не главный» крест. Доска сверкнула «огоньком», от нее по воздушной стихии, опутавшей кабинет, прокатилась огненная волна – заклятие активировалось. Вот только испытать я его не успела – в кабинет постучали, и первый адепт вошел внутрь.
Я и не заметила, как кабинет заполнился, но к чести местных студентов, к звонку на местах оказались все представители группы «а» третьего курса. Вот только на мелодичный перезвон они никак не отреагировали. Что ж. Придется забыть крепко вбитые в подкорку земные моральные нормы поведения на счет недопустимости применения силы и оскорблений. В этих джунглях выживает сильнейший.
– Третий курс, звонок, видимо, не для вас? – ехидно я поинтересовалась у группы, но они не отреагировали, несколько лишь мазнули по мне взглядом и продолжили общаться между собой. – Встать! – рявкнула я, и для проформы ветром отвесила каждому подзатыльник. Подскочили все, как миленькие.