Анна Мишина – Девочка Грома (страница 6)

– Проще подыграть. Ты же знаешь наших отцов, непрошибаемые, как танк!

– И долго мы так будем играть?

– Ну-у-у, пока кто-нибудь из нас не женится.

– Вообще-то я еще пока не собираюсь вешать себе на шею хомут под названием “семейная жизнь”, как бы сильно я не любил Ксюху!

– Я ей передам.

Вадим протяжно застонал, откидываясь на спинку стула.

– Зараза ты, Уля.

А потом помолчал-помолчал и выдал:

– Если что, я не собираюсь на тебе жениться, Елагина.

– Ты мне тоже в мужья на фиг не сдался, Шмелев.

– Нам нужно что-то придумать.

– Нужно. И чем быстрее, тем лучше.

Мы перекинулись еще парой тройкой фраз и снова дружно замолчали, когда взгляд Дениса остановился на нашей парочке. Теперь наконец-то и меня облагодетельствовали своим вниманием, осуждающе зыркнув в мою сторону и заломив бровь.

Я не представляю, как я переживу этот учебный год!

Первая пара пролетела неожиданно быстро. Хотя я ничего и не запомнила из рассказанного Громовым. Мне просто не до того было.

Я смущалась, злилась и смотрела на его обтянутую брюками накачанную задницу. Я плохая девочка. Я знаю! Но ничего с собой поделать не могу.

Поэтому, когда прозвенел “звонок” и одногруппники подорвались с места, я тоже поддалась стадному чувству. В надежде как можно быстрее унести отсюда ноги и скрыться с глаз обломанного мною мужика. Оттянуть наше тет-а-тет хотя бы до завтра.

Не срослось.

На всю аудиторию, как приговор, прозвучал:

– Студентка Елагина, вас я попрошу задержаться, – рокочущий, словно раскат грома (надо же, как символично!), голос Дениса…Игоревича, заглушая возню студентов, покидающих аудиторию.

Мой взгляд метнулся в сторону преподавательского стола, а сердце ухнуло в пятки.

Ждет. Облокотившись на рабочий стол и сложив руки на груди.

Смотрит. Не мигая.

Приплыли. Сейчас мне объяснят, что бывает с маленькими девочками, которые любят обламывать взрослых возбужденных дяденек.

Уй...

Я нервно оглянулась на мужчину и, заметив его пристальный взгляд, стала торопливо искать глазами Вадима.

Тот уже топтался у двери и, заметив мою заминку, подлетел сразу с вопросом:

– Чего он до тебя докопался? Вы знакомы?

Парень нахмурился.

Я выдавливаю из себя улыбку и стараюсь сделаться безразличной к просьбе препода, чтоб его...

Выходит плохо, меня потряхивает.

– Не выдумывай. Я опоздала, наверное, хочет наказать, – ляпнула, а потом сама усмехнулась своим мыслям. Ну, не порку же он мне устроит? Только от прозвучавшей этой фразы в голове меня тут же бросает в жар.

Он может. После того, что я учудила, еще как может! И будет прав в какой-то степени.

– Возможно, даст задание дополнительное, – пожимаю плечами.

– Я тебя жду на нашем месте, тогда. Или хочешь, останусь под дверью, – затараторил Вадик, бросая настороженные взгляды на Дениса.

– Вадь, ну, не съест же он меня, правда? Боюсь, ректорат такого подхода к обучению не одобрит, – усмехаюсь, а у самой все внутри дрожит. Что это? Страх? Или предвкушение возможности остаться с Громовым один на один?

– Ладно, Уль, – наконец сдается мой верный товарищ. – Наберу тебя через десять минут, если не придешь, – наконец отмирает.

– Договорились, мой верный рыцарь.

– Вот я бы такой самоуверенной не был! Этот дядька даже меня пугает, Елагина.

А мне хотелось ляпнуть: чего его бояться, он же в душе такой пушистый котик. Но я вовремя прикусила язык.

Вадик, еще разок настороженно оглянувшись, направляется к выходу и закрывает за собой дверь.

Он был последний. Дальше тишина.

Все вышли.

Остались лишь мы вдвоем.

Наедине.

Мы сверлим другу друга взглядами, оба не решаясь заговорить. Я переминаюсь с ноги на ногу под прицелом глаз Дениса. А он стоит и стол свой рабочий задницей подпирает. Вальяжно так.

Черт, если еще хоть пара секунд продлится это жуткое молчание…

– Значит, Елагина Ульяна, – наконец заговорил мужчина. – Ульяна, – тянет он мое имя, словно пробует его на вкус.

Картинки, всплывшие в моем воображение, тут же заиграли яркими красками.

Мне больше нравится, когда он зовет меня Яна. Никто меня так не зовет. Но он об этом не узнает.

– Она самая, студенческий показать?

– Еще, может, чего покажешь? – усмехается Громов не по-доброму. Качает головой. А во мне просыпается злость, потому что он не имеет никакого права разговаривать со мной в таком тоне. И вести себя так тоже права не имеет! Что он о себе возомнил?

– Только если средний палец.

– Принцесса за две недели зубки отрастила? Забавно. Я все думал, мозг сломал, почему ты сбежала? – отталкивается от стола и медленно приближается ко мне с грацией хищника.

Я отступаю. Вжимаюсь в столы, стоящие на первом ряду. Сглатываю с трудом вязкую слюну, загипнотизированная его темным взглядом. Взгляд сам собой на губы падает. В горле пересыхает.

– А ты, оказывается, и имени настоящего своего не сказала, – мужчина приблизился так, что осталось между нами пара жалких шагов.

– Почему же? – усмехнулась.

В нос ударил такой знакомый запах туалетной воды с примесью мужского геля для душа. Горький, щекочущий, глубокий. Так бы и дышала им одним.

Колени мои дрогнули, и я вцепилась руками в стол за спиной.

– Я сказала: Яна. Уль-Яна. Это сокращение. Я никого не обманывала. Тут твои обвинения безосновательны.

Денис в два шага оказывается около меня и упирается в стол руками по обе стороны, захлопывая ловушку. Наши лица непозволительно близко. Я чувствую его дыхание. Оно осталось одно на двоих. До дрожи хочется закрыть глаза и ощутить… снова ощутить…

Стоп, Ульяна! О чем вообще думаешь, девочка?

– Ответь мне на один-единственный вопрос, – смотрит в глаза, словно в душу заглядывает, все веселье из тона улетучилось. – Почему? – зазвенела сталь.

Мне не нужно переспрашивать его, о чем он толкует. Я все прекрасно знаю и понимаю. Но что я ему скажу? Испугалась? Испугалась, что на одну ночь? Глупо. Очень глупо и не по-взрослому. А я не хочу, чтобы он считал меня маленькой девочкой! Хотя, наверное, что я ему сейчас ни скажу, он будет думать именно так.

– А что, такому, как ты, никогда не отказывали? – набираюсь смелости и выдаю ему в лицо.