Анна Минаева – Слово охотника (страница 33)

Гилиам пожал плечами, не сказав Мартону, что позади него мокрые следы на полу.

Ночь переваливала за полночь, скрипнула дверь. Часть факелов потухла, и Гилиам рассчитывал больше на память, чем на зрение. Он остановился у небольшой, неприметной двери. Лилиит заняла бывшую коморку, сказав, что много места ей не нужно.

Взвесив все свои мысли, мужчина открыл дверь и вошёл в комнатку. На прикроватной тумбе догорала свеча, лужа воска занимала больше половины свободного пространства. В покоях приятно пахло то ли мятой, то ли киелами. Нечто такое нежное и сложно уловимое, что с каждым вдохом, воину всё больше казалось, будто он ошибся.

Охотница закуталась в одеяло, как в кокон, несмотря на то, что от почти затухшего камина шёл жар. Гилиам пошевелил угли и подкинул несколько брёвнышек, что лежали рядом. Лилиит зашевелилась и застонала во сне, по лбу катились капли пота, и она сильнее заворачивалась в одеяло.

– Эй, – он присел на край постели и тронул девушку за плечо.

Прошло всего мгновение, за которое она распахнула глаза, выхватила из-под подушки кинжал чуть больше чем её ладонь и ударила им вперёд, не глядя.

– Аккуратнее, так и убить можно, – рассмеялся воин, хватаясь за щёку, по которой текла кровь.

– Что ты тут делаешь? – зашипела охотница, понимая, кого именно ранила.

– Есть разговор.

– Настолько важный и срочный, что ты ввалился ко мне в комнату без приглашения?

– Ты ночью выходила?

Она отрицательно помотала головой:

– Что-то случилось?

– Кто-то был на кухне, перевернул ковш с водой.

– Из-за этого ты меня разбудил? – она потянулась и села.

– Лил, этот кто-то оставил следы. Небольшая нога только у тебя. Если это не ты, то в поместье небезопасно.

Охотница закусила губу.

– Значит, надо сказать остальным, – продолжал Гилиам.

– Погоди, – она схватила его за рукав рубахи, не позволяя встать. – Это была не я. Почти не я. После приезда сюда мне иногда снится будто я хожу по поместью, прикасаюсь к вещам, вижу всё со стороны. Вчера мне приснился свиток, который был зарыт в снегу на втором этаже. Мне показалось это бредом, пока я не нашла тот зал…Я видела сон этой ночью, мне было жарко и плохо, будто лихорадило. Мне очень хотелось пить… Но я не выходила из комнаты.

– Что со свитком? Где он? – напрягся воин.

– Его больше нет. Может, хоть ты расскажешь, что случилось в том зале?

– Не помню, – виновато улыбнулся он.

Лилиит молчала. Сон больше не тянул ей в свои пучины, она завороженно смотрела на стекающие с поцарапанной щеки капельки крови и ждала пока он что-нибудь скажет.

Гилиам зевнул.

– Так значит, сны видишь? Влияешь на реальный мир? Это упоминала твоя Первородная?

– Нет.

– И ты никому не хочешь об этом говорить.

Он и сам знал ответ, потому девушка смолчала.

– Почему?

Лилиит подтянула колени к груди:

– Они так отреагировали на мою правду…Откуда у тебя синяк на лице?

– Споткнулся в темноте, пока шёл к твоей комнате.

– Не лги, – она уже откинула одеяло и спустила босые ступни к полу. – Мартон? Он теряет контроль! Я должна с ним поговорить!

Теперь наступил черёд воина удерживать её на месте:

– Давай, приди к нему посреди ночи и скажи, что быть обманутым не так уж и плохо.

– У тебя кровь не останавливается. Сосредоточься, – перевела разговор на другую тему Лил, – ты ведь уже давно получил вторую ступень.

Он рассмеялся:

– От тебя ничего не скроешь, охотница.

Она кисло улыбнулась и кивнула головой на его щёку с тонкой царапиной.

Мужчина прикрыл глаза и мысленно остановил кровь, соединил ткани.

– Впечатляет, – она прикоснулась ледяными пальцами к еле заметному в пламени свечи бледно-розовому рубцу, затем стушевалась и отдёрнула руку. – А синяк?

– Мартон не поймёт, пусть будет.

Она кивнула головой:

– Ты не скажешь им про мои сны?

– Пока тебя это не начнёт пугать…

– Уже. Но это не впервой. Знаешь, когда мне Сэлис вернула память во мне жило две сущности, они спорили, ругались, я никак не могла на них повлиять. До поры. Потом всё наладилось. Я надеюсь, что и это пройдёт.

– Главное, меня извещай, чтобы я не переживал.

– А ты переживаешь? – она заглянула ему в глаза.

Гилиам только улыбнулся её в ответ.

Повисло неловкое молчание, изредка нарушаемое потрескиванием древесины в камине. Завыл ветер, ударился в окно, завешенное неплотной шторой из серой органзы. Лилиит поёжилась, чувствуя, как замерзают пальцы на ногах.

Она уже не ждала ответа, когда он заговорил:

– Переживаю. Ты представить себе не можешь, как съедало меня изнутри знание того, что я собственноручно убил тебя.

– Ну да, – охотница покачала головой, – у тебя ведь были грандиозные планы на ту, у кого проснулась утерянная сила истинного.

– Раз ты доверила мне свою тайну, я доверю тебе свою, – он уже жалел, что завёл этот разговор. – Ты важна мне не только как охотник. Теперь делай с этим знанием что хочешь.

Девушка подняла на него удивлённый взгляд, будто ждала подвоха. Но воин не отступил от своих слов и не рассмеялся. Сердце бешено билось, она не знала сколько прошло времени после того, как прозвучали слова, ломающие абсолютно всё.

– Выйди и закрой дверь. Я не хочу ни с кем сближаться. Они обязательно всё погибают. А список тех, за кого я мщу и так велик.

Глава 23: В поместье. Часть 3

– Ну же, Мартон, сосредоточься!

Мужчина зарычал, глядя на то, как из раны на руке течёт кровь. Лёгкое головокружение, из носа тоже пошла кровь, зрачки из белого стали чёрным. Он откинул копьё и зажал царапину на левом предплечье правой рукой.

– Использовать сразу несколько умений не так просто, – вступился на него Томас, опуская меч.

Стояла непроглядная ночная тьма, невдалеке ухала хищная птица. Лилиит кинула все силы на её поиск, взглянула на мир жёлтыми глазами и приказала опуститься на землю. Сова ухнула и спланировала вниз, пролетела под низкими ветвями граба и вцепилась острыми когтями в выставленную женскую руку. Девушка почухала пушистое пузо, щёлкнула птицу по клюву и молча кивнула на неё головой.

Осванд сделал шаг вперёд:

– Давай я, только не мешай.

Охотница кивнула головой.

Последнее время они не только тренировали умения, а и пытались мешать друг другу. Подчинить животное или птицу было не так просто, если это делали сразу два охотника. Обычно ни у одного ничего не получалось, а создание улепётывало на всех порах подальше от того места, где кто-то пытался прорваться в её сознание.