Анна Минаева – Слово охотника (страница 18)

– Ответишь за свои слова? – лицо наместника Ордена посуровело. – Ты только что нанёс мне оскорбление, которое можешь смыть только кровью.

– За его слова отвечу я, – Гилиам со вздохом встал со своего места. – Он мой подопечный и несу за него ответственность я.

– Никакой крови в стенах поместья, – кивнул головой Шагрод. – У пруда через полчаса. Надеюсь, вам хватит духу не сбежать.

– Я поставлю нечто большее на кон, если ты не возражаешь, – воин провёл рукой по лицу, будто избавляясь от страхов. – Если ты выигрываешь поединок, то мы безоговорочно присоединяемся к твоему отряду. Если ты первый выронишь оружие, то мы вольны делать что пожелаем. А мы пожелаем покинуть это поместье. И кое-что узнать.

– У пруда через полчаса.

Никто не заметил, как побледнела хозяйка поместья.

Гилиам отдал всего два приказа:

– Собрать вещи и ни слова о Лилиит.

После этого он закрылся в своих покоях.

Охотники разбрелись по своим комнатам, выполнять поручения.

Воин, убедившись, что никто его не подслушивает обратился к богу, который мог его сейчас услышать.

– Эштус, прошу тебя о помощи, как охотник. Как тот, кого оберегает твоя сестра. Я не алари и никогда не поклонялся тебе, как богу мира нашего. Но от нашей общей знакомой знаю, что Сэлис сейчас не в состоянии услышать меня. Помоги мне, и я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь Лилиит. Ведь вы оба заинтересованы в ней.

Бог-случай со скучающей миной следил за тем, как воин меняет свою одежду на кольчугу, закрепляет наручи. Он смотрел на мужчину, который не мог его видеть, и качал головой.

Гилиам замер на какое-то мгновение у письменного стола, не веря своим глазам. На отполированной столешнице лежал пожелтевший от времени свиток с письменами, что вывели красными чернилами. Но он мог поклясться, что сжёг его накануне вечером. Мотнув головой, будто отгоняя наваждение, воин сгрёб вещи в баул и задержал взгляд на свитке. Потом закинул его в суму, взвалил на плечо меч в дорогих кожаных ножнах и вышел из покоев.

Эштус проводил его взглядом, но ничего не сказал. Охотник его всё равно бы не услышал.

Глава 13: Орден Теневых

У выхода из крыла его ждали охотники.

– Лошади готовы. Давай вещи, я оседлаю Урагана.

Гилиам передал баул Мартону и благодарно кивнул головой.

– Зря ты в это ввязался, – Леоф сжимал и разжимал кулаки, но голос его звучал ровно.

– Как только начнётся бой, – перебил его воин, – бегите к конюшне и уезжайте.

– Что ты сейчас сказал? – встрепенулся Осванд. – Не наш ли великий полководец и охотник сдаётся раньше времени?

– Если пепельный рыцарь вызвал на поединок, он уверен в своей победе.

– И что тогда, нам теперь всегда делать ноги, если противник сильнее?

– Если ты обнажишь меч против Ордена, не найти тебе спокойного места на этой земле. Они достанут и сделают так, что смерть тебе покажется наслаждением. Я знаю о чём говорю, Орден часто приглашали ко двору.

Мартон широкими шагами приблизился к воину. Он слышал лишь обрывки фраз, но ему этого хватило. Охотник ткнул Гилиама в грудь пальцем и процедил сквозь зубы:

– А теперь забери свои слова обратно. Я не позволю тому, кто завёл нас в такую задницу, так просто сдаться. Ты должен вздёрнуть этого говнюка, иначе дело всей твоей жизни падёт прахом, королевич!

– У меня есть последователи, – громко рассмеялся мужчина. – Пора. Иначе они решат, что я позорно сбежал.

Мартон прикрыл глаза, шепча ругательства под нос. Ученица сделала ноги, королевич жертвует собой ради высшей цели. Где они оступились?

Но на этот вопрос ответил Леоф. Голос его звучал всё так же ровно, но угроза сочилась из него, как сок из яблок под прессом.

– Сестричка.

Гилиам шёл медленно, наслаждаясь каждым мгновением, которое пролетало, пока он переставлял ноги. Густая трава цеплялась за бляхи высоких ботинок, лёгкий ветер нёс сладкие запахи цветов, распустившихся неподалёку. В воздухе витала свежесть от озера, жужжали насекомые-кровопийцы и одиноко поквакивала лягушка.

У водной глади, покрытой кувшинками и речными лилиями, стояли люди, закутанные в серые плащи с капюшонами. Светило жарило, как в последний раз, и уже сто потов сошло с рыцарей пепла. Но они не смели открыть свои лица до тех пор, пока вызванный на поединок воин не поравняется с ними и не произнесёт нужные слова.

Но Гилиам не торопился. Он подошёл к Фецилле, которая сидела на резной лавке в тени высокой ивы. Воин положил меч у её ног и стал на одно колено, но голову не опустил.

Мужчина видел, как побледнела баронесса, встретился с ней взглядом и заговорил:

– Благодарю за оказанное гостеприимство, госпожа Дехасти. Вы много сделали для моего отряда. Слишком много. Надеюсь, что ваш брат простит ваш поступок. Я благодарю богов за то, что свели меня с такой прекрасной женщиной. Да хранит Сэлис ваш путь.

После этих слов он встал, отряхнул штанину от налипших травинок и, подхватив с земли меч, направился к Шагроду.

Пепельный рыцарь вздохнул с облегчением и скинул с головы капюшон. Тёмные волосы слиплись от пота, глаза слезились.

– Светлых дней, тёплых звёзд! Я, Гилиам Адрак Рэвард принимаю твой вызов на поединок. Сражаемся до потери оружия.

– Тихих ночей, попутных ветров! Я, Шагрод Алемин, вызвавший тебя на поединок, согласен со всеми условиями. Победивший выбирает наказание проигравшему.

Люди расступились, формируя место для сражения. Слуги, которые всё это время толпились неподалёку, подошли и заняли места по бокам лавки своей госпожи. Фецилла теребила в руках батистовый платочек и бросала взгляды на брата. Но Леоф делал вид, что не замечает этого. Его внимание было приковано к человеку, который принял вызов вместо него.

Гилиам вытащил меч с изумрудом на крестовине из ножен и, обхватив его двумя руками в кожаных перчатках, направил остриё на противника.

Шагрод скинул плащ, передавая его одному из рыцарей, и принял из рук другого пламевидный меч и широкий серебристый щит с эмблемой Ордена.

– Одноручный фламберг, – сплюнул Мартон.

Рыцарь пепла отвёл левую руку с щитом в сторону:

– Первый кто окажется обезоруженным – проиграл.

Леоф поймал взгляд сестры и прошептал одними губами:

– Я тебя ненавижу.

Первым напал Шагрод. Щит отразил удар двуручного меча, а фламберг просвистел рядом с плечом противника. Гилиам развернулся в бёдрах, усиливая атаку. Меч встретился с пламевидным клинком. Посыпались искры.

– Лучше бы сдался без боя. Очистку прошёл бы легче, – усмехнулся пепельный и ударил щитом.

Воин отразил выпад мечом. Земля под его ногами просела.

Мужчина не ответил. Он нашёл взглядом своих в толпе и кивнул головой. Подал знак. Но ни один из них не сдвинулся с места.

– Придурки, – зашипел Гилиам, уворачиваясь от рубящего удара.

Шагрод отскочил и тут же с разбегу прыгнул, намереваясь нанести удар щитом в лицо. Охотник припал на одно колено, уклоняясь от удара. Направленный вверх меч, сорвал с руки рыцаря перчатку.

Воину показалось, что время замедлило свой ход. Сердце медленно ломало рёбра изнутри, слуги Фециллы слишком размеренно открывали рты в крике. Не замедлился только Шагрод, который развернулся и бежал на противника.

Гилиам среагировал и развернулся торсом. Фламберг со свистом прошёл мимо. Мужчина слышал, как вздохнул от удивления пепельный рыцарь.

Охотник сделал шаг вбок, а затем вперёд. Подцепил мечом щит с изображённым на нём драконом, который изрыгает пламя на самого себя, и отвёл его в сторону. Быстрый шаг вперёд. Рванул на себя меч. Шагрод пошатнулся и выронил щит, ремни которого были перерезаны.

Гилиам не успел отреагировать, хотя видел, что клинок противника занесён для удара. Пламевидный клинок вонзился в правое плечо, фонтан крови брызнул в лицо противнику, позволяя охотнику сделать шаг назад.

Воин обернулся вокруг своей оси, вкладывая в удар всю силу. Инерция развернула человека, меч летел, рассекая воздух, и с чавканьем вошёл в правое плечо Шагроду.

Рыцарь покачнулся, но оружие не выпустил. Алая кровь текла по руке вниз, омывала изогнутое лезвие.

– Тебе не победить, дикарь!

Рыцарь перехватил меч в здоровую руку и глотнул воздух. Перед глазами у него поплыло, но не мог глава Ордена Теневых в Кэйморе позволить победить какому-то проходимцу. Пусть он и сын короля. Он зовёт себя истинным охотником, потому должен сдохнуть!

Обещания, данные баронессе Дехасти, стёрлись из памяти. А время замедлило своё течение. Шагрод применил умение третьей ступени, тратя на это последние капли сил. У него был только один шанс.

Шагрод чувствовал, как время размылось, стало тягучим, как дёготь. Фламберг с лёгкостью прошёл через разжиженный воздух, впиваясь в бок врагу. Он видел, как охнул Гилиам, как расширились его зрачки от боли, как с надсадным треском разбились кольца кольчуги. И мир стал темнеть. Силы покидали мужчину, сколько бы он ни цеплялся за них. Потерять сознание от истощения на глазах подчинённых, не то, что нужно было. Но Шагрод больше ничего не контролировал. Пальцы левой руки разжались. Меч с тихим шелестом приземлился на траву.

Вот только две руки в кожаных перчатках всё ещё держали меч с изумрудом на крестовине.