Анна Минаева – Неправильная ведьма (страница 50)

К рыбе подали салат и белое вино.

– Себастьян, расскажи-ка мне все нюансы покровительства, которое ты упомянул при беседе с королем… Когда в который раз защитил.

– У меня уже входит в привычку спасать одну… леди без чувства самосохранения, – выкрутился он.

– Хорошая такая привычка, – улыбнулась я поверх бокала. – И все же?

– Все же все твои ошибки, пакости и нарушения закона будут повешены на меня, – поджав губы, проговорил он. – Право покровительства используется не так часто. Чаще всего на ведьмах или магических преступниках. От… король так поступил со своей первой женой. Королевство могло не принять подобную новость. Потому почти сразу же был составлен кровный контракт. Сейчас это больше игра слов. Но если эти слова сказаны в глаза правителю, даже без бумажного подтверждения право работает в полную силу.

Я смотрела на Себастьяна и впервые за все это время чувствовала какую-то странную теплоту в районе груди. Чувствовала себя защищенной и… счастливой.

Ненормальная ведьма! Влюбилась в ловчего! Да и он хорош!

Доедали в тишине. Когда вышли на улицу, на столицу уже спускались первые сумерки. Косые лучи солнца загадочно меняли тени, удлиняли их. Мы медленно шагали по улицам (да, я все же уговорила Себаса на пешую прогулку) в сторону дворцового квартала. Почти всю дорогу молчали, но я не чувствовала прежнего дискомфорта от этого. И только у черного особняка, похожего на небольшой замок, Себастьян притормозил.

– Ивилай, – позвал он, а когда я обернулась, притянул к себе, – ты ведь любишь авантюры?

Его хитрая улыбка подогрела мое любопытство.

– Допустим. – Но вот так просто соглашаться на провокацию ловчего было нельзя.

– Как думаешь, насколько разозлится твоя «тетушка», если ты не явишься этой ночью домой?

С мгновение до меня доходил смысл его слов, подкрепленный темнеющим от желания взглядом. Сказать, что я покраснела, это ничего не сказать. Я вспыхнула факелом и фыркнула, не зная, куда деть взгляд.

– Ты слишком милая в такие моменты, – хмыкнул ловчий, поднимая мой подбородок пальцами, заставляя нас встретиться взглядами. – Я ни к чему тебя не принуждаю. Ведьма.

– Зато ставишь меня в неловкое положение.

– Не без этого, – пожал он плечами. – Так что скажешь?

– Всегда было интересно, как живут ловчие, – прошептала я пересохшими губами.

А внутри что-то запело так громко и оглушающе, что мир казался нереальным.

Надо ли говорить, что до экскурсии мы не дошли. Разве что я успела насладиться огромным светлым залом, перетекающим в картинную галерею, широкой лестницей и полутемным коридором. Королевские замашки все же остались в его крови. Страсть к замкам и ведьмам у них явно семейная.

Хотя спальня ловчего была не в пример меньше зала.

А потом… Потом был целый фейерверк чувств, красок и звуков. Требовательные губы, тихие стоны, горячие руки и одна ночь на двоих. Ночь переполняющего счастья и страстного сумасшествия.

Только под утро, когда на востоке пролегла розовая полоса, он выпустил меня из объятий. Но лишь для того, чтобы снова прижать к себе. Я устроила голову на вздымающейся от тяжелого дыхания груди и мечтательно водила пальцам по мышцам живота.

– Какая же ты все-таки ведьма, – шепнул он, прикасаясь губами к волосам.

– Но ты ведь меня за это и любишь, – хмыкнула я, чувствуя, как глаза медленно слипаются.

– Люблю.

– Что? – Я привстала на локте, сон как хвостом смахнуло. – Что ты только что сказал?

Себастьян хитро улыбнулся, притянул меня к себе:

– Люблю я тебя, ведьма. Люблю.

Глава 25

День, о котором я мечтала всю свою сознательную жизнь, наступил. И теперь я не знала, как реагировать, не знала, что говорить и как себя вести. Меня трясло в прямом смысле этого слова. Не помогали ни успокоительные зелья, ни отвратная настойка, которую Орилия мне капнула для храбрости.

Руна мурчала, лежа в ногах. Но ее хвост мотало из стороны в сторону с такой силой, что можно было остудить горячие пирожки.

– Пора. – Я отставила стакан в сторону, погладила рысь и встала.

Верховная, устроившая эту встречу, поджала губы и кивнула. А потом плюнула на все приличия, подошла и обняла.

– Тебе нечего бояться, Ивилай. Совершенно нечего.

– Знаю. Спасибо.

Ведьма отпустила меня и открыла портал. Он загорелся сизой каймой, а по ту сторону виднелся маленький аккуратный дом на отшибе большой деревни.

Я коротко выдохнула и шагнула туда, где жила моя мать.

Меня все еще трясло, слова не шли в голову, но я быстрым шагом преодолела расстояние до двери и коротко постучала. Мгновение. Другое. Тишина. А потом тихие шаги.

– Входи.

Попросив поддержки у магии, я толкнула дверь и сделала шаг внутрь. Ожидала, наверное, увидеть разруху и грязь. Но жилье Мильвы Фран (если она и сменила фамилию, мне это не было известно) оказалось на удивление светлым и чистым. Под потолком сушились травы, на столах пузырились флаконы, а на полках блестели корешками фолианты.

Что-то царапнуло глубоко в душе – мне она оставила изодранные гримуары.

– Проходи.

Высокая худенькая женщина с копной рыжих, как и у меня, волос указала рукой на стол. Там уже дымились горячим напитком чашки, поднимался одуряющий аромат от свежей сдобы.

Но что-то мне подсказывало, что это не ее рук стряпня. Что жители деревни любят свою ведьму настолько сильно, что делают большинство дел за нее. Не знаю, с чего это взяла. Просто почувствовала.

– Вижу, тебя тут любят, – произнесла я, опускаясь на резной деревянный стул.

– Пока ведьма не вредит, ее везде любят, – глухо ответила она, усаживаясь напротив. Взяла в руки чашку с чаем. В дрожащие руки.

Несколько мгновений я рассматривала ее, улавливала во внешности знакомые черты, которые видела в зеркале. Вот только никаких эмоций не было написано на ее лице. Абсолютно никаких.

И она не одержима. Не связана с демонами. Иначе кольцо, данное мне наставницей, опалило бы руку. А значит, тот ловчий солгал, когда доставил меня к королю. Его жена погибла не из-за моей матери. Не Мильва свела ее с демоном, иначе бы тоже не устояла перед соблазном.

– Что ты пришла требовать? – спросила она, подняв на меня синие глаза, которые сейчас казались практически прозрачными.

– С чего ты взяла, что я пришла что-то требовать? – Я уже жалела, что села. Сложила руки на коленях, впилась пальцами в ткань.

– Просто так ты бы ко мне не пришла, – вскинув подбородок, произнесла Мильва. – Так что ты пришла требовать? Гримуары? Денег? Любви? – на последнем слове она издевательски хохотнула.

Я всего на мгновение прикрыла глаза, а затем встала.

– Мне ничего от тебя не нужно. Я пришла просто тебя увидеть. Всегда было интересно, кто моя мать и почему меня бросила. Но теперь я вижу, что это интересно только мне. Ты даже не задумывалась обо мне как о дочери. Только как о сосуде, который в состоянии повысить твой уровень.

– Понизить, – прошипела она. – Я потеряла два уровня с твоим рождением, хотя должна была повысить хотя бы на один. Вначале простые девки, потом ведьма, оказавшаяся сильнее! – Мильва ударила кулаком по столу. – Магия отвернулась от меня!

Я слушала эту грязь с поджатыми губами. И вспоминала, с каким теплом отзывается о своих дочерях Верховная. Как рассказывает об их встречах. Хоть и редких, но таких теплых и душевных.

Горло сдавило спазмом. Сжав кулаки, я смогла улыбнуться:

– Вижу, что не ошиблась. Прости, что потревожила.

– И все? – хмыкнула она мне в спину. – Это все, для чего ты пришла? Увидеть меня?

– Да, – не оборачиваясь, отозвалась я. – Иногда люди приходят просто посмотреть друг на друга. Мы могли бы попробовать заново, поговорить, рассказать, как живем. Но тебе это, как я вижу, не нужно.

– Не нужно, – подтвердила моя мать, делая еще больнее. – Мне нужна была сила, а не семья.

– Отец тебя любил…

– Конечно, любил, – хохотнула она. – Еще бы не полюбить под приворотным зельем.

Меня как будто под дых ударили.

– Была рада тебя видеть. Надеюсь, что все в твоей жизни будет хорошо, – бросила я и вылетела на улицу. Открыла портал и, надеясь, что он приведет меня куда нужно, шагнула в него.

Желудок привычно подпрыгнул к горлу, мир поменялся, а рядом послышалось знакомое недовольное урчание. Я рухнула на колени, уткнулась носом в рыжую шерсть и разрыдалась. Руна ластилась, лезла обниматься, гладила по руке хвостом и тихо подвывала, разделяя мои чувства.