Анна Минаева – Главное правило артефактора (СИ) (страница 41)

Пожалуй, на сегодня свой рабочий день можно заканчивать. Кто бы мог подумать, что закончу я его под лучшее вино в мире да еще и в компании наместника?

— Тебе разве не пришло приглашение? — Удивленно вскинул брови колдун.

Я только головой мотнула, не понимая, о чем он говорит.

— Через два дня я устраиваю скромный праздник, — пояснил Киллиан, передавая мне один из бокалов. — Надеялся, что ты придешь.

— И какой повод? — уточнила я, вдыхая запах самого чудесного вина, что мне доводилось пробовать.

— У меня день рождения. — Усмехнулся мужчина, наблюдая за мной из-под бровей. — В подарок готов принять разрушения проклятия, которое на меня наложил кулон.

— О-о-о, ну, то ты многого хочешь, — отозвалась я, делая первый глоток вина и довольно прикрывая глаза. — Особенно с учетом, что сегодня решил угостить меня вином.

— А ты решила выпить всю бутылку сама и уйти спать до вечера праздничного дня? — поддел он.

— Почему бы и нет, давно мечтала впасть в спячку, — отозвалась я, наслаждаясь этой легкой перепалкой, которую посторонний наблюдающий мог бы назвать светской беседой.

— Ну а чего еще можно было ждать от ведьмы?

На это я даже не обиделась. Показала колдуну язык и насладилась вторым глотком вина.

— К слову, почему ты отрицаешь свое отношение к ведьмам? — задал вполне безобидный вопрос Киллиан, а я почувствовала в себе желание выгнуться дугой и зашипеть недовольной кошкой.

— Почему тебя это интересует?

Я восприняла вопрос в штыки. И потому отозвалась довольно грубо. Но Киллиан либо не заметил, либо сделал вид. Пожал плечами и пояснил:

— Просто ты так сильно акцентируешь на этом внимание, что мне стало любопытно.

Задумавшись, я откинулась на спинку кресла, покрутила в руках бокал с вином и тихо хмыкнула.

Может и впрямь стоит выговориться? От этого точно не будет хуже.

— Что ты знаешь о ведьмах, Киллиан?

Колдун пожал плечами:

— Если не ошибаюсь, ведьмы были всегда. Они очень похожи на простых людей, но сильно отличались своей магией и аурой. Их магии невозможно обучиться, с ней надо только родиться. Живут общинами, под предводительством верховной ведьмы, любят праздники природы и магии. В такие дни устраивают шабаши.

— Ну в принципе учебники ты неплохо зазубрил. — Улыбнулась я, выслушав этот короткий пересказ. — Вот только в книгах пишут не обо всем, лорд Фоский. Ведьм сторонятся не только из-за вспыльчивого характера, на развитие которого отображается та самая необычная магия.

— О чем ты? — Нахмурился колдун, явно заинтересовавшись темой.

Я тяжело вздохнула, но все же решила не менять тему. Если интуиция кричит о том, что стоит уже наконец обо всем кому-то рассказать, так почему бы ей не довериться?

— Магия ведьм долгие века считалась одной из самых сильных, — зашла я издалека. А потом махнула рукой и сообщила. — Вот только за последние несколько тысяч лет она ослабла настолько, что ведьмам недостаточно тех шабашей, что они могут устраивать. Недостаточно той подпитки, которую они берут из всплесков магической и природной силы.

Кашлянула и добавила:

— Мы. Мы можем.

— Я не понимаю… Это как-то связано с твоим отречением?

— Напрямую. — Горло оцарапало сухостью. Я поспешила глотнуть вина перед тем, как продолжить говорить. — Моя мать верховная ведьма. Стала ею еще до моего рождения и рождения моей сестры.

Лорд Фоский кивнул, показывая, что слушает. И даже не удивился тому, что у меня есть сестра. То ли предполагал, что семьи ведьм немаленькие, то ли эта информация попала к нему в руки в тот час, когда он проверял меня.

— Мама отвечает за благополучие своего клана. Отвечает за всех ведьм. Когда магии стало настолько мало, что некоторые из клана не могли даже свечу зажечь, она в который раз обратилась к нашей покровительнице. — Я сделала паузу, бросила взгляд в сторону ящика с артефактами и закусила губу. — Начала приносить ей жертвы, дабы она вернула нам свою улыбку. Страшные жертвы, Киллиан. У меня до сих пор мурашки по коже, когда я об этом вспоминаю…

— Если хочешь, мы можем сменить тему, — обеспокоенно предложил колдун, кажется, уже пожалев о том, что затронул этот вопрос.

Я мотнула головой, решив уже выплеснуть всю историю в мир. Говорят, что если высказаться, то станет легче. Проверю, что ли.

Но подумать было легче, чем сделать. Горло сдавило спазмом, но я все равно выдавила из себя слова, которые отзывались в сердце страхом и отвращением к собственным родственникам.

— Ведьмы начали убивать мужчин, которых использовали для рождения детей. Не сразу. Они запирают их в подвалах, тянут магию и жизненные силы. Опьяненные любовными зельями, мужчины не понимают, что что-то не так. Как любит говорить моя мать: “Это добровольная жертва”.

— Какой кошмар.

— Отец спасся, — сухо отозвалась я, отводя взгляд. — Он оказался сильнее зелий и магии. Сбежал. А когда я повзрослела и поняла, что на самом деле происходит, написала ему с просьбой помочь. Я тоже сбежала, отреклась от своего клана, как и он от меня, посчитав предательницей. Мать и сестра меня даже прокляли.

Я нервно хихикнула после этой фразы и допила вино. Отставила от себя бокал и обхватила за плечи руками.

— Ведьма без клана — самое слабое существо, — тихо проговорила, опуская взгляд. — Так мне твердили. Но как видишь, я смогла обучиться иной магии, и достичь каких-никаких высот.

— Ты очень многого добилась, — подтвердил Киллиан, наполняя мой бокал вином и передавая мне его. — Прости, я не должен был спрашивать.

— Нет, все нормально, — отмахнулась я. У самой и впрямь будто камень с души упал, когда я рассказала о части тех ужасов, что происходило за стенами родового гнездышка Бурвайских. — Теперь ты знаешь, почему я отказываюсь зваться ведьмой.

— Но может… не все они такие, — слабо предположил мужчина.

— Может, — не стала я спорить. — Но узнавать как-то желания нет.

— Верю.

Я кивнула ему с благодарностью и прикрыла глаза.

— Но в одном моменте я все же хочу поступить как самая настоящая ведьма.

— Это в каком?

— Когда найду, кто меня подставил, — чуть громче, чем того требовалось, отозвалась я, распахнув глаза. — Тогда этот человек за все ответит.

— Это может быть правитель другой страны, Сиара.

— Может, — не стала спорить я. — И такие люди могли желать мне смерти. Даже не буду преуменьшать свой вклад в развитие артефакторики в Тирском. Но уж поверь, тому, кто приложил руку к тому, чтобы отправить меня на виселицу, сладко не будет.

— Ну тогда за то, что твой король смог тебя просто отослать. — Отсалютовал мне полным бокалом вина мужчина.

— Да, за это стоит выпить, — согласилась я, подарив гостю улыбку. — Спасибо, Киллиан.

Он только кивнул, а у меня от его взгляда в груди разлилось тепло.

***

Лорд Фоский ушел уже ближе к утру. Мы не просто выпили вино, мы еще и долго разговаривали. Всковырнув мои чувства одним нетактичным вопросом, Киллиан будто бы разрушил между нами еще одну стену.

Или это сделала я? Когда ответила?

Не знаю.

Знаю только то, что я много смеялась в тот вечер.

— Представляешь, сестра выкрасила гриву моей лошади в розовый цвет! — жаловался лорд Фоский, широко улыбаясь. — А я ведь всего-то и сделал, что проболтался матери о ее первой влюбленности.

— Для тебя это всего, — отвечала я. — Да только ей это было важно.

— Но мне было десять, я этого не понимал, — оправдывался Киллиан, а я хохотала над иллюзией лошади, которую выколдовал мужчина.

Белая пони с розовой, заплетенной в косички, гривой выглядела слишком по-девчачьи.

— А сейчас у вас как общение?

— Приглашала в гости, посмотреть на племянника да с мужем познакомиться, — легко отвечал колдун. — Она пять лет назад как уехала, так от нее никаких вестей не было.

— Видишь! — Вскидывала я палец к потолку. — А не сказал бы тогда матери, может, где и поближе жила бы.

— Кто знает, кто знает. Она говорит, что счастлива сейчас. Так что может я ее спас.