Анна Миллер – Моя вторая новая жизнь (страница 4)

– Он не в курсе – при нем я даже имя ее не произносила.

Рози недоуменно посмотрела на меня и опустила глаза.

Мы познакомились с ней полгода назад на какой-то нелепой вечеринке студенческого братства, где Чед толкал травку, а может что похлеще, мне было все равно. Рози заперлась в туалете, рыдая как белуга, потому что ее бросил парень, с которым она встречалась три недели. Я всего-то предложила ей салфетку, стереть размазанную по всему лицу тушь, а она решила, что мы теперь подруги. Джози и Рози, ну вы поняли, она сразу за это зацепилась, как рыбка на крючок. Правда, я не Джози, и водительское удостоверение, которое сейчас принесет мне Стивен, далеко не первые мои поддельные документы. Рози решила, что я ее ангел-спаситель. А мне просто надо было смыться на одну ночь от Чеда, чтобы избежать очередной порции побоев, ведь он уже был в плохом настроении. Вот я и сказала ей, чтоб не переживала так, и парень сам во всем виноват, что упустил такую классную девчонку. Лесть и ложь, мне ли говорить о том, как хорошо быть одной, и не зависеть от парней. Я с Чедом, этим абьюзом, уже почти пять лет. И сейчас вы можете подумать, что раньше он таким не был, но нет, он был именно таким засранцем, а я просто думала, что именно этого и заслуживаю.

Стивен, к моему удивлению, пришел даже раньше, чем мы договаривались. Видимо решил быстрее от меня отделаться. Он позвонил Рози и сказал, что стоит у заднего входа в кафе. Свой телефон я уже подкинула местным бомжам, чтобы Чед какое-то время думал, что я до сих пор нахожусь в Нью-Йорке, если проверит мое местонахождение по GPS. Так что я осталась без связи, но сейчас в телефоне не было необходимости.

Я вышла в маленький дворик позади кафе, Стивен уже нервно курил за мусорными баками, скрываясь от камеры наблюдения, висящей на углу здания. Камера была отключена уже очень давно, но Стивену об этом знать не обязательно.

– Принес? – без долгих вступлений спросила я.

Он потушил сигарету и полез в карман своей безразмерной спортивной куртки, после чего протянул мне белый бумажный конверт. Но как только я подошла ближе, чтобы забрать его, Стивен тут же отдернул руку назад, будто играя со мной.

– Что за дела? – возмутилась я, у меня не было времени на эти игры.

– Договор в силе и это однократная акция, поняла, мне проблемы не нужны. Ты ничего не говоришь о моих делах Розалии и вообще никому, в обмен на эти документы.

– Стивен, я сваливаю из города и вряд ли когда-нибудь вернусь, так что просто отдай документы и катись отсюда, пока прямо сейчас ей все не рассказала.

Он замялся, видно было как мысли бегают в его голове и мускулы лица напряжены. Но выбора у него особо не было, и он снова протянул мне конверт. Я тут же его схватила и поспешно вытащила новенькое удостоверение. Моему негодованию не было предела, на удостоверении была моя фотография и мое имя, изменена только дата рождения.

– Ты издеваешься? Почему здесь мое имя? Ты вообще понимаешь в чем суть поддельных документов?

Стивен недоуменно на меня посмотрел. Мое лицо исказилось от гнева и синяков, которые я сегодня получила. Вся суть этой затеи была в том, чтобы купить билеты под другим именем. В случае, если Чед начнет искать меня, он бы даже не понял куда я направилась, потому что мое имя нигде бы не засветилось.

– И что мне теперь прикажешь с ними делать? – я со злостью помахала удостоверением прямо перед лицом Стивена, он даже сделала шаг назад, чтобы я его не задела.

– А что не так? Ты не говорила, что тебе надо сменить имя. Нашим ребятам только и нужно год рождения поменять, чтобы сильно не палиться в местных магазинах, когда выпивку берут. Если подумать, то ты вообще не сказала зачем они тебе понадобились, тебе же уже есть двадцать один.

– Пофиг, уже все равно ничего не исправить, у меня нет на это времени. Но Розалия была права, ты действительно тупой футболист.

С этими словами я зашла обратно в кафе, краем уха услышав жалобный стон Стивена.

– Ты же не расскажешь ей ничего? Договор в силе?

– Да пошел ты, Стивен – я громко хлопнула дверью и закрыла ее на замок.

Глянув на часы и поняв, что времени осталось уже не так много и пора ехать на вокзал, я пошла в комнату отдыха, забрать свои вещи. Розалия была там, сидела за столом и терла друг о друга свои вспотевшие ладони. Она нервничала больше, чем я сама. Мне не хотелось ее расстраивать, и я решила не говорить ничего про Стивена прямо сейчас, возможно позже, когда я буду уже далеко отсюда. Видимо на моем лице все было, итак, написано, потому что Рози тут же вскочила и затараторила.

– Джози, что-то не так? Ты злишься? Стивен что-то натворил?

– Твой брат действительно тупица, но не бери в голову, разберусь – отмахнулась я.

Рози замялась и посмотрела в пол, будто извиняясь за своего двоюродного брата.

– Я знаю, что он делает поддельные документы, об этом ты его просила?

А она не дура, как я думала. Видимо раскусила всю его схему, странно, что он еще не отправлен в военное училище. Приберегла эту информацию на черный день? Все-таки научилась у меня чему-то.

– Рози, мне пора, – я не стала отвечать на ее вопрос, это уже меня не касается, но глядя на ее расстроенное лицо я все-таки добавляю – было приятно с тобой работать.

Сказать, что мне было приятно с ней дружить, было бы слишком эмоционально. Да и не могу сказать, что мы были закадычными подругами. У меня вообще нет друзей, и я не вижу в этом проблемы, как многие. Я люблю одиночество, люблю мысленно рассуждать о чем-то своем, не отвлекаясь на бессмысленные разговоры о парнях или поездке за город на выходные. Меня угнетает сам факт, что я должна кому-то открыться и рассказывать все свои тайны и мысли. Может кому-то это необходимо, но только не мне.

У меня всего две сумки в руках, одна с наличкой из сейфа Чеда, вторая с необходимой теплой одеждой и несколькими памятными для меня вещами. Такси я уже заказала, так что поспешно выхожу из комнаты отдыха, не давая Розалии возможность меня обнять, или что она там порывалась сделать в этой ситуации. Машина подъехала к главному входу кафе, я оглядела зал. В элитной школе сейчас шли каникулы, поэтому богатенькие детки разъехались по курортам со своими родителями, и в кафе они не появлялись уже неделю. Он тоже не приходил, тот парень, «ни плохой, ни хороший». Я не видела его с того самого дня в автобусе. Было странное чувство все это время, будто я чего-то ждала. У меня давно не было никаких привязанностей ни к месту, ни к людям, но сейчас почему-то в горле стоял ком, я не стала разбираться в этом ощущении и уверенным шагом направилась к выходу. Садясь в машину, я в последний раз решила взглянуть на кафе, где проработала полгода, все-таки это место было для меня больше, чем просто работой.

Колокольчик над входной дверью звякнул и сердце пропустило удар. Высокий парень в красной шапке заходил внутрь. Вряд ли он меня видел, да и не узнал бы, мы же виделись всего один раз. Мне захотелось окликнуть его, но что сказать? «Спасибо»? А за что? Глупо это все. Я села в такси и уехала на вокзал.

Часть 2 – Тихоня

Глава 1

– Просыпайся, Сора́ – ласково сказала мама, погладив меня теплой рукой по щеке.

Но я только сильнее завернулась в одеяло и перевернулась на другой бок, чтобы она не видела мои припухшие глаза. С каких пор она стала заходить в мою комнату без стука, надо будет напомнить ей о правилах. Вообще я не против, чтобы она меня будила, но иногда, в такой день как сегодня, мне необходимо собраться с мыслями, прежде чем снова отправиться в этот Ад.

– Сегодня последний учебный день, завтра уже будешь отдыхать на каникулах, так что «Подъем!», завтрак на столе, твои любимые блинчики с бананом.

Блинчики с бананом, только они могли заставить меня подняться сегодня, ну или таблетки от тревожности, которые я выпила еще в четыре утра, когда больше не смогла лежать в постели и думать о том, что меня сегодня ждет. Таблетки можно пить только во время еды, но в последнее время я все чаще нарушаю это правило.

– Доброе утро, мам, я сейчас спущусь, дай мне пару минут, – произнесла я сквозь одеяло, не поворачиваясь и не вставая с кровати.

Кажется, мама хотела что-то еще сказать, но, к счастью, не стала, и просто вышла из комнаты, слегка прикрыв дверь. Я пролежала еще минуту, уже открыв глаза и смотря через полуоткрытые шторы на серое, затянутое тучами небо, без какого-либо намека на солнце. Настроение сразу стало в разы хуже. Ненавижу осень.

Все так же завернутая в одеяло, я высунула ноги и опустила их в мягкие пушистые тапочки, а затем мелкими шажками, чтобы одеяло с меня не упало, подошла к большому зеркалу в углу комнаты. Выглядела я очень плохо, кроме очевидных темных кругов под глазами, лицо было слегка помятое, в глазах красные крапинки от лопнувших сосудов, темные волосы растрепаны и в целом, казалось, будто я всю ночь провела в ночном клубе, хотя я никогда там не бывала. Наверное, это и не удивительно, когда спишь по два часа в сутки. Нужно привести себя в порядок, нельзя спускаться к родителям в таком виде.

Спустя пятнадцать минут я, в отглаженной школьной форме, уже стояла внизу. Я старательно замазала консилером темные круги под глазами, но при определенном свете они все же были заметны, поэтому я решила не задерживаться дома и взять завтрак с собой. В столовой за большим столом сидел отец, он читал какую-то статью на планшете и был, как всегда, сосредоточен, не замечая никого вокруг, утро не самое его любимое время дня. Рядом болтал ногами и что-то увлеченно рассказывал Мин-Ги. Он так смешно говорил с набитым ртом, что я не удержалась от улыбки. Мама заботливо собирала ему бокс с ланчем, подкладывая туда порезанную мелкими кубиками морковь, которую он не особо любил, но ел ради нее, чтобы не расстраивать. Мин-Ги ходил в начальную школу, поэтому мог себе позволить быть таким беззаботным и счастливым в этот день, в отличии от меня.