Анна Михеева – Одержимый (страница 15)

— Зачем?

— В том то и дело, что я ее не просила!

— Как выяснилось, просили. Вы позвонили ее секретарю, сегодня в районе трех часов дня, и попросили передать, что ждете госпожу Ольховскую у себя, по этому адресу, в одиннадцать часов вечера.

— Но я не звонила! — возмутилась я. — Тем более не назначала встречи! Ксения — последний человек, с которым я хотела бы встречаться.

Боже, вот сейчас меня скрутят, наденут наручники и увезут в тюрьму.

— Элина Юрьевна, как вы себя чувствуете? — Малахов оказался слишком близко. Я отпрянула.

— Я ей не звонила, я вам клянусь!

— Расскажите, что происходило в тот вечер?

— Я ездила по городу…

— Куда?

— Без цели. Просто ездила. Вернулась домой около девяти. Приняла ванну, спустилась на кухню, поужинать. Пришла Ксения. Мы проговорили минут пять, максимум. Она уехала. Я приняла снотворное и легла спать.

Господи, ну зачем мне ее убивать? Тем более перед этим ей звонить? Что бы что? Стать единственной подозреваемой?

— Затем, что ваша золовка пыталась найти доказательства вашей неверности. В частности, с гражданином Смирновым, — подал голос один из полицейских. Меня успокаивало лишь то, что мы все еще беседуем в мой гостиной, а не в отделении.

— Я знаю об этой навязчивой идее. Я не изменяла мужу, — стою на своем. — С Вадимом Смирновым мы знакомы. Может быть полгода, может чуть меньше. Он меценат, как и мой муж. По совпадению, поддерживает почти одни и те же организации, что и Саша. Как меценат и благотворитель, он обязан посещать встречи и вечера. Впрочем, как и Саша. Но мужа условности не волновали, никогда. Ходила я, чаще всего в одиночестве. Вот что связывает меня с Вадимом Смирновым. Когда вчера Ксения обвинила меня в связи с Смирновым, я предложила ей отправится в полицию!

— Элина Юрьевна, успокойтесь пожалуйста. У вас есть адвокат? — вот тут я по-настоящему испугалась.

— Есть у мужа, но думаю, я могла бы…

— Позвоните ему. И мы вынуждены, просить вас проехать с нами.

— Хорошо.

Артуру я позвонила из гостиной. Он согласился бросить все свои дела и прибыть в отделение раньше меня.

— Мне надо собрать с собой какие-нибудь вещи?

— Элина Юрьевна, это просто беседа, на более официальном уровне, если хотите.

В итоге, я отправилась налегке.

Парфенов, как и обещал приехал раньше. Расхаживал перед отделением в костюме, за несколько тысяч долларов и явно не российского происхождения.

— Элина Юрьевна, — Артур пристально стал рассматривать мои запястья. Ожидал увидеть наручники? Черт, все так серьезно?

Я покрывалась потом, идя по узкому коридору, с рядом кресел.

Меня допрашивали несколько часов. Именно допрашивали, на беседу это мало походило.

Вот что, по мнению полиции, было на самом деле: Я и Вадим, побоявшись разоблачения, выманили Ксению, (это сделала я, через ее секретаря) затем, пока я отвлекала золовку, Вадим пробрался на заднее сиденье ее автомобиля и по дороге задушил. А поскольку машина с трупом была оставлена на том же самом месте, что и машина моего мужа, следствие было уверено, что и мужа убили мы.

Был ряд существенных несостыковок. В первом случае у меня было алиби. У Вадима его не было, зато во втором, его не было у меня, но как выяснилось позднее было у Вадима.

Смирнов в этот вечер был в ресторане «Фазан», его там опознали и официант, и администратор. А также зафиксировали камеры внутреннего и наружного наблюдения.

— Господа, если вам нечего предъявить Элине Юрьевне, предлагаю на этом закончить, — Артур поднялся, помог встать мне. — Как только у вас появиться что-то серьезное, прежде чем допрашивать моего клиента, прошу сообщить мне. Всего доброго!

20.1

Телефонный звонок я услышала, стоя возле двери. Руки дрожали, чертов ключ все никак не желал попадать.

Открыв дверь, я бросилась к телефону, споткнувшись и упав, примерно на середине. В итоге, к аппарату, я приползла:

— Алло?

— Здравствуй, — без привычного «шлюха». Внутри что-то всколыхнулось. Я хотела слышать этот голос, обволакивающий. Ранящий и щадящий. Я спятила.

— Здравствуй, — из разбитого колена текла кровь. Но я не чувствовала боли. — Я была в полиции, — не знаю, зачем это говорю. — Ксению убили. Меня скоро посадят. Все как ты хотел.

— Дура…

— Я понесу наказание. Ведь, это я убила мужа. Я убила Ксению, — всхлип. — Все как ты хотел. Я их убила, — слезы срываются, будто лопнула платина. Плачу, свернувшись в комочек.

— Чертову суку убил я, — прерывает поток моих слов и слез его голос. — Она тебя ударила и оскорбила. Увы, это позволено только мне.

— Зачем? Почему?

— Потому что, я тебя люблю. Ты плачешь?

— Да, — отвечаю честно, нет смысла врать своей совести.

— Почему?

— Мне больно.

— Поверь, мне еще больнее, — и я верю. — Прими душ, поужинай. Выпей чаю и ложись спать. Я позвоню завтра.

Я выполнила все что он мне сказал.

Душ.

Ужин.

Чай.

Кровать.

Я долго ворочалась, пытаясь уснуть.

«Чертову суку убил я». А Сашу тоже ты убил?

20.2

Вадим звонил весь вечер.

Я не брала трубку, не отвечала на сообщения в мессенджерах.

Был короткий разговор с Кириллом, завтра он ждет меня в офисе. От меня нужно было подтверждение встречи, и я ее подтвердила.

Я ждала. Ждала его звонка. Но знала, что сегодня он не позвонит. Позвонит завтра. Он держит свое слово.

Слонялась по дому как сомнамбула, из угла в угол. Умирая в ожидании.

Сомнений никаких — я, точно, сошла с ума.

Уснула я в гостиной на диване, а проснулась в своей спальне, заботливо укрытой одеялом.

Встреча с Кириллом была назначена на 11. Я приехала в офис фирмы почти вовремя, с небольшим опозданием в пару часов.

— Элина, здравствуй, я решил, что ты передумала.

— Здравствуй, извини, пожалуйста, я проспала.

Сделка прошла без сучка, без задоринки. Я стала счастливой обладательницей 515 тысяч долларов, с которыми, в ближайшее время, мне было суждено расстаться.

Вадим обещал сопровождать меня при передаче, но это было до нашей ссоры. Хотя, если быть честной, я не была уверенной, что Вадиму под силу тягаться с шантажистом.