Анна Михеева – Моя Вера (страница 31)

- Еду, Вер, еду.

Телефон звонит едва я завел двигатель. Имя бывшей на дисплее.

- Да?

- Тем, прости меня, - плачет Катя. Машку не слышу. – Меня бомбит, просто! Я ревную. Тебя, Машку.

- Успокойся, Кать, - странное дело, для Веры у меня всегда много слов. Разных, любых. Я с ней в любой ситуации. Для Кати же, я подбираю слова. Мозг напрягаю. – Прекращай пугать ребенка. Думаешь, ей приятно смотреть на твои истерики?

- Тебе только Машка волнует? А я? Я уже не волную?

- Волнуешь. Черт, Катя, давай я врача тебе найду какого-нибудь? Психолога?

- Ты меня еще в психушку определи! Будете жить втроем! Ты, Машка и шалава твоя! – сбрасываю вызов и луплю кулаком по рулю. Еще раз и еще. Пока не лопается кожа. Да что ж, блядь, за хуйня бесконечная! Кровь хлещет. Становится легче дышать.

Давлю на газ. Я хочу быстрее увидеть Веру. И, пожалуй, стоит найти адвоката. Так продолжаться больше не может.

47.2

Ты уверен? – Белова выглядит взволнованной.

- Уверен, - притягиваю ее к себе, целую в макушку.

- Ей надо больше времени, Артем. Я бы, наверное, так же себя вела.

- Ты, вряд ли. В любом случае, договорится у нас не получится.

- Артем, может просто на время, когда ты будешь брать ребенка я буду у родителей? Может, стоит ей уступить? Не поступать так радикально.

- Херни не неси, - выходит резковато. – Ты не должна уходить из дома. В этом вопросе я уступать не намерен. Вер. Вера? На меня посмотри, - она смотрит, запрокинув голову. Обвожу пальцами контур ее лица. – Я принял решение. Ну же, малыш, поддержи меня, - Вера целует мои пальцы. – Не надумывай себе ничего, хорошо? – она кивает. – Что на счет врача?

- Все хорошо. Мне выписали контрацептивы, - не могу сдержать улыбку, наблюдая как краска заливает ее лицо. – Надо дождаться начала цикла.

- Боже, Белова, - медленно наклоняюсь, целую ее в губы. – Сколько ж денег сэкономим на презервативах, - шучу. А у самого член дергается. Ему не до шуток.

- Ага, точно, - прикусывает мою губу, тянет.

- Осталось дождаться месячных. Охереть, я никогда еще их так не ждал, Вера! – смеюсь.

- Артем, - шипит. Отстраняется. Еще сильнее краснеет. Выворачивается в моих руках и несется в комнату.

- Я за него, - захожу следом, догоняю, опрокидываю на кровать. Вера пищит, но не сопротивляется. – Так сколько?

- Что «сколько»?

- Ждать сколько? Еще недели три, да Вер?

- Да, три недели, - подсчитав, сообщает.

- У тебя как раз учеба начнется?

- Сессия, да. Я заявление на работе, уже написала.

- Блин, Вера, как я без тебя-то буду? – я привык к ее присутствию в кабине, к ее запаху, голосу. Веру, каждую ночную смену, под самое утро, срубает. А я от нее глаз отвести не могу.

- Осенняя короткая, каких-то две недели. Аню не будешь сажать на мое место? – хитро так.

- Обижаешь, подойдет ближе, чем на метр, перееду ее фурой! – смеется. Правда не долго.

Презервативы, пока в ходу, но скоро я их по выбрасываю, к чертовой матери! Последняя разумная мысль, пока я раскатывал латекс по стволу. А дальше…

***

Время летело.

Лето подходило к концу. Вера начала готовится к сессии. Пропадала в библиотеке, пока Артем пропадал в сервисе.

Ремонт они закончили, и на безымянном пальчике Веры появилось кольцо из белого золота. Артем попросил ее руки, и Вера, конечно согласилась. Правда заявление в загс они пока не подавали. Решили подождать, пока не состоится суд. Впрочем, Катя, стала давать Машу Артему. Даже Веру больше не оскорбляла. Но Артем не передумал. Он собирался довести начатое до конца. Вере оставалось, только поддерживать его, надеясь, что все, рано или поздно устаканится, образумится. А говоря «все», Вера подразумевала и ситуацию с ее родителями.

Когда она их навещала, мать, демонстративно уходила в свою комнату. Они практически не общались. Про Артема она слушать наотрез отказывалась. Папа, к удивлению Веры, Артема заочно принял. Изъявил желание с ним познакомится. И, Вера, это желание поддержала. Встреча прошла гладко. Кажется, отцу, Смолин понравился. Артем, после этого, заметно расслабился. Вера тоже.

Но после напряжение вернулось. Правда, оно не было связано, ни с Катей, ни с ее родителями.

Когда Вера, разбирая комод, наткнулась взглядом на пачку с противозачаточными таблетками, она впала в ступор. А после начала лихорадочно подсчитывать дни.

Месячные. Которые должны были прийти пару дней назад, задерживались.

48

В тот же день Вера купила несколько тестов. Прочитала инструкцию, и… не решилась. А вдруг? Ну, вдруг они окажутся положительными? Сможет ли она перекроить свою жизнь? Буквально махом! А Артем? Боже, Артем! Он так старается! Он, буквально, на разрыв! Хватается за любую возможность заработать!

А сама Вера? Ну какая из нее мать? Ей всего восемнадцать лет! Ей самой нужна мама. Сильно нужна. Но, которой сейчас, нет рядом. Которая гнет свою линию, гнет Веру. Да, Господи, она придет в настоящий ужас, узнав, что скоро станет бабушкой! Вере даже на мгновение поплохело. Девушка, с силой, зажмурилась. Артем может тоже не обрадоваться. Вера будто услышала его голос в собственных мыслях, дескать, тебе надо учиться, развиваться.

Как раз в это мгновенье, Артем, во сне обнял ее за талию, и притянул к себе. Теплый, сильный, надежный. Ее единственный. Такой любимый!

Вера пила кислород мелкими глоточками. Сна не было ни в одном глазу. Мысли кружили роем, жалили ее истерзанный мозг.

Какова вероятность, что Артем решит, что сейчас для беременности не подходящее время? Вера взвешивала моменты, которые могут повлиять на Артема. Их было много, и все в пользу… аборта.

Страшное, невероятно, страшное слово.

Ее подруга делала аборт. А потом плакала на коленях Веры, проклиная все и всех. Это опасно, больно и…

Горячая слезинка скатилась по ее щеке. Вера даже прикрыла рот ладошкой. Нельзя разбудить Артема. Он станет допытываться. А Вера сейчас не готова. Не готова к его нежному голосу, перечисляющие аргументы.

Утром. Утром она сделает тест. Может быть, все обойдется?

Она подтянула колени, и коснулась пальцами живота.

В груди зажглось тепло, будто маленькая свечка.

Она будет бороться, если придется. С родителя, с собой, с Артемом.

Тревожный сон сморил Веру только под утро.

- Малыш, подъем, - Артем разбудил ее поцелуем. Вера открыла глаза и тут же зажмурилась. – Давай, Вер. Я сейчас чайник поставлю. Надо успеть позавтракать, прежде чем приниматься за гранит науки.

- Да, - хрипит Вера. Глазницы щиплют, будто в них песка насыпали. – Доброе утро.

- Ну, как сказать, - Артем ласкает ее, гладит. – Было бы больше времени, было бы добрее, - Вера улыбается.

- Иди в душ первым, я пока завтрак приготовлю.

Вера умылась в раковине, лишь бы утолить жжение.

Заварила кофе Артему и чай себе. Пожарила яичницу. От аромата у Веры потекла слюнка. Вчера она не брала в рот ни крошки.

- Малыш, беги.

Вера приняла душ. И воспользовалась тестом.

Смотрела на одну яркую полоску, а сердце щемило, будто Вера вдруг, потеряла что-то. Что-то важное. Необходимое, как воздух.

- Наверное, нужно еще подождать, - прошептала.

- Вера! Милая, мы опоздаем, - услышала она Артема. Щеколды не двери не было. Девушка, дрожащими руками, засунула тесты в выдвижной ящик. Вовремя, потому что дверь открылась. На пороге – Артем. Уже одетый.

- Вер, ты чего? – осматривает ее внимательно, ощупывает взглядом.