Анна Мичи – Академия Трёх Сил. Книга 2 (страница 4)

Наше общежитие постепенно заселялось, всё чаще слышались чужие голоса, всё громче хлопали двери, всё больше новых лиц встречалось в коридорах. Причём не только привычных взору лиц жителей Морвенны, но и совсем экзотических: темнокожие из кочевых племён с соседних территорий, закутанные в длинные плащи голубоглазые эверены – только мужчины, потому что их женщин держали взаперти дома, беловолосые вендайцы, заставлявшие моё сердце биться сильнее.

С Ансом я пока что не пересекались: их, похоже, поселили на пятом этаже, а мы с Лидайей жили на втором. И тренировались они отдельно, с другой стороны горы, на специально выделенных для приезжих площадках. 

На личном плане у меня, если так можно сказать, всё шло хорошо. После учёбы мы встречались с Карином, часто выбирались в город: таким образом и Вейн мог куролесить на территории академии, сколько ему хотелось. Ласку или похожее на неё животное я больше не видела, хоть и глядела во все глаза.

Время текло неумолимо быстро. Приближался последний день турнира. Вернее, последние дни – сначала закончится групповой турнир, а через неделю – наш, одиночный.

Лас со своей группой показывал неплохие результаты, но шансы на то, что они войдут в тройку победителей, были маловаты. Он уже и переживать перестал на этот счёт, больше надеялся на меня, твердил, что я должна показать всем, на что способны Сантерн.

Сантерн или нет, его пожелание я собиралась выполнить.

Слава Нигосу, Хаунд после стычки с Ансом не попадался мне на глаза. Вейн продолжал путаться с Виспериной, шпионя за ними, но от него тоже новостей особо не было.

А потом как-то Висперина засекла нас с Карином.

Это было в столовой, после лекций – мы сидели вдвоём среди зелени, в моём любимом уголке, пили чай с печеньем, болтали о том, о сём. После того, как мы начали встречаться, Карин не упускал случая прикоснуться ко мне: взять за руку, приобнять, поцеловать в висок или щёку. Вот и сейчас притянул к себе, обнял, не скрываясь. Я тихо млела в тепле его тела, откинувшись на широкую грудь. Было хорошо и спокойно.

Пока меня не пронзило вдруг неприятное ощущение – как будто на меня кто-то смотрит, и смотрит с жгучей ненавистью.

Я подняла глаза и поверх зелени, в другом конце зала, увидела Висперину. Она стояла у самых дверей, видно, только зашла. В последнее время мы совсем не пересекались, так что я даже не сразу вспомнила, что это за мелкая блондинка в бледно-голубом платье, с тщательно перевитыми жемчугом косами и выражением гарпии на узкой мордочке.

 – Чего это она так кривится, съела что-то не то? – я ткнула Карина в грудь локтем.

Тот лениво поднял взгляд. В тот же миг его тело окаменело, а рассеянная полуулыбка сошла с губ.

 – Ты чего? – удивилась я – а потом вдруг поняла.

Висперина думает, что Карин и Вейн – один и тот же человек. Вернее, она считает, что в академии есть только Карин – её поклонник.

А тут она видит, как мы сидим в обнимку. Естественно, решила, что он крутит со мной у неё за спиной. Или что я увела у неё парня… или что он вообще с самого начала её обманывал, делал вид, что влюблён в неё, а на самом деле оставался на моей стороне.

Прямо не знаю, что хуже.

Я дёрнулась, хотела было слезть, но Карин удержал. Шепнул на ухо:

 – Сиди, уже поздно.

 – Скажи ей, что ты флиртуешь со мной, чтобы следить за мной. Точнее, пусть Вейн скажет, – потребовала я.

 – Не выйдет. Она страшная единоличница, насколько я слышал. Она его не простит.

 – Вот блин… что же теперь будет? Она ему устроит скандал? Но ведь она сама встречается с Хаундом! Хагос, пусть Вейн скажет ей, что это я тебя соблазнила.

Карин неожиданно затрясся. Я бросила на него взгляд и обнаружила, что он ржёт. В тот же миг столовая вздрогнула от громового удара: это Висперина выскочила наружу и изо всех сил хлопнула дверью.

 – Ничего страшного, – сказал Карин. – Разберутся.

А потом повернул меня к себе и переспросил:

 – Говоришь, ты меня соблазнила?

Его глаза блестели, он был ужасно милым сейчас – и я рассмеялась, сама наклоняясь к его губам.

А на следующий день Карина жестоко избили.

Глава 5

За мной прибежал Вейн – ворвался в комнату, схватил меня за руку и, ничего не рассказывая, молча потащил в мужское общежитие. О нападении я узнала на полдороге – и остановилась, ошеломлённая.

 – Давай быстрее, – разозлился Вейн. – Надо вернуться до того, как он придёт в себя.

Он был в «тени», поэтому голос раздавался словно из ниоткуда. Но даже не видя его лицо, было ясно, что он очень зол.

 – Он один? – я ускорила шаг.

 – С ним какой-то парень, он его и притащил. Я еле успел в «тень» уйти, когда они ввалились. Он его и нашёл, похоже. Валялся у стадиона в отключке.

 – Что ещё за парень?

 – Да я не знаю, – в голосе Вейна снова плеснуло раздражение. – Не наш какой-то, глаза чёрные, как у имерийца.

Чёрные глаза? Подозрение кольнуло сердце.

 – Его случайно не Анс зовут?

 – Он мне не представлялся. Сама спросишь.

Это и впрямь оказался Анс. Сидел на подоконнике, наблюдая, как над Карином хлопочет Имсен, парень с целительского. Я его знала: он со своей группой занял призовое место на групповом турнире и целительское своё дело знал на славу.

Жил он здесь же, в общежитии. Видно, позвали того, кто оказался рядом.

Моего прихода, похоже, не ждал ни тот, ни другой: Анс удивлённо вскинул брови, Имсен вопросительно наклонил голову. Это всё было понятно: они же не знали, что со мной Вейн. С их точки зрения всё выглядело так, будто я без церемоний, как к себе домой, заявилась в комнату Карина.

Ничего пояснять я не стала, с порога кинулась к кровати. Карин лежал поверх одеяла, в грязной одежде, с закрытыми глазами, и дышал так медленно, словно уже готовился отдать богам душу. Под глазами у него залегли глубокие синяки, в углу рта был кровоподтёк. Я протянула руку, но побоялась коснуться. Обернулась к целителю:

 – Как он?!

Имсен поморщился:

 – Как-как… плохо, как ещё. Внутреннее кровоизлияние, большая энергопотеря, рассекли нервы и магические каналы. Если плоть я заштопал, то с магическими повреждениями хуже. Его явно отделала компания в несколько человек, и, похоже, у них был целитель. Тут явно работал кто-то, знающий, как затруднить лечение по максимуму.

Целитель. Я сжала кулаки так, что ногти вонзились в кожу. Кажется, я знаю, кто именно был этим целителем. Хагосова Висперина, так и думала, что она захочет отомстить!

Но сейчас кричать и топать ногами было бессмысленно. Я беспомощно оглянулась на кровать.

 – Спокойно, я снял всё, что мог. Теперь остаётся только ждать. Пусть он спит, чем больше спит, тем быстрее поправится.

 – Может, позвать кого-нибудь из лечебного корпуса? Всё-таки ты ещё третьекурсник...

 – Конечно, если хочешь, – Имсен пожал плечами. На его добродушном лице не было ни следа обиды. – Да только они скажут тебе то же самое. Тут целительское проклятие, его можно снять, да только в процессе я сделаю ему только хуже. Надо подождать, он выздоровеет сам.

 – Когда?

 – Ну пара дней точно уйдёт. А-а, ты волнуешься за турнир? Не волнуйся, на ноги он встанет. За результаты не отвечаю, но он же и так вроде один из первых? Призовое место от него не уйдёт, не беспокойся. Главное, чтобы явился, тогда не дисквалифицируют.

Я кивнула. От сердца и впрямь немного отхлынуло. На турнире выступает Вейн, и он-то ничуть не пострадал, но если Карин не сможет к тому времени вставать, Вейн тоже не сможет участвовать, ведь для всех они один и тот же человек.

Странно. Неужели Висперина пожалела Вейна? Не стала отбирать у него победу? Ведь она наверняка могла бы придумать что-то такое, что уложило бы Карина в постель дней как минимум на десять. Или опасалась, что тогда виновника будут искать?

 – Ладно, я пойду, – Имсен поднялся – и вместе с ним, как по команде, поднялся молчавший до сих пор Анс.

 – Я тоже, – глухо проронил он.

На лице его была непонятная тень. Он глянул на кровать словно бы с неким сожалением.

И тут раздался глухой стон. Я бросилась к Карину и со смесью жуткой вины, жалости и облегчения увидела, что его веки медленно приподнимаются.

Затуманенные зелёные глаза обвели комнату. Остановились на мне. Лицо Карина исказилось, бледные запёкшиеся губы чуть шевельнулись. Я поспешно схватила со стола графин с водой, налила в стакан и протянула ему.

Приподняться он не смог, пришлось помочь, придержать стакан у его губ, пока он пил. Жалость с каждым мгновением накатывала всё сильнее. Жалость и гнев – сильный, беспощадный гнев.

Ни за что не прощу Висперину. Даже если бы Карин и впрямь обманывал бы её, встречался бы со мной за её спиной – разве это основание для того, чтобы так мстить? Причём так подло, несколько человек на одного. И бросили его в бессознательном состоянии! Он вообще мог умереть!

Напившись, Карин кивнул. Я хотела было встать, убрать стакан, но Карин вдруг схватил меня за руку. У него была сухая горячая кожа.

 – Сатьяна… – прохрипел он через силу, – они сказали, чтобы ты снялась с турнира. Иначе тебя тоже…

 – Кто на тебя напал? – напряжённо спросил от дверей Анс. – Ты видел?