Анна Май – Лето, бывший, я (страница 6)
…пишет…
Жду ровно минуту, пока Лёша подбирает слова, и теряю терпение. Этот сложный день никак не закончится. Странное чувство от осознания, что мы прямо сейчас говорим, заставляет потеть ладони и подрагивать пальцы.
Как бы я ни пряталась за иронией, нужно доставать взрослую Бет, которую вырастила за это время, и спокойно всё прояснить. Хорошо было сделать это на веранде, только готова я не была. И не сказать, что готова сейчас, но вдруг никогда не буду? А нам ещё целое лето придётся так или иначе соприкасаться. Открываю карты.
Не шучу. В моей ленте содержимого не в пример больше, чем в него, и отмотать семь лет назад – почти подвиг. Мелькает тревожная мысль, что если он долистал, то это может сделать кто угодно. Например, Карл. Возможно, стоило убрать наши фото с Лёшкой, только зачем, если я хочу оставить прошлое в прошлом?
Никогда не скрывала, как выглядит моя “болезнь”, только Карл не интересовался. В противном случае ни о какой стажировке в России и речи бы не было. Мой будущий муж не особо ревнив и мне доверяет, но вряд ли захочет допустить хоть малейшую возможность повторения случившегося. Просто заботясь о чувствах невесты. А если чувств больше нет, то и внимания обращать не стоит.
Ответ прилетает мгновенно:
В смысле промолчу? Примитивные провокации на общение в виде лайков древних фотографий слишком не в твоём духе, Лёш, чтобы пройти мимо.
“Мы”…
Чувствую тепло в его словах, и сердце ускоряется. Стоп, стоп, стоп. Этой дорогой я не пойду. Не будет приступов ностальгии и всяких “а помнишь…”. Взрослая Бет смотрит вперёд, а не назад.
Вытираю мокрую ладонь о колено.
Как же странно вновь называть его по имени…
Снова мгновенно:
Так легко.
Выключаю экран, пытаясь поймать хоть толику облегчения – ведь именно такую реакцию я хотела, но всё, что есть, это две капли едкого разочарования, тихо скатывающиеся по щекам.
В окнах светает нежно-розовым. Слышу шаги – Карл проснулся. Быстро вытираю лицо. Спускается с голым торсом и босиком, в низко сидящих домашних штанах. Заметный рельеф на плечах и в районе пресса – эффектное зрелище, следствие многолетней дисциплины и постоянства в привычках. Через десяток лет Карл тоже не потеряет форму, не расслабится и не влюбится в другую. Он очень стабилен, я могу быть спокойна.
Замечает меня и подходит к дивану. Смотрит на антистрессовое какао и крошки, кончики губ трогает улыбка. Двигаюсь, хотя рядом места навалом, но хочется показать, что рада ему. Как только садится, сразу забираюсь на колени и льну, прячась в его запахе. Успокаивающе массирует шею и голову.
– Волнуешься из-за стажировки?
– Угу, – мычу и прижимаюсь сильнее, чтобы впитать то, чем он так щедро делится со мной все эти годы: чувство защищённости и спокойствие. Номинально не вру, просто не договариваю, только стыд палит лицо…
– Детка, – приподнимает мой подбородок, заглядывая в глаза, – ты умница и уже работала в проектах, как архитектор. Хороший, заметь, – поправляет выбившиеся пряди и чуть-чуть прихватывает нижнюю губу с ранкой в лёгком поцелуе.
– Горжусь тобой, милая, – углубляет поцелуй, поглаживая активнее уже под одеждой. – В конце концов, у тебя блат в руководстве. Что может пойти не так?
Действительно…
Глава 8
Выхожу из аэропорта в родном городе. Новое стильное здание часто хвалили в прессе, первый аэропорт-миллионник, построенный с нуля. Делаю селфи с чемоданом в огромном зеркальном фасаде и сразу выкладываю в сеть. Прилетела!
Чтобы посчитать количество раз, что я была здесь с момента переезда, хватит пальцев одной руки. Первые года три не тянуло совсем, а позже визиты сюда приобрели деловой характер – у Карла партнёры и объекты в России, приезжала вместе с ним. Разик – на свой день рождения, когда стало ясно, что бабушка с нами последний год. Она хотела попрощаться именно так и строго запретила приезжать на похороны.
Родителей с удовольствием принимаем у нас. Карл, выросший в большой, дружной семье, гостеприимный хозяин. Находит время в своём плотном графике и уделяет гостям много личного внимания. Для него семейные связи – не пустой звук, и на наш с ним союз у будущего мужа обширные планы – минимум, трое детей. Я не против.
На стоянке меня должен встретить кто-то из филиала, пробираюсь в ту сторону сквозь плотную группу зазывал. Аэропорт новый, а таксисты – прежние. В какой-то момент самый ушлый из них – седой усач в кепке – выхватывает ручку чемодана и лихо катит его в сторону своей машины со словами:
– Поехали, девонька, довезу с ветерком!
Подавившись вдохом от наглого захвата заложника, спешу за ним, сбивчиво выдавая аргументы, почему мне нужен мой чемодан и не нужны услуги такси, особенно с ветерком. Ну не заберёт же он силой? В крайнем случае буду кричать, тут люди вокруг – помогут.
В этот момент на плечо ложится мужская рука с кольцами на длинных пальцах и широким кожаным браслетом на запястье. Сбоку знакомый голос:
– Сова, не дрейфь, сейчас отобьём!
В несколько широких шагов догоняя таксиста, Нечаев реквизирует мой бедный чемодан, который усач успел положить в багажник, и с усмешкой укоряет того:
– Командир, ты зачем так некрасиво моего пассажира уводишь?
“Командир” что-то ворчит в ответ и спешит обратно к аэропорту – за новой жертвой, а Леша, вернувшись с трофеем, оглядывает меня, чуть склонив голову набок, и с лёгкой улыбкой произносит:
– С приездом, Елизавета. От таксистов тебе сегодня не избавиться, – приглашающий жест в другом направлении, – трансфер встречающей стороны. Добро пожаловать.
Поворачиваюсь и закатываю глаза. Да ладно!
– Что, до сих пор горит глаз на машинки? – подначивает Лёша.
– Но не на это же! – деланно возмущаюсь, игнорируя отсылку к общему прошлому.
Я сама себе обещала не вспоминать и не проводить параллелей с тем Лёшкой, который острой занозой сидел в Совином сердечке, но вашу Машу! Это невозможно. На стоянке нас ждёт красный Wrangler – небольшой такой трактор. Ещё и без крыши! Официально заявляю: Нечаев как был выпендрежником, так и остался.
Подаёт широкую ладонь, помогая забраться на сиденье. Без делового костюма, в джинсах и белой футболке, обтягивающей плечи и грудь, с кучей цепочек на крепкой шее, браслетом и кольцами, он выглядит младше. Опять по-пацански. Чуть здоровее, чем раньше, но достаточно для полноценного дежавю. Мой Блонди.
Закусываю щеку изнутри, отворачиваясь к окну. Буду считать это прививкой. Давай, иммунитет, вырабатывайся быстрее, чувствую, тебе предстоит много работы.
Убирает знакомым жестом длинную чёлку, падающую на глаза, стартует, и, выруливая на трассу, говорит:
– У меня к тебе предложение, Лиз…
Снова собираю волосы в хвост и пытаюсь заплести косу. Только теперь это не нервное, а объективно необходимое действие, потому что кабриолеты хороши только в американских фильмах пятидесятых, где идеально чистые авто декоративно катят по улочкам Сан-Франциско со скоростью черепахи.
А тут поездка только началась, но уже полный рот волос из-за ветра. Аэропорт стоит прилично за городом, гнать по трассе в полях – пыльно, шумно и никакой романтики. Развожу руки в стороны и жестом показываю, что плохо слышу.
Лёша морщится и извиняется громче:
– Сорри, не успел со вчера “переобуться”, – виноватая улыбка, – скоро приедем.
Ах, да… Вчера была пятница и этот павлиний хвост не для меня. Киваю в ответ, мол, поняла, натягиваю тёмные очки и съезжаю чуть ниже по сиденью, принимая более комфортную позу. Смотрю на однообразный пейзаж за окном и будто совсем не замечаю его быстрые взгляды на мои загорелые колени. Правда, глупо палюсь каждый раз, одёргивая короткие шорты.
– Тебя куда доставить? – интересуется Лёша, когда въезжаем в город и в машине становится тише – к родителям?
– Нет… – называю адрес небольшой частной гостиницы на четыре номера, в тихом центре у парка.
Наше с Карлом место. Он останавливался там до знакомства со мной и после не стал менять привычку. Один номер на этаж, всегда спокойно, персонал – невидимки, отделка дорогая, но без избыточной роскоши. Рядом уютные кафе и приличные рестораны, недалеко – деловая часть города.
Портье так внимательно разглядывает Лёшу и мой чемодан в его руке, что становится неловко. Карла здесь знают в лицо, у него отличная репутация. Намеренно увеличиваю дистанцию, чтобы стало ясно – мы не пара, я по-прежнему невеста их любимого постояльца.
Пока мой спутник с интересом оглядывает стеклянную шахту лифта, быстренько заселяюсь, отдаю чемодан и подхожу попрощаться. Очень любопытно, что хотел предложить, но раз не вернулся к теме, значит, может подождать до понедельника, когда уже полноценно выйду работать в филиал.
Хором друг другу:
– Спасибо, что встретил…
– Я дико хочу есть…