реклама
Бургер менюБургер меню

Анна Май – И мечты станут явью (страница 60)

18

Когда я только приехал в Лондон, я не знал английского и был совсем один, мне никто не помогал, но уже через неделю у меня была ужасная работа санитара в больнице». – «Врешь! Ты был не один, а с Мэри, которая знала Инглиш в совершенстве. Именно она первая нашла работу – вам обоим. И потом помогала, поддерживала во всем!».

Au pair, помощницами по дому за деньги на карманные расходы, берут только до 28 лет – это специальная программа для изучающей язык молодежи. И санитарам в больницах жилье не предоставляется! Про возможность проживания при отеле Эля не знала, ей никто не сказал – вот она в гостиницы и не звонила. Вдобавок, после хлынувшего в Англию потока из прибалтов и поляков найти работу стало гораздо труднее чем во времена юности Роберто. А ставки понизились до 2 фунтов в час. На такие деньги комнату не снимешь, это 70-100 фунтов в неделю. Жанна свою комнату слишком дешево сдает, Роберто за такую же дерет с Майка 120. Получая 2 фунта в час, снять комнату можно только вместе с кем-то (что уже само по себе тягостно – даже дома будет не расслабиться). А еще нужны деньги на проезд, на еду, коммунальные платежи…

И про какое объявление о поиске мужчин он говорит?! Она хотела найти подруг! Каждый день посвящая поиску работы. Жанну чудом найти удалось! Правда, она не успела воспользоваться советами Марсэлы насчет «Loot», чей свежий выпуск должен выйти только завтра. Но почему Роберто не мог сам сказать про эту популярную газету объявлений? Он же, как выяснилось, про нее отлично знает! Ей никто здесь ничего не объяснял, не подсказывал, что и как. Только Марсэла сделала это вчера. Да из русских Эля кое-что выудила буквально по крупицам. Но для Роберто она все должна знать сама! Откуда?!

«И почему ты продолжаешь обсуждать меня со всеми подряд?» – «Я ни с кем тебя не обсуждаю. Это все в твоем воображении». – «Да ты миллион раз это делал, причем всего в какой-то паре метров и даже не утруждаясь понизить голос! Сделай из меня окончательно сумасшедшую!».

«Пожалуйста, не убивай меня и мою душу! Я знаю, ты совсем не такой, каким хочешь казаться мне в последние дни: ты очень добрый, чудесный человек…позволь нам забыть все глупые и жестокие слова и поступки. Давай отныне делать друг другу только добро! Пусть у нас не вышло романа и даже дружба уже под вопросом – но мы оба хорошие люди, и можем сделать жизнь друг друга лучше» – «Я не люблю причинять боль, но чтобы защитить себя и своего ребенка, я готов убить кого угодно. В данный момент я не только не нуждаюсь в твоей помощи, но твое присутствие делает мою жизнь трудной и неприятной. Я пытался помочь тебе. Я предложил тебе свое гостеприимство. Ты имеешь возможность общаться с людьми, искать работу, я нашел компьютер для тебя. Я потратил на тебя больше денег, чем на моего ребенка за последние несколько недель (3000 фунтов!)». Как он мог потратить 3000 фунтов? Может, это опечатка и Роберто имел в виду 300? Но даже это чересчур, она же видела цены в супермаркетах! Вдобавок она никогда не ела любимый в этой семье греческий йогурт именно потому, что он более дорогой, а она хотела деньги Роберто сэкономить. Странно…

«В обмен ты сделала мою жизнь невероятно неприятной и стрессовой. Я получил достаточно, я знаю это. То, что я по-настоящему хочу – чтобы ты оставила мой дом так скоро, как это возможно. СЛЕДУЩАЯ ПЯТНИЦА КРАЙНИЙ СРОК. СЛЕДУЮЩИЕ ВЫХОДНЫЕ Я ХОЧУ ПРОВЕСТИ С СЫНОМ. Это то, что я сейчас чувствую, и мне все равно, что чувствуешь ты».

Вот она какая, жизнь после смерти.

Эля пыталась осмыслить все произошедшее, но не могла: в ней ничего не осталось, как после атомного взрыва. Она набрала Наташин номер.

– Короче, ты ему надоела. И теперь он пытается найти любой предлог, чтобы от тебя избавиться.

– Он Донне такое прощал! А мне…

– Пойми: потому и прощал, что ее он любил! И дело тут не в том, что ты в чем-то глобально перед ним провинилась. Я столько раз видела по жизни: если мужчина или женщина любят по-настоящему, они прощают все, даже если партнер полная сволочь. Пойми: любят не за, а вопреки. А тебя он просто не любил. Так, поразвлекся и… А не трахнул, чтобы все не осложнять. Может даже, не столько из благородства, сколько побоялся, что от тебя потом будет сложней отделаться. Например, залетишь.

В двери повернулся ключ – вернулся Роберто. Еще целый вечер плюс сутки нужно будет провести с ним. Невыносимо после испытанного унижения. Позвонить Жанне и перенести переезд на завтрашнее утро? Но наверно, она уже спит.

– Я нашла работу. Съезжаю во вторник, – сухо объявила Эля вместо приветствия.

– Поздравляю! – оживленно ответил Роберто. Рад от нее избавиться…

Итальянец пошел на кухню, начал готовить ужин, свои вечные горох и фасоль. Эля зашла туда же и, не выдержав, сказала: – Извини, что я тебе надоедала. Но я не нарочно! И я не просила тебя приглашать меня к себе! Это ты меня все время звал.

– Хватит, Элли! Я пригласил тебя в свою жизнь, теперь я хочу тебя из нее удалить.

– Знаешь, я бы так с тобой не поступила, если бы ты оказался на моем месте.

– Но я не на твоем месте, а ты не на моем, и этого никогда не будет! – злорадно усмехнулся Роберто. «Да он просто козел! Как Наташа права…».

– Хочешь честно? Если бы я нашла это твое письмо до того, как нашла работу, я бы бросилась с моста, только чтобы больше не мучиться, – неожиданно Эля призналась в этом не только Роберто, но и самой себе. В самом деле, зачем возвращаться в Чертову печку и жить в аду внешнем и внутреннем? Лучше разом покончить со всем этим.

– В данной ситуации я не могу сделать для тебя больше. Я вообще не мог работать, когда ты рядом, – виновато заметил Роберто. – Ты все время отвлекала меня.

– Но это неправда! Вовсе не все время. Только в самом вначале, и то…

– Лучший путь для нас – остановить все это. Это не моя и не твоя вина, просто мы слишком разные. Каждый человек нуждается в собственном пространстве, понимаешь? Только в своем, где нет никого, даже друзей.

– Теперь да, понимаю. Но раньше я была слишком ослеплена своими чувствами и слишком одинока. Тебе нужно было более отчетливо объяснить это мне. Потому что каждому нужно разное пространство. Мне хотелось мою Вселенную разделить с тобой. Я думала, и ты… Но ты прав, все люди разные. Не смейся, но я во многом интроверт: меня тоже утомляет и раздражает болтовня и шум вокруг. Мне очень стыдно, что я докучала тебе своей любовью.

– Видишь, ты не можешь понять меня, а я тебя. Настоящие друзья понимают друг друга без слов.

– Неправда, каждый человек имеет собственное мнение, и мы с моими друзьями очень часто спорим о чем-то. И это нормально! Вдобавок, кто еще, кроме друга, укажет на оплошности? Вот тебя что бесило больше всего? Что я не так делала?

– Да все! Зачем, например, ты все время торчала на кухне? Вместо того, чтобы искать полезные контакты!

– Но я старалась для тебя и Джоша!

– Не стоило этого делать, у нас есть свои привычки. Потом, помнишь, как ты купила арбуз и весь дом им провонял? Это было просто ужасно! В целом, ты сделала очень много ошибок, Элли, – Роберто покачал головой. – А это твое дурацкое объявление «ищу друзей» в русской газете! Из-за него наша жизнь превратилась в ад!

– Может быть, когда ты отдохнешь, мы сможем опять нормально общаться. Снова станем друзьями, как вы с Даниэлой, – робко заметила Эля, не смея поднять на Роберто глаза. Она ощущала себя полной дурой и ужасной личностью.

– Вполне возможно. Никто не может знать будущее! Но сейчас я слишком устал от тебя и твоего присутствия в доме. Ты потеряла кучу времени на кухне или мешая мне, вместо того, чтобы искать работу. Ты могла бы не торчать все время здесь, а увидеть знаменитые шедевры в Лондонских музеях, раз уж оказалась в Англии! Вот Мэгэн… – опять эта святая Мэгэн, злобная и лживая сплетница! Нашел, кого ставить в пример. Подумаешь, канадка прошлась по музеям! Это естественно: в Новом свете таких не встретишь. А Эля уже побывала во всех знаменитых на весь мир питерских и московских музеях – и не раз. В конце концов, какое ей дело до гениев прошлого, если она хочет быть с обыкновенным, но любимым человеком из настоящего? Если бы не эта великая любовь, конечно, ей было бы интересно все посмотреть – но поиски работы были на первом месте.

Господи, что она опять мешает себя с дерьмом? «Ты сделала то, ты не сделала это…». Наташа права: когда любят, и не такую мелочевку прощают! И даже если любви нет – друзьям. А сам? Он обещал помогать. Отлично зная наперед как эмигрант про все проблемы! Но даже двух недель не выдержал. И что с ней теперь будет, ему вообще наплевать.

Стоит ли за него бороться?

С утра Эля принялась за новую статью для «Лондон-ньюс». Завтра у нее будет последняя возможность попользоваться интернетом – у Жанны его нет.

О стекло в living room билась пчела. Но не было Роберто, чтобы ее поймать и аккуратно выпустить. Эля пчел боялась, чтобы, как итальянец, ловить в руку. Укусит! И сама сдохнет. Эля открыла окно и принялась махать на пчелу, подталкивать ее бумагой – но та упрямо летела к прозрачной преграде, а не на простор. «Может, я как эта бестолочь, и Высшие силы меня так же отталкивают от Роберто и выпихивают отсюда туда, где мне будет лучше – а я не желаю это понять? Возможно, Бог подведет к новому, действительно моему мужчине – а Роберто, как он сам сказал, был всего лишь билетом в новую жизнь?». Но по-прежнему даже мысль о другом мужчине казалась Эле невыносимой. При том, что она превратилась для любимого в ничто. Даже не просто в ноль, а уже в отрицательную величину. Но это пока. Хотя стоит ли за него бороться?