Анна Май – И мечты станут явью (страница 52)

Майк меж тем мыл тарелки после трапезы канадцев. Хотя бы он начал это делать! Мэгэн в это время, томно улыбаясь, продолжала обольщать Роберто: стоя вплотную, чуть не задевая нос итальянца грудью, и в своей излюбленной позе – отведя одну ногу в сторону и поставив ее на диванные подушки, так что разрез спереди на мини-юбке разошелся, обнажая веревочку стрингов и голую манду, которую псевдо-трусы не могли скрыть. Но Эля теперь уже не ревновала Роберто к этой суке. Почти. Однако ее раздражение против Мэгэн росло.

– Почему всю домашнюю работу делаешь только ты? Мэгэн ведь не работает. Она могла бы хоть немного помочь тебе. Это несправедливо! – заметила она Майку.

– Мне это несложно. Я люблю готовить, – если его все устраивает, их жизнь не ее дело.

После ледяного душа Эля чувствовала себя неважно, но сосредоточиться на просмотре вакансий и ответах на них было сложно еще по одной причине: канадцы не ушли в свою комнату, как обычно, а продолжали сидеть и трепаться с Роберто – уже больше четырех часов. Майк, впрочем, намекал своей подружке, что пора и честь знать – но Мэгэн намеков своего парня предпочитала не замечать и продолжала плотоядно пялиться на Роберто, кокетливо хихикая.

Элино терпение лопнуло! Но остатки здравого смысла пока сохранились. Хотя именно остатки – жалкие, почти невидимые лохмотики. В результате она начала говорить, но по-русски: – Как же ты мне надоела, зараза чертова! Видеть тебя не могу! Сил моих больше нет! Чего ты добиваешься? У тебя есть все, что нужно для счастья – но тебе все мало? А ты, Майк, почему так спокойно реагируешь? Потому что у самого рыльце в пушку? А ты, мой любимый? Почему ты столько времени тратишь на них? Разве они не мешают тебе работать? Они целых четыре часа у тебя отняли. Но мне они надоели! Я устала! Я так устала! От всего! Я ужасно устала от всего! Пожалуйста, пойми меня! Услышь меня. Я не могу так больше. Я не знаю, что мне делать. Я просто в ауте, – все это Эля шептала на своем языке. Чтоб со стороны все-таки казалось, будто она погружена в работу – а это так, мысли вслух. Якобы творческий процесс.

Но ее любимый не понял ничего, судя по тому, как он настороженно на Элю покосился. Зато Майк уловил состояние русской и начал тянуть Мэгэн за собой в их комнату. Однако его подружка продолжала висеть на Роберто, как репей. А тот, как ни в чем ни бывало, продолжал светскую беседу. Хотя теперь было очевидно, что и его Мэгэн тяготит. Зазвонил телефон, итальянец с явным облегчением снял трубку. Канадцы наконец ушли.

Когда Роберто закончил свой разговор, Эля смущенно улыбнулась: – Я сегодня немного капризно себя вела. Извини, я просто очень замерзла в душе и теперь неважно себя чувствую.

– Держись! – он тоже улыбнулся ей. Но его взгляд оставался испытующим, настороженным. И снова таким далеким… Почему теперь? Из-за ее «ужасного» срыва? Или потому еще, что в своих утеплительных одеждах Эля выглядела неуклюжей и толстой как капуста? Кроме того, когда нездоровится, человек перестает излучать энергию, которая привлекает людей. Это то, что называют обаянием – Эле часто говорили, что оно у нее есть. Восстановить силы помогает отдых и общение с друзьями. Но где их здесь взять? В целом, если ты не в форме, твое место на скамейке запасных. Или даже за бортом. Пусть. Надо только объяснить Роберто, что ее всплеск раздражения, очевидно напрягший его, возник не на пустом месте: – Ты заметил, что Мэгэн никогда не моет посуду и не готовит – что это за отношение к любимому человеку, который вкалывает в куче мест?

– Ах, перестань! Прекрати это! – ну вот: вместо того, чтобы развеять недоразумение, она опять сказала что-то не то. Роберто даже вскочил с места и теперь смотрел на Элю откровенно недружелюбно. Добавив тоном, не терпящим возражений: – Я сначала смотрю на свои плохие привычки, а уже потом критикую других!

– Я поступаю так же! – попыталась оправдаться ошарашенная Эля. – Почему ты во мне замечаешь только негатив и так строг ко мне – а к другим людям относишься очень снисходительно?

– Потому что ты снова абсолютно не права: сколько раз Майк и Мэгэн мыли посуду по утрам за всеми? За мной и Джошем, хотя их никто не просил. И очень хорошо!

– Но это делала я! – что он несет?! Мэгэн же всегда дрыхнет до полудня! А на ночь канадцы всегда оставляют в мойке грязную гору. Майк уходит рано, утром ему не до этого. Сегодняшний вечер, когда канадец помыл посуду – один из тех, что можно пересчитать по пальцам.

– Хватит! Прекрати говорить ложь и гадости о других людях! Это просто ужасно! С чего ты взяла, что имеешь право отзываться подобным образом о тех, кто ничего подобного не говорил о тебе? –теперь Роберто был окончательно взбешен. За что он так?! И это Мэгэн никогда не говорила гадостей об Эле?! И Роберто, и Майку не раз, даже не приглушая голоса! Что за бред?!

Эля побежала наверх, от греха подальше – чтобы не бесить Роберто еще больше одним своим видом. Попыталась учить английский. Канадцы снова вернулись в living room. Эля не прислушивалась, но внезапно отчетливо услышала слова Роберто: – Я ей написал, потому что она сказала о себе: «Я миролюбива и люблю гармонию во всем». – да, именно эти слова были в Элином объявлении в международном брачном агентстве. Брачном! «Зачем ты обратился в подобную контору, если, как ты утверждаешь, ты не собирался жениться, Роберто?»

– Может, это была шутка? – громко и весело возразил голос Мэгэн. «Но она никогда не говорит гадости. Во всем всегда виновата Эля. Нет, Роберто – я не хочу больше быть с мужчиной, который подобным образом относится ко мне. Ни за что! Это просто чудовищно, такая слепота и несправедливость! Решено: как только я найду работу, забуду о тебе, как о дурном сне. Но как же мне это сделать, если я все еще – несмотря ни на что! – люблю тебя?».

Что такое норма?

Утром Эля робко спросила Роберто (надеясь, что он уже отошел): –Я собираюсь готовить ланч. Ты будешь рыбу с картошкой?

– Да.

– Может, лучше пасту сварить? А вместо трески котлеты пожарить?

– Элли! Я работаю! Ты видишь!

– Хорошо-хорошо! А салат бу…

– Элли! – но он же сам просил все спрашивать и уточнять! И она так и не поняла, хочет ли он салат – и какой?

Когда из кухни потянуло аппетитным запахом жареной трески, Роберто заглянул туда, улыбнулся: – Вкусно пахнет!

Однако когда Эля вошла в living room с тарелками, увидела: он опять постелил скатерть только на себя. Ставить тарелки и чашки без скатерти на стол в гостиной Роберто запрещал. Она пошла на кухню, взяла салфетку, вернулась в гостиную.

– Ты опять забыл накрыть на стол и на меня тоже? Это становится традицией! – попыталась пошутить Эля. Роберто ничего на это не ответил, только нахмурился.

Минут через десять, когда они уже заканчивали трапезу, он вдруг заметил: – Ты делаешь очень много замечаний другим людям, в то время как сама далеко небезупречна. Почему ты уверена, что ты сама совершенство? – Эля чуть не подавилась. Она делает слишком много замечаний другим людям?! Она ко всем придирается, а не он сам или Мэгэн?! И Эля никогда не говорила и не думала, что идеал во всем! Она ни в чем не идеал, и отлично это знает. «Что за ахинея?!».

– Я не постелил скатерть на тебя, потому что просто задумался, – раздраженно продолжил Роберто. – Пять лет я ел ланч всегда один, или с Джошуа по выходным. Теперь мне трудно враз изменить свои привычки.

– Понятно. Извини, если тебя обидела моя шутка.

Роберто опять не сказал спасибо за ланч. Он видел, что у Эли выступили слезы на глазах, но никак не отреагировал. Она поднялась наверх, умылась, спустилась вниз. Роберто мыл посуду. С довольной улыбкой посмотрел на нее – глаза Эли все еще были красными. Потом итальянец сел за свой ноут, по-прежнему не сказав ни слова. Абсолютно чужой и непроницаемый! Эля тоже не стала говорить ему ничего. Она думала: «Сколько еще раз Высшие силы, или что там распоряжается людскими судьбами, должны со всей силы шваркнуть тебя мордой об стол, чтобы наконец дошло: это не твой мужчина? Когда ты это поймешь? Пока от тебя не останется обгоревший каркас? Роберто начал меняться просто до неузнаваемости! До пугающей неузнаваемости… Впрочем, возможно, он таким и был, просто раньше старался держать себя в руках, как поначалу все с незнакомцами. А теперь расслабился».

Или Роберто только с ней такой? Нет, он сам сказал: «Когда-то я был очень жесток и с Даниэлой тоже» – наверно, когда выманил ее в Лондон. Но она очень быстро ему надоела, пока была обузой, как сейчас Эля. И он точно так же ее выгнал. Роберто в целом порядочный, конечно, но его терпимость как-то уж слишком быстро истощается. И начинает оборачиваться своей противоположностью. Клайв бы так не поступил со своим другом! Хотя, откуда она знает?

Эля вспомнила об эксперименте Филипа Зимбардо: этот американский психолог набрал из студентов добровольцев, совершенно нормальных людей (главным критерием отбора было именно отсутствие отклонений в психике) и разделил на две группы. Одним досталась роль заключенных, другим надзирателей, которые должны были поддерживать порядок и пресекать побеги. Ученый хотел выяснить, в чем причина тюремных зверств, широко распространенных по всему миру – в садистических особенностях личностей тюремщиков или же виноват сам принцип, отдающий одних людей в полное подчинение другим? Результат превзошел все ожидания: на то, чтобы надзиратели превратились в типичных садистов, а заключенные в жалкие существа, потребовалось всего пять дней! Даже самые убежденные пацифисты из числа тюремщиков вскоре вели себя как настоящие психопаты: они не только били “преступников”, но и бросали их в карцер за улыбку, заставляли стоять всю ночь в строю, и тд.