Анна Мария Роу – Когда мертвые говорят (СИ) (страница 24)
Кстати, в той записке, с которой все началось, не сказали, что убьют именно кого-то из семейства Элингтон. Так что труп колдуна тоже подойдет.
— Как продвигаются ваши поиски, господин маг? — безупречно вежливо поинтересовалась хозяйка дома, чтобы прервать затянувшееся молчание за чаепитием.
Как всегда, от ее медового голоса хотелось улыбаться, ловить каждое слово, не отводить глаз от миловидного лица, наслаждаться ее обществом…
Демоново наваждение! Очень сильное и весьма необычное! Которое действует практически на всех, кто рядом с ней. С обожанием смотрят падчерицы, их мужья с благоговением, Элингтон с каким-то болезненным наслаждением впитывает каждый ее вдох, даже леди Милли глядит не просто благосклонно, а с участием. Одна вдова морского капитана готова порвать смуглянку на имперский флаг и не скрывает этого.
— Есть несколько весьма противоречивых версий, леди Флоренс. — Рыжий внимательно наблюдал за тем, как голем в белоснежном переднике и с наколкой в искусственных волосах аккуратно наливает в чашку чай. Зеленые глаза на мгновение полыхнули колдовским огнем. Нет, в этот раз в напитке не было дополнительных примесей, весьма неполезных для здоровья молодого шустрого организма. А от другого «подарочка» горло до сих пор саднило. — Думаю, я смогу найти ответ на вашу загадку… скорее всего, завтра к обеду. Если не раньше… Но прежде я бы хотел поговорить с леди Дорис.
Киану удержался от скепсиса. Скорее всего, эксцентричная шарлатанка ничего не знает, и она, так же как и леди Маргарет, обожает шокировать окружающих. Но побеседовать по душам с «медиумом» стоит. Если бы не «любимая» тетушка, что клещами вытащила его в гостиную к старшему поколению семейства Элингтон, то он бы уже слушал вымыслы о важной миссии непризнанного гения-медиума.
— С леди Дорис? — нахмурилась Флоренс.
Марта и Клара непонимающе переглянулись.
— С моей сестрой? — Лорд Гарольд Форстер почесал за ухом, за что был бит веером по рукам. — А что она может сказать?
— Ее даже в Грин-холле нет! — пожала плечами Марта, на сей раз воспользовавшись веером по назначению. У нее уже скопилось несколько сломанных. Если папенька в срочном порядке не назначит содержание любимых дочерей и их мужей на прежнем уровне, то придется отдать незаменимые аксессуары в ремонт. Так ведь и до нищеты скатиться недолго!
— Даже так? — Киану постарался, чтобы лицо выглядело не слишком ошарашенно глупым. Незаметно потер кольцо с белым камнем. Если так часто обращаться к артефакту, то он скоро разрядится. А толку? Портативный детектор явно барахлит. Да не могут они все тут говорить правду! Хм, почти все.
— Да, — подтвердил Элингтон с каменным выражением лица. — Леди Дорис осталась в Люнденвике.
— Конечно, осталась, — буркнул Гарольд, глядя себе в чашку. — Ты же ее в Бедлам отправил. Для поправки здоровья.
Элингтон продолжал молчаливо кивать. Между тонких бровей Флоренс пролегла едва заметная морщинка, женщина словно пыталась вспомнить что-то очень важное, но… Она просветлела и мягко произнесла журчащим голосом:
— Леди Дорис такая неординарная женщина! Я надеюсь, в следующем году она сможет приехать на праздники!
— Вы с ней знакомы? — Киану краем глаза заметил, что леди Милли тоже выглядела удивленной, а все остальные — непонимающими. С чего это столичному сыскарю интересоваться той, кого и в поместье-то нет?!
— Кстати, — быстро сменила тему Милли. — Малышка Оливия чувствует себя хорошо и сможет спуститься к ужину.
Марта и Клара тут же начали наперебой кудахтать о бедной девочке и по какой-то извращенной логике постепенно перешли к осуждению Руби, не рискнувшей покинуть свои апартаменты. Ей же подарили целых два почти новых платья. Правда, одно на размер больше, а второе подростковое. Как же можно быть такой неблагодарной?
— Не зыркай так, — каркнула леди Маргарет на насупившегося Элингтона. — С ней осталась сухопутная крыса Гледис. Твоя жена может быть довольна!
— Такая замечательная женщина! — прервала экспрессивную речь подруги леди Милли, слегка склонив голову набок. — Уверена, она по-настоящему преданна вам!
— До смерти! — как-то зло хохотнул хозяин дома.
— Ой, папочка, только не начинайте. — Клара забрала у мужа небольшую плоскую флягу, когда тот пытался повысить градус позитива в чае. — Мы уже не раз слышали историю о том, как Флоренс помогла нашей экономке выжить. Уверена, многие поступили бы точно так же!
— Но взяла к себе в услужение девицу с подмоченной всем портом репутацией только наша святая Флоренс! — то ли встала на защиту леди Элингтон, то ли окончательно решила очернить ее в глазах гостей капитанская вдова. Если у тебя такая служанка, то ты какова, а? — Не надейся, я своего мнения о твоей крале не поменяла! Просто констатирую факт!
— Думаю, никому не интересна гнусная история прислуги. — Клара изъяла еще одну фляжку из кармана Чарльза. Сюртук благоверного сшили на заказ, и карманов там оказалось чуть больше положенного.
Дверь с шумом распахнулась. Отодвинув дворецкого, в гостиную вошла Руби Додсон, остановилась, давая возможность рассмотреть себя и свой наряд во всех деталях, а потом дерзко подошла к свободному стулу, уселась на него и потребовала чаю. Ее муж тенью проследовал за ней.
Маг обратил внимание, что значок Оксфорда уже был не таким ярким, как несколько часов назад. Ясно, причина в накопителе, который пришлось хорошенько разрядить. Тетушка по дороге в столовую рассказала, что голем испортил все платья Руби. Буквально на клочья порвал. Преувеличила, наверное.
Хотя одежда леди Додсон к традиционному чаепитию выглядела… несколько экстравагантной. Лиф скособоченный, один рукав длинный, второй еле прикрывает плечо, юбка многослойная и короче, чем требуют приличия. Киану не разбирался ни в шитье, ни в моде, но он был очень хорошим магом и мог смело утверждать, что этот образ собирали из двух рваных платьев, шторы, магии и мата. Иначе никак.
— А хотите, покажу фокус? — встрепенулся Киану, прерывая неловкое молчание. Он улыбнулся недовольным и перекошенным женским лицам, подбросил вверх десертную вилку, раскрутил ее и «не удержал». Серебряная вилочка по инерции отлетела к леди Милли, тренькнула о фарфор и выбила чашку из рук пожилой леди. — Надо же, как неловко получилось! Потерял контроль над магией! Такое бывает, прошу прощения!
Взгляд леди Мак-Грегор не выражал ничего, кроме легкой укоризны, в которой колдун легко прочитал обещание грядущего допроса. Уж ей-то было доподлинно известно, что «такое» в последний раз случалось с племянником в подростковом возрасте.
— Да, я читала об этом. — Флоренс дала знак прислуге принести новую чайную пару и наполнить чашку гостьи.
— Леди Мак-Грегор! — У Руби язык чесался, так хотелось похвастаться своей находчивостью и, чего уж таить, властью над мужем. Пришлось хорошо поплакать, чтобы он согласился магически сшить ошметки платьев по ее желанию. А уж своим резервом Додсон дорожил едва ли не больше, чем миллионами. — Я слышала, леди Стивенсон говорила, что вы таки тоже представлены ко двору? — И ресницами хлоп-хлоп. Пусть думают, что дурочка не держит зла на этих золотых курочек, пусть расслабятся, перестанут ждать подвоха, а уж она придумает для них что-нибудь остренькое!
— Да, — скромно заметила леди Милли, которой такая несвоевременная болтливость подруги явно не понравилась. — Но ввиду плохого здоровья я уже лет тридцать там не появляюсь.
— Странно. — Компаньон Элингтона, этот слабый маг Додсон, сверкнул неприятными проницательными глазами. — Мне казалось, я видел вас в Букингемском дворце около месяца назад.
«А сам ты там что забыл?» — вертелось на языке у рыжего. С тетушкой понятно — она заходила на чай с печеньем к своей подруге. Эту версию леди Милли и озвучила.
— Неужели! — всплеснула руками Руби, невежливо перебив Марту. — Ваша подруга служит при дворе? Кем же? Неужели фрейлиной при принцессках?
— Думаю, можно так сказать. — Седовласая леди внимательно наблюдала за слугой, будто не было ничего более интересного в малой столовой, украшенной потемневшими натюрмортами голландских живописцев.
Вдруг руки голема дрогнули, и блюдце с куском ягодного пирога упало на пол.
— Какая жалость! — поджала губы Милли, которая так ничего и не попробовала: ни чая, который так нахваливала леди Клара, ни крохотных пирожных, названных Маргарет «на один бабий зуб», ни вот этого пирога по средневековому рецепту, как уверял лорд Гарольд. Племянничек заигрался!
— А правда ли, — понизив голос спросила Руби, — что принцесса Алиса таки всерьез интересуется женским здоровьем? И настолько бесцеремонна, что может расспрашивать собеседницу про роды и про регулярные кровотечения?
Хозяин дома закатил глаза, Додсон невозмутимо начал терзать десерт. Киану едва не подавился. Флоренс покраснела. Воспитанная леди в разговоре никогда не упомянет темную магию, акушерку, новорожденного, любовника, бородавку и колбасу. Столпам общества, диктующим правила этикета и рекомендующим прикрывать ножки даже у рояля, также не угодили кислая капуста, грибы и редька. Ох и извращались столичные сплетники, передавая друг другу историю, как некая маркиза попала под приворот, завела любовника с бородавкой, а потом ей понадобилась помощь акушерки. Правда, капуста с грибами здесь была ни при чем. Но это неточно.