Анна Лунёва – Черная изба (страница 30)
«Все-таки можно было еще посидеть», – тоскливо пронеслось в голове у Кати, пока она плелась через комнату Макса. В спальне и так духота, да еще этот запах…
Внезапно мамино внимание отвлек скрежет в замке. Она торопливо поднялась, накрыла лампадку колпачком, открыла форточку. Видимо, Макс от ладана тоже не в восторге.
– Привет, сынок! – Мать выскочила в коридор и уже заботливо снимала с Макса шапку. Его всклокоченные черные кудри прилипли ко лбу, как будто он бежал.
– Привет. – Он высвободился из ее объятий и глянул на Катю, которая стояла за маминым плечом. – Ну, сестрица, как твоя шарага?
– Ну ты и каба-а-ан, – протянула Катя, глядя на брата. Она и подумать не могла, что пухлый коренастый подросток может вот так за несколько месяцев вымахать сантиметров на тридцать.
– Не жалуюсь, – хмыкнул Макс. – Денег-то хватает? Или подкинуть тебе?
– Спать ложись, олигарх! – Катя отвернулась и пошла в комнату. За ее спиной Макс презрительно фыркнул.
Мама нежно ворковала, расшнуровывая ему ботинки:
– Кушать будешь, Максюш? У нас тут супчик в холодильнике, блинчики с мясом…
Катя закрыла дверь и легла, накрыв голову подушкой. Елена Алексеевна дала ей неделю отгула, но, пожалуй, можно вернуться в колледж и пораньше.
Следующий день выдался морозным и хрустким, но все равно по-мартовски солнечным. Ирка в какой-то новой блестящей куртке и без шапки, с сильно отросшими за год волосами махала ей у входа в пиццерию:
– Кать, привет!
Подруга протянула к ней руки и расцеловала в обе щеки. Катя оторопела: раньше между ними такого не водилось. От подружки пахло духами, ресницы были накрашены, стрелки уходили к вискам. Вот те на, а Катя-то и не подумала нарядиться и вообще косметичку оставила в Новосибирске. Да и кому бы из них раньше пришло в голову краситься, чтоб поесть пиццы на углу?
Ирка уже тащила ее за руку куда-то вниз по улице:
– Я тут подумала, может, в другое место сходим? Здесь все такое невкусное стало в последнее время, ужас!
– Пахнет вроде ничего, – растерялась Катя.
– Да ну! – Ирка сморщила нос. – Давай в «Маленькую Италию»? Совсем новое место, там еще не засижено и винная карта обалденная.
– Ну… ладно, веди… – Винная карта? Раньше их вполне устраивала кола с вишневым сиропом. Конечно, теперь они вроде как взрослые. Но если честно, Катя от встречи ждала скорее возвращения в детство. Ладно, Ирка-то в этом не виновата.
В «Маленькой Италии» Кате хватило беглого взгляда на интерьер, чтоб понять: остатков ее стипендии вряд ли хватит даже на один кусочек пиццы. Но говорить об этом теперь уже было неловко. Она оставила пуховик любезной девушке в гардеробе и вслед за Иркой прошла в зал. Другая девушка принесла им меню. Катя открыла свое. Ну, кусок пеперони и стакан апельсинового сока она, кажется, потянет.
– Девушка, нам шеф-пиццу, закуски, сырную тарелку и бутылку того же вина, что и в прошлый раз, – по-хозяйски распорядилась Ирка. – Кать, да не гляди ты на цены! Я угощаю! Все-таки сто лет не виделись.
Катя смутилась. Неудобно было спрашивать, за чей счет банкет. Раньше Ирку, как и ее, карманными деньгами не баловали, да и стипендия в АлтГУ вряд ли высокая.
– У родителей Антона турфирма. – Ирка отложила меню и подняла глаза на оторопевшую Катю. – Они взяли меня на работу парт-тайм! Ну, то есть по вечерам. Получаю небольшую зарплату, могу себе позволить!
– А-а-а, здорово! – Катя улыбнулась. – А что ты там делаешь?
– Ну, документацию всякую на компьютере веду, данные вношу, все такое, – туманно отговорилась Ирка, отвлекшись на телефон. – Пока стажировка, но после третьего курса, если все будет хорошо, возьмут в штат. А у тебя как дела?
– Ну, нормально… – Катя не знала, что рассказать этой новой Ирке. Про Крысу? Про коровник? Про Вику с Надей, которым их старая пиццерия показалась бы вполне приличным кафе? – А где твой Антон? Ты же с ним хотела прийти.
Ирка закатила глаза:
– Да он задерживается, какие-то дела по работе. А я хотела вас познакомить, Кать. Он тебе понравится, такой взрослый уже, серьезный. Это он настоял, чтобы я работала, вникала типа в бизнес.
– Интересно? – вежливо спросила Катя.
– Ну так, пока не очень, – призналась подружка. – Сижу, просматриваю всякие бумажки. Если неправильно где-то заполнено, визу не дадут клиенту. Через час уже в глазах рябит от этих буковок. Но зато мы вон с родителями в Тай слетали чартерным рейсом из Новосибирска – всего сорок тысяч на троих, копейки! Плохо, что ли? – Она налила себе в бокал красного вина из бутылки, которую как раз откупорил и поставил на столик парень в форменном переднике. – Ты давай делай загран, я и тебе подберу какую-нибудь горящую путевку – слетаешь, подзагоришь. А? Или вместе можем как-нибудь!
– Было бы здорово, – вздохнула Катя. Загранпаспорт, чартерные рейсы, сорок тысяч за билеты – это все реалии какого-то другого мира. И попасть в этот мир студентка ветеринарного колледжа Чернова может разве что тем же путем, что и ее недалекий братец, – то есть, скорее всего, криминальным. Она поерзала на стуле, откусила кусочек пиццы.
– Зря ты тогда не согласилась со мной поступать, – продолжала вещать Ирка, макая в мед кусочек мягкого сыра. – Учились бы сейчас вместе. По-моему, ты только время теряешь в своей шараге. Представляю, что там за народ.
– Да нормальный народ. – Катя пожала плечами, тоже наливая себе вина. Господи, что за мода с этим вином, оно и не вкусное вовсе, как пиццу-то запивать? – Веселые, дружелюбные. Ну, не все, конечно, но в целом окей. Представляешь, у меня ж день рождения выпал на дежурство в коровнике, и вечером подружки…
– Что? – Ирка, не дослушав, красиво округлила накрашенные глаза. – Коровник? Кать, ты серьезно?
– Ну да, коровник. – Катя начинала сердиться. – Ир, я тебе не про коровник рассказывала!
– Да, конечно, извини. – Ирка крутила в руках свой бокал. – Просто тебе не кажется, что это… ну… слишком?
– Что – слишком?
– Ну, ты – и коровник! И все эти подружки твои… Ну, наверное, им это привычно, они и так из деревни, у них там коровы, свиньи, туалет на улице. А тебе-то это все зачем? Серьезно, о чем ты там с ними разговариваешь? О коровах? Кать, тебе надо уходить оттуда, это же деградация!
– В каком смысле – деградация? – Катя со стуком поставила бокал на стол. – Где здесь деградация?
– Кать… – Ирка смутилась: наверное, не ожидала такой реакции. – Кать, ты меня неправильно поняла. Я не имею в виду, что ты деградировала, но ведь в такой компании это рано или поздно может случиться. Ну вот какие ты книги прочитала за последнее время? Какие фильмы посмотрела? Что смогла обсудить с этими своими подругами? Я правильно помню, что одна из них какая-то сумасшедшая сектантка, другая – малолетняя мать-одиночка, а третья…
Катя с грохотом отодвинула деревянный стул и встала.
Ирка растерянно захлопала глазами:
– Кать, я не…
– Девочки, привет! – К ним направлялся высокий парень лет двадцати на вид. Одет он был, на Катин взгляд, довольно нелепо: узкие джинсы, тесная рубашка бутылочного цвета с какими-то мелкими узорчиками, клетчатый шарф. Жидкие белесые волосы коротко подстрижены, на носу очки в тонкой оправе. Он приобнял Ирку за талию и чмокнул в щеку. – Вы что, уже расходитесь?
– Привет, Антош! – Иркин голос неожиданно подскочил на октаву и зазвучал как-то по-детски. – Да нет, мы разговариваем… Катя, вот, познакомься, это Антон. А это Катя, мы вместе учились, я тебе рассказывала.
– Очень приятно, – сухо сказала Катя, не обращая внимания на протянутую для пожатия руку.
Антон помедлил секунду, убрал ее и снова обратился к Ирке:
– Ирунь, нам пора, ты забыла? Ребята нас в клубе в восемь ждут, а еще ехать. – Он демонстративно приподнял рукав – блеснул металл часового браслета. – Давай, проси счет, я оплачу.
– Но мы даже поболтать не успели, – надула губы Ирка. – Может… – Она вопросительно посмотрела на парня: наверное, хотела пригласить Катю в клуб к неведомым «ребятам». Тот нахмурил брови, окинул Катю оценивающим взглядом и еле заметно покачал головой. Ясное дело, она для клуба выглядит неподходяще: джинсы, толстовка и косичка, как у школьницы. Кате совсем не хотелось ни в какой клуб, но щеки все равно обожгло обидой.
– Ничего, мне тоже как раз пора, – соврала она. – Мама просила не задерживаться.
Пока они сидели в ресторане, снаружи стемнело и похолодало. Зажглись фонари. Катя не хотела так скоро возвращаться домой, поэтому просто шла и шла по улице, то и дело ненароком зачерпывая невысокими ботинками мокрую подмерзающую снежную кашу. Зачем она вообще пошла на эту дурацкую встречу? Ну, не знала же она, что Ирка так сильно изменилась. Да и изменилась ли вообще? Она и раньше мечтала найти богатого жениха, ходить с ним по клубам, летать на острова. А Катя? О чем она мечтала раньше?
Ноги сами несли ее в сторону бабушкиного дома. Рука в кармане нащупала ключ: вчера Катя сама закрыла дверь, пока мама искала во дворе такси, подъехавшее не к тому дому. У подъезда Катя привычно набрала цифры на домофоне, но после первого же гудка спохватилась, что никто не ответит. Устыдившись своей забывчивости, принялась отчаянно давить на все кнопки сразу, пытаясь отменить вызов. Домофон недовольно пиликнул, щелкнул замок, и навстречу Кате из подъезда вышел мужчина с маленькой собачкой на поводке. Катя прошмыгнула мимо него и взбежала по лестнице на пятый этаж. Сердце стучало, выпрыгивая из груди, на глаза навернулись слезы. Господи, как же все это глупо!