Анна Литвинова – Солнце против правил (страница 6)

Когда вышла из такси (чтоб не радовать любопытных соседок, в паре кварталов от дома), еще на улице кинулась смотреть мессенджеры. И обнаружила видео с незнакомого номера.

Пятьдесят секунд ее сегодняшнего утреннего подвига.

Вроде бы по факту ничего особенного: спрыгнула в фонтан, вытащила котенка. Но ракурсы видеооператор выбрал шикардосные. Музыку наложил зачетную. И смонтировал отлично.

Какая там «сторис»! Такое — без вариантов — надо в «Тик-ток» выкладывать. Тем более давно мечтала там засветиться.

Прибежала домой и немедленно занялась: регистрировала аккаунт, заливала видео.

Народу зашло сразу!..

Пока заваривала чай — уже тысяча просмотров. Сбегала в душ — еще плюс пять к. В Ватсап шлепнулось письмо от ее утреннего знакомца:

— К утру будет минимум сто тысяч. А то и двести. Меня, кстати, Юра зовут.

Отправила в ответ смайлик. И начала шарить в интернете: сколько «Тик-ток» платит? Пять долларов за миллион просмотров. Не впечатляет. Но если хотя бы десять тысяч человек подпишутся, уже можно контракт на рекламу получить.

Лия без социальных сетей себя не мыслила. Но выкладывать фото завтраков или селфи с памятником Лермонтову не круто. Совсем другое дело — подвиг с котейкой, да еще правильно снятый.

А просмотров-то уже — двадцать тысяч! И лайков огромная куча.

Смайлика за такое мало. Отправила большие спасибки и даже губки-поцелуйчик, имя занесла в адресную книгу. На часы старалась не смотреть.

Время — давно за полночь. А ей завтра на работу к восьми.

Заставила себя лечь в постель, закрыла глаза. Но каждые минут десять не удерживалась, проверяла, сколько просмотров.

И только в два провалилась в тяжелый сон.

А в шесть утра телефонный звонок. Юра. Трусливый мужчина и талантливый режиссер. Хохочет:

— По деревьям лазить умеешь?

Спросонья совсем ничего не поняла, спросила хрипло:

— О чем ты?!

— Я в парке. Твой кот сумасшедший на дуб залез. На самой вершине сидит. Тот же самый. Так что прилетай. Будем опять спасать.

Федор Олегович деньги считать умел — что остается, если вынужден выживать на пенсию? Но хотя продуктами отоваривался в будни до часу дня, чтоб со скидкой, и в санаторий поехал по бесплатной путевке, на дорогое сердцу средства выделял.

Экспедицию к водопаду Каракая-Су он задумал давно и планировал тщательно. В Минеральные Воды быстрей и дешевле добраться на самолете, но мужчина приехал на поезде. Привез без переплаты за багаж палатку, спальник, термобелье, теплую одежду и даже керосинку, чтоб иметь возможность согреваться холодной ночью горячим чаем.

Заранее, еще из Москвы, начал вести переписку с местными экскурсоводами. Поездки в горы обычно заканчивались в октябре — с ноября погода становилась непредсказуемой. Но отдельные смельчаки рисковали. Кто вот только согласится — построить маршрут под его потребности, днем отвезти, а на следующее утро забрать?

Поначалу Федора Олеговича уверяли: самому никак не получится. Лютый холод, волки, рыси, одного вас не оставим, ибо несем ответственность.

Пришлось скрепя сердце намекнуть, что готов на повышенный тариф. И проводник нашелся — восемнадцатилетний парень предложил доставить на отцовском «уазике». Федор Олегович сильно подозревал, что водительского удостоверения юноша не имеет и отец, владелец машины, про экспедицию ведать не будет. Но когда за ВИП-тур тридцать тысяч драли, а мальчишка за пять согласился, сложно отказаться от выгодного предложения.

Прогноз погоды не благоприятствовал — обещали сильную облачность, возможен дождь и снег. Пацан начал трепыхаться: колеса лысые, дорога обледенеет, не проедем.

Пришлось сделать широкий жест: поднять ставку до семи тысяч рублей.

И в субботу, ранним утром, когда холодное светило только выглядывало застенчиво из-за гор, к санаторию «Мечта» с громким рыком подлетел его личный транспорт.

Федор Олегович с неудовольствием отметил, что машина грязная, без глушителя, стекло лобовое треснуто. И пацан — зеленый совсем, нечесаный, сопли утирает рукавом.

«Как бы в пропасть с ним не улететь», — мелькнула опасливая мысль.

Но сдаваться (тем более когда об экспедиции на его сайте официально объявлено) Федор Олегович не привык.

Погрузил палатку и рюкзак в багажник, сел в машину, строго спросил:

— Где у вас ремень безопасности?

— Нету, — заржал мальчишка. — Это ж «уазик», какая тут безопасность?

Федору Олеговичу стало совсем тревожно. Предвкушал скользкую дорогу, неуправляемое боковое скольжение. Но даже подумать не мог, что опасность надвигается совсем с другой стороны.

Ни он, ни его юный водитель не обратили внимания, что от самой «Мечты» вслед за ними движется огромный, вызывающе лакированный «Ранглер».

Система проката автомобилей в Целебноводске представлена в основном «Ладами», но Борька оказался упрямым и джип все-таки разыскал. Строгое предупреждение — «за пределы Ставропольского края не выезжать» — его не смутило:

— У вас не Москва, камер мало.

Лия в Кабардино-Балкарии бывала и боялась, что брат просто не представляет, насколько тамошние дороги отличаются от образцово-показательных столичных трасс. Сосед-экскурсовод Левушка любил показывать видео — как выводит свое авто из заноса на заснеженных горных тропах. Но Борей отмахивался:

— Джип на зимней резине где угодно пройдет. А вот папуля на своем «уазике» запросто может в обрыв улететь.

Впрочем, хоть водитель и юнец, а плелся, словно старый дедушка. Тащиться вслед за ним на черепашьей скорости даже Лие казалось тоскливо, а уж взрывной Борька только глаза закатывал, причитал:

— Хуже автобуса похоронного!

Миновали Кисловодск, въехали в Кабардино-Балкарию. Ям на дороге прибавилось, но машины с местными номерами лихо их обгоняли. Каждый водитель своим долгом считал миновать на максимальной скорости, обрызгать грязью и снисходительно при этом улыбнуться.

— За сопляка меня считают, — страдал Борей.

— Тебе не все равно? — удивлялась Лия.

— Стыдно на хорошей машине еле тащиться.

Да, выделываться у брата в крови — не стал бы иначе кредит брать на то, чтобы жить обязательно в люксе.

Но волочиться за «уазиком», нет спору, и скучно, и подозрительно. Поэтому Лия предложила:

— Мы ведь знаем, куда конкретно они едут. Можем их обогнать и посмотреть пока скалы Аватара. Хочешь?

— Это что такое?

— Ну… просто скалы. Похожие на те, что в фильме. И если там в пропасть орать, эхо сумасшедшее будет.

— Давай!

— Тогда тормози вот здесь, у кафешки.

Насколько Лия помнила, то был последний оазис цивилизации перед дикой красотой гор. Борька с интересом изучил дощечку меню, что стояла перед входом, оживился:

— Кутабы. Кофе на песке. Зайдем?

— Там очень бдительная хозяйка. Запомнит нас надолго. Неразумно афишировать нашу экспедицию.

— Да, ты права.

Обошли кафе, прогулялись по тропинке — завершилась она у опасного провала.

Борька выхватил телефон:

— Ух, красотища. Скалы складчатые! Правда, как в кино. Становись, сниму!

— Меня-то зачем? Я местная.

— У тебя улыбка — как солнце здесь. Это надо запечатлеть.

Рассмеялась:

— Ну, если так, то давай. Приятно быть любимицей режиссеров.

— У тебя их много?