Анна Литова – По кусочкам (страница 3)

– Не переломишься, – насмешливо бросил Коля, протягивая отцу ключи.

После того, как Александр Анатольевич ушёл, они позавтракали и вышли из дома вместе, но на полпути к школе Оля обогнала брата, который встретил своего одноклассника. Девушка не забыла выкинуть конверт, предварительно порвав его вместе с листками внутри.

У школьного крыльца Олю уже ждала Карина. Она выглядела совсем иначе, была одета в узкие джинсы, ярко-розовую короткую куртку, на голове у неё были заплетены две объёмные французские косы. Массивные белые кроссовки и небольшой рюкзак идеально дополняли образ. В целом её стиль перекликался с Олиным, но Чайкина предпочитала более спокойную цветовую гамму, буквально обожала сумки через плечо и редко убирала свои длинные, до талии, волосы. Заметив подругу издалека, Оля подошла к ней с улыбкой:

– Ты Вершакову Карину случайно не видела? Это такая скромная девушка, одетая как монашка.

Карина фыркнула.

– Надо же было мне произвести впечатление примерной ученицы.

– А потом разрушить его? – спросила Чайкина весело.

– А потом дополнить его впечатлением человека с адекватным вкусом! – девушки дружно рассмеялись.

– Думаю, тебе это удалось, – одобрила Оля.

Переговариваясь между собой, они пришли в кабинет физики, где Карину встретили удивлённые взгляды одноклассников. А когда она сняла куртку и повесила её на спинку стула, от некоторых послышался ещё и восхищённый шёпот, потому что на ней был лёгкий свитер с вырезами на плечах, ничуть не вульгарный и ладно сидящий по фигуре. Карина спокойно приготовилась к уроку, поправила косы и села за парту, не обращая внимания на происходившее вокруг оживление. Оля только хмыкнула и последовала её примеру.

Со звонком на перемену кабинет сразу покинула Краснова с парой своих приятелей. Остальные ребята не придали этому значения, как и учитель, выписывающий на доску домашнее задание – к выходкам Светы все давно привыкли. Но Карина нахмурилась и покачала головой.

– И что эта зазнайка себе позволяет? – девушки вышли в коридор одними из последних и направились к лестнице.

– А вот и они, – громкий надменный голос заставил их замереть.

Света стояла на лестничной площадке. Эффектная блондинка, она сложила руки на груди и оглядывала их холодными голубыми глазами. Рядом с ней к стене прислонились Ира и Вера – наиболее частое её сопровождение, проход вниз загораживал Сёма, плотный коренастый парень, считающий себя её кавалером, на деле же выполняющий роль телохранителя. Краснова поднялась к девушкам и встала сбоку от Чайкиной. Та медленно выдохнула.

– Оля, а что же ты не рассказываешь новенькой, что ты привыкла быть сама по себе? – Света говорила спокойно, наблюдая за Кариной. – Тебе ведь в одиночестве гораздо лучше. Никто не обращает на тебя лишнего внимания…

Её спутники тоже подходили ближе и обступали их полукругом. Оля не поддалась на провокацию, она безразлично окинула компанию взглядом и ничего не ответила. Ей хотелось послушать, что ещё придёт на ум Красновой, но заговорила Вершакова:

– Знаешь, собирать свою армию и ополчаться на каждого несогласного может только трус, – Карина обошла Олю и остановилась прямо напротив Светы. – А у тебя, похоже, вообще паранойя, раз какая-то новая ученица вызывает в тебе столько беспокойства.

Хоть Света и старалась сохранять каменное лицо, буквально на секунду её эмоции выдали, что в словах Вершаковой есть доля правды. Оле было достаточно этой секунды. Сёма, Ира и Вера поглядывали на Краснову, ожидая каких-либо действий или распоряжений, но их не последовало. Чайкина заметила Стаса, поднимающегося к ним, Карина тем временем удовлетворённо улыбнулась:

– Мне искренне жаль тебя уже сейчас, но будет ещё больше жаль, если ты не отстанешь от нас, – улыбка исчезла с её лица.

Стас вмешался в разговор:

– А… что происходит? – он замер между Светой и Олей.

– Ничего, что касалось бы тебя, – ответила его сестра.

Она взяла под руку Иру и, бросив мрачный взгляд на Чайкину, пошла прочь. Звонок возвестил о начале следующего урока, Оля заверила Стаса, что всё в порядке, и девушки побежали на литературу.

На большой перемене, когда подруги вернулись из столовой, они заняли подоконник в боковом коридоре второго этажа. Ближайший кабинет прятался за поворотом, а окно выходило на солнечную сторону, поэтому тут было тихо и довольно уютно. Карина устроилась поудобнее и пригласила Олю с семьёй на новоселье:

– Мы собираем стол завтра вечером, – девушка смущённо опустила глаза, – уж прости, что поздно говорю, просто потом у папы будет много работы. Он у меня юрист, и у него как раз появились первые клиенты в Озёрном.

– Ничего, спасибо за приглашение, – Чайкина улыбнулась ей. – Я предупрежу своих.

– Мы правда будем ждать вас. Родители обрадовались, когда я сказала, что мы с тобой подружились, они хотели, чтобы я быстрее влилась в коллектив.

– Они заботятся о тебе, – Оле заранее нравились Вершаковы.

– Ну, они и сами не прочь познакомиться с местными жителями. Мы мало кого знаем здесь, кроме вас приглашены только Маловы, правда, Игорь и Света могут не успеть из-за дел в Былинске, но Серёжа придёт.

До урока осталось мало времени, девушки взяли вещи и потихоньку направились к нужному кабинету.

– Он – твой двоюродный брат? Это его родители помогали вам с переселением?

– Да. Кстати, Серёжа всего на год старше нас, так что ты, возможно, пересекалась с ним в школе…

Оля хотела ответить, что плохо знает десятиклассников, но окрик сзади помешал ей это сделать.

– Эй, вы в курсе, что затрудняете движение? – Коля поравнялся с ними.

Оля недовольно цокнула языком.

– Мы никому не мешали, а вот ты… – она несильно пихнула его локтем. – Карина, это Коля, – девушка повернулась к подруге и тут же обратно к брату. – Чего тебе надо?

– Значит, это ты разбила её оковы одиночества? – проигнорировав вопрос сестры, Коля спросил у Вершаковой.

Та наблюдала за ними с улыбкой и рассмеялась:

– Выходит, я.

Звонок заставил ребят прервать разговор и разойтись.

Оля снова шла домой в хорошем настроении, размышляя о том, что ей определённо нравятся события последних двух дней. Пусть не все одноклассники полностью игнорировали её, с некоторыми она по необходимости общалась, но чтобы делать это постоянно, не надоедая друг другу, такого давно не было.

«Хоть Краснова и предпринимает попытки увести Карину, той, похоже, всё равно. Интересно, почему Вершакова занимает мою сторону?» Девушка остановилась на перекрёстке, задумчиво пропуская прядь волос сквозь пальцы. «А хотя, какая разница? Мы легко находим общие темы, и нам весело вместе, так что всё правильно». Сигнал светофора сменился на зелёный, и Оля двинулась дальше, не подозревая, что её настроению было суждено так же быстро смениться на менее воодушевлённое.

Дом встретил её тишиной, которую нарушила только прибежавшая через пару секунд Лаки. Девушка почесала собаку за ухом и выпустила гулять. На этажерке в прихожей она нашла записку от мамы, что та ушла к подруге, и распоряжения насчёт обеда. У брата ещё минимум один урок, папа не собирался освобождаться с работы раньше, так что Оля решила устроить себе небольшой праздник в честь такого хорошего дня. Она наскоро помыла руки, поставила греться чайник, а потом пошла к себе переодеваться, походу придумывая, какой фильм посмотрит.

***

Сразу с порога комнаты Оля увидела конверты. В этот раз на столе их было два. Чайкина замерла, чувствуя, как по спине проходит холодок. «Наверное, мама заходила за чем-то и забыла квитанции, – она медленно пошла по направлению к ним. – Да, точно, дома ведь больше никого не было». Но конверты были закрытые и абсолютно чистые. Оля взяла один из них и стала открывать с нарастающей тревогой.

Она достала две записки, написанные тем же почерком, что и вчера, но их содержание отличалось. Первая из них была своего рода предупреждением: «Я понимаю твоё удивление и в этот раз прощу непослушание, но впредь выполняй все просьбы». Вторая же оказалась заданием: «Завтра навести лес на окраине села. Забери кое-что из-под третьей берёзы». Другой конверт, как и листки в нём, был копией вчерашнего, хотя что-то подсказывало Оле, что это вовсе не копия, а оригинал, целый и даже не помятый. Все бумажки складывались друг с другом, но оборванные края намекали, что их должно быть больше.

Девушка мотнула головой, отгоняя смутные мысли и опустилась на край кровати в растерянных чувствах; потом резко встала и осмотрела подоконник. Ничего необычного она не обнаружила, пластиковое окно было надёжно закрыто. Также Оля прошлась по всей остальной комнате: порылась в учебниках на книжной полке, заглянула в шкаф и под кровать, но ничего нового не нашла.

Ей очень захотелось порвать и выкинуть конверты, а лучше растоптать их, ещё она подумывала позвонить маме… На удивление, Оля не испытывала страха, но ей было просто необходимо, чтобы кто-нибудь объяснил ей, что происходит… Свист вскипевшего чайника, донёсшийся через распахнутую дверь, остановил это наваждение. Девушка раздражённо бросила конверты на прикроватную тумбу и спустилась вниз. Она больше не хотела никакого праздника, её чудесный день был испорчен.

На кухне Оле удалось наконец взять себя в руки, её негодование поутихло, она налила себе крепкого чая и села за стол, глубоко задумавшись. «Я уверена, что мама никогда не стала бы так разыгрывать меня, тем более, она не знала о нашем с Колей разговоре, выходит, у нас дома был посторонний. Посторонний, которому известно, что я рассказала брату про конверт, – она отпила чая и тут же сморщилась от его горечи. – Коля не любит соцсети да и лично с Максом вряд ли успел увидеться». Девушка взяла сахарницу с чайной ложкой, заключая для себя, что Максим тоже отпадает.