Анна Лерой – Быть женой министра церемоний (страница 48)

Нас пропустили к этим «особенным» гостям из-за связей Октафа. Он как-то по-особому переглянулся со стражами — и они расступились.

— Видите кого-то подозрительного? — украдкой спросил меня Октаф. Мы как раз как бы невзначай оказались напротив наорской делегации. Я скользнула взглядом и облегченно выдохнула: Захара среди собравшихся не было. Правда, это значило, что он может быть где-то еще. Так что мое облегчение очень быстро улетучилось.

— Да, — кивнула я и произнесла еще тише. — Видела несколько раз самого посла и мужчину рядом с ним, еще в… Наоре. Они определенно связаны с внешней разведкой. Остальные — нет, мне незнакомы.

— Тогда больше не смотрите в их сторону, — прикрыл меня своей спиной Октаф. — Извините, если пришлось вспомнить что-то из прошлого.

— Вы меня удивляете, — улыбнулась я, хотя ситуация и правда немного действовала мне на нервы.

Я забыла, вычеркнула из памяти, каково это — знать, что ты чья-то собственность. Но вот один взгляд в сторону делегации, где сидят в креслах только «господа», а несколько слуг или стоят в отдалении, или сидят на полу на коленях рядом, и я почувствовала легкую дрожь. Неприятно. И смотреть не хочется, потому что внутри шевелится разбуженное прошлое, и хочется, чтобы окончательно понять, что вернуться я никогда не смогла бы. Умерла, но не вернулась.

— Вы побледнели, — объяснился Октаф. — А я не настолько бесчувственный, чтобы не понимать, отчего.

— Это всего лишь прошлое. Плохо другое — я ждала увидеть одного мужчину, но его здесь нет. Он — главный исполнитель, — я не считала Захара организатором, он мог подавать идеи, но слуга не мог принимать настолько важные решения. Возможно, кто-то из делегации был тем самым лицом, с чьего одобрения происходили взрывы и остальное. Но это уже совершенно недоказуемо.

— Возможно, его уже задержали, — предположил Октаф.

— Хотелось бы, чтобы все было так…

— После представления наследника и окончания главных церемоний, я думаю, вы сможете спросить об этом человеке у его светлости.

— Не опасаетесь ответных действий Гейса? Вы все-таки меня похитили…

— Опасаюсь, — усмехнулся Октаф, — но судьба страны мне дороже. Так что давайте осмотрим остальных гостей. Здесь не только наорцы.

Я кивнула, и мы медленно двинулись между группами людей, будто выискивая кого-то. Чужие лица мельтешили перед глазами, так что я ориентировалась на цвет волос и цвет одежды, в которой последний раз видела Захара. Хотя не забывала искать не только него.

— Манеер у колонны, в компании двум мефрау, — я чуть повисла на Октафе, привлекая его внимание, и приложила руку к губам, делая вид, что сказала что-то смешное и теперь смеюсь.

— Ваш знакомый? — он тоже неплохо играл, сымитировал удивление и улыбку и наклонился к моему уху.

— Не совсем, но я видела его уже в Солетте.

— Хорошо, я сообщу. Еще кто-то?

— Нет, больше никого.

Захара я так и не увидела, хотя было несколько мужчин в похожих нарядах. Но они были в делегации лихтайнцев — смуглыми и черноволосыми.

— Тогда я сообщу о подозреваемом и вернусь. Вы останетесь здесь и пройдетесь со мной? — он жестом дал понять, куда направляется. Я мельком глянула в ту сторону: капитан королевских стражей, по нашивкам это было отлично видно, стоял совсем недалеко — может двадцать шагов.

— Идите, вокруг столько стражи, что со мной ничего не случится…

Но стоило Октафу отойти, как я почувствовала напряжение, и только спустя долгие мгновения поняла, что оно не совсем мое. Мягко двинулись, распахиваясь, те самые двери, через которые должен войти король с наследником. Правда, сначала из прохода показались королевские стражи с монолитными щитами, что само по себе было нарушением церемониала, но всеобщее внимание было, конечно приковано к фигурам за их спинами.

Как-то мы с Гейсом обсуждали возможное наследование. Все-так мой муж тоже был в числе наследников, хорошо хоть не в начале списка. К тому же преемников по традиции выбирали из более молодых родственников, лучше бы подросткового возраста. Тогда можно уделить максимум внимания достойному воспитанию будущего великого герцога, соправителя, который в дальнейшем займет место короля. Среди возможных претендентов на это место были даже дети старшего брата Гейса. И я сейчас вспомнила о подростке из камина, может, его родители так же привезли на прием… Вдруг именно на нем остановится выбор короля...

Но фигуры за спинами стражей были сходны. Каспар-Банкрас де Ланен был высоким и плечистым, так что на его фоне второй манеер казался чуть более хрупким, но все-таки это явно был взрослый мужчина, а не подросток. Ошибиться было невозможно.

Стражи расступились, щиты лязгнули, опускаясь и открывая собственно короля и выбранного наследника. Зал на секунду замер, а потом со всех сторон меня оглушил человеческий гомон, который едва перекрывал монотонный звонкий голос церемониймейстера:

 — Его величество король Фрейзелии Каспар-Банкрас де Ланен. Его светлость великий герцог Фрейзелийский Гейс Ванделир…

Я во все глаза смотрела на собственного мужа, которого, честно говоря, даже не сразу узнала. Слишком непривычно было его видеть в регалиях и непривычных одеждах. Белый цвет, как и красный, был не особо популярен в наших гардеробных. Да еще и прическа — Гейс никогда не зачесывал так волосы…

Небесная дева! Моего мужа только что объявили великим герцогом, фактически будущим королем, а я думаю о прическе?!

Король что-то вещал, а у меня звенело в ушах от волнения. Ведь если Гейс теперь наследник, то, что делать с моим прошлым? Даже если сейчас мою связь с наорцами и покушениями можно замять, потом она все равно всплывет. Так же как Октаф нашел какие-то несоответствия в моей истории, может появиться еще такой же умник. И тогда…

Как можно доверять власти, если жена у будущего короля с таким прошлым?..

Я закусила губу, продолжая смотреть, не отрываясь, на мужа. Он, казалось, не волновался и был даже слишком спокоен и холоден. Теперь можно было ясно сказать, что они с королем родственники.

Все гораздо серьезнее, чем нас казалось. Гейс не сможет так просто уехать, как предлагал. Ведь так?..

— Вы не ожидали? — я очнулась, когда Октаф коснулся моего плеча.

— Могли бы предупредить!

— Я тоже не знал. Никто, кроме короля. И, видимо, его светлости…

— Гейс мне ничего про это не говорил, даже не обмолвился ни вчера, ни сегодня утром, — нахмурилась я. Обвинять мужа не хотелось, но я не могла понять, как он пытается сочетать свое предложение уехать и нынешний статус.

— Возможно, он и сам не знал до последнего, — пытался подбодрить меня Октаф.

Я мысленно выругалась по поводу интриг и интриганов и снова повернулась к платформе. Теперь говорил Гейс. Это была своего рода присяга про «хранить, защищать, традиции, народ» и остальные приличествующие ситуации слова. Возможно, ему даже не пришлось ничего выдумывать, а текст обращения был один и тот же для каждого великого герцога. А потом король повесил Гейсу на грудь массивную цепь с подвесом — ярким пятном блеснул желтый камень.

— Все, с церемониями покончено, — пробормотал Октаф, и в тот же мир произошли несколько вещей.

Резкий крики, визг, звон оружия и хлопки выстрелов — это королевские стражи взяли того самого мужчину, на которого я указала. Но не только его. Одновременно на полу оказались еще несколько гостей, в том числе и женщины. Гости зашумели, члены делегаций вскочили со своих мест, все обернулись на стражей. Видимо, большинство приглашенных не понимали, что вообще происходит и резко заволновались за свою собственную жизнь. Кто-то из лихтайнцев бросился к королю.

— Как вы объясните… — мужчина кричал что-то еще, но я зацепилась взглядом за другого — его роскошная мантия распахнулась при резком движении, открыв весьма знакомый мне костюм.

— Это он! — я закричала и дернула Октафа за руку, указывая на происходящее. Как ни странно но мой выкрик достиг цели. С места сдвинулись и стражи, поднимая щиты, и лихтайнец, выбрасывая что-то в сторону короля.

Я задохнулась — что бы это ни было, оно могло ранить или даже убить и короля, и Гейса. Ведь они стояли на месте. Стражи с щитами не успевали. Явно не успевали. И магвапены поднять тоже. Замах у покушавшегося был хорошим. Не смочь кинуть, когда рука занесена…

Но тут неизвестный дернулся, споткнулся и резко завалился на бок. Неизвестное оружие или взрывное устройство тут же подхватили несколько не пойми откуда взявшихся агентов.

— Я же говорил, что так будет с каждым, кто поднимет руку и на мою семью, и на мою страну, — во внезапной тишине прозвучали слова короля.

Каспар-Банкрас де Ланен высился над залом как скульптура, высеченная из самого прочного камня. Брови были сведены в полосу, под глазами залегли тени, а пальцами он касался виска. Я подозревала, что у короля ужасно разболелась голова. Потому что убить ментальным посылом это очень непросто и требует огромной концентрации и мощи.

Но не поспорить: очень эффектная демонстрация способностей.

И я бы, как и все, продолжала смотреть на короля, если бы на перед не вышел Гейс. Впрочем, он не просто шел, а шел ко мне. И взгляд мужа мне совершенно не нравился.

— Хотите сбежать? — спросил меня Октаф. И неожиданно для себя, я поняла, что да, я хочу сбежать. Вряд ли я от Гейса скроюсь надолго, но разговаривать с ним сейчас — нет, не хочу. И мне, и ему нужно остыть.