Анна Лерн – Смотрительницы маяка. Рождественская вьюга (страница 14)

Хотелось спросить о мужчинах, которые хамили нам, но потом мне пришло в голову, что мы должны знать их. Ведь этот Гарольд обращался к Варежкиной, как к старой знакомой. Да и второй явно бывал в нашем обществе. Мариса тут же подтвердила это:

– Как о чем? – осуждающе нянюшка покачала головой. – Леди Гвин, вы ведь обещали больше не ходить за его светлостью! Сколько можно говорить, что это неприлично! Молодая леди не должна так явно выказывать свое расположение мужчине! Причем мужчине, который никогда не обратит на вас свой взор!

О как! Значит, Гвиневера ухлестывала за Гарольдом? Причем с особой назойливостью!

– Я думала, что вы излечились от своего пагубного чувства после всех наказаний, но нет… Опять унижаетесь! – Мариса перестала злиться и почти взмолилась: – Прошу вас, леди! Не накликайте на себя беду!

– Неужели я настолько некрасива, что на меня нельзя «обратить взор»? – Варежкину точно интересовало не это, а подробности пикантной истории. Поэтому выпытывала она ее со знанием дела, зная, на какие рычаги надавить.

– Да что вы, в самом деле! – нянюшка остановилась и погладила нас по щекам теплыми ладошками. – Вы у меня самые красивые! Но молодой герцог Веллингтон – птица высокого полета, и вам ведь самим это прекрасно известно! Они с маркизом Бекингемом самые завидные женихи в королевстве. Милые мои крошки, а сейчас вам тем более незачем зазря тревожить ваши сердечки… Примите свою судьбу и успокойтесь. А я буду молить Господа, чтобы он смилостивился над вами.

Мариса пошла дальше, а мы переглянулись.

– Маркиз Бекингем. Это ж надо! – тихо засмеялась я. – «Я не сказала «да», милорд…».

– «Вы не сказали «нет»…», – ещё тише пропела спутница.

– Слушай, а ведь это позорище, – тяжело вздохнула Варежкина. – Девка-дура ухлестывала за герцогом, бегала за ним, словно собачонка, а мне теперь расхлебывать!

– А тебе-то что? – удивилась я. – Словно ты его каждый день видеть будешь. Мы потеряны для общества. Смирись.

– Но все-таки, что он, что маркиз – красивые мужики… – Лида мечтательно закатила глаза. – Эх…

– У них другие предпочтения, – я вспомнила ярких леди. – Жгучие брюнетки!

– Леди де ла Серда тоже были на конном рынке? – нянюшка услышала мои последние слова. – Ничего удивительного. Они прекрасные наездницы. Все только и говорят о них. Красивые, образованные, с чистейшей кровью! А по мне, так эти девицы – выскочки! Только и знают, что красуются в дорогих нарядах, да по балам таскаются! Но с другой стороны, что еще делать дочерям изуанского гранда?

Варежкина снова вздохнула. Наверное, ей нестерпимо хотелось побыть на их месте… Только вот каждому свое: кому-то наряды и балы, а кому-то старый маяк с мистическим флером проклятий и призраков.

Глава 15

Домой мы возвращались намного медленнее, потому что телега была полна продуктов. Теперь нам некоторое время можно было не переживать о пропитании. Мариса о чем-то тихо разговаривала с Грэйсом, а мы, как две нахохлившиеся вороны, сидели на своих покупках. Я покосилась на Варежкину и улыбнулась. На ее лице отражался глубокий мыслительный процесс, что выражалось в нахмуренных бровях и оттопыренных губёшках.

– Ты все о герцоге и маркизе думаешь?

– Еще чего! У меня своих забот хватает. Много чести! – фыркнула Лида. – У меня по поводу кладбища мысли… Вот смотри, на чем еще деньги заработать можно: уборка мусора, прополка сорняков, мытье памятника и ограды, полив цветов и деревьев в месте захоронения…

– Э-э-э! Остановись! – прервала я ее фантазии. – Кто это делать станет? Мы с тобой?

– Нет, почему? – удивилась Варежкина. – Все это организуем ближе к лету. Заказчики платят нам за услугу одну сумму, а мы нанимаем людей за другую. Которая, естественно меньше. Ты как вчера родилась, Фунтикова!

– Просто я не такая расчетливая, как ты! У меня немного другое направление трудовой деятельности!

– Это да… тут не поспоришь, – кивнула она, задумчиво глядя в серое небо. – А еще, ситуативный уход: ремонт или замена памятника, озеленение, подготовка захоронения к зиме… Ритуальный уход: зажжение лампады, возложение венков, заказ молебна “за упокой”… Мне нужно срочно все это записать!

– А ты деятельная натура, Варежкина! – восхитилась я. – Мы с тобой точно или озолотимся, или влипнем в какую-нибудь ужасную историю!

– Есть такое, – довольно согласилась она. – Я с молодости активная и предприимчивая. Помню, как в девяносто пятом картошку с поля воровала, а потом продавала ее на рынке, чтобы купить себе розовые лосины…

Мы смеялись до самого маяка, вспоминая истории из жизни, и переступили порог своего нового жилища в замечательном настроении.

Но неприятности не заставили себя ждать. В этот же день, после обеда явилась леди Дивелла. Она почти ворвалась в маяк, сжимая в руке какую-то бумажку.

– Это еще что такое?! Это что такое?! – ее просто трясло от возмущения. – Вы что себе позволяете, бесстыдницы?!

– А что происходит? – Варежкина поднялась из-за стола, за которым мы так спокойно и уютно пили чай. Она подошла к мачехе, выдернула из ее рук бумагу, после чего пробежала по ней глазами. – И что?

Я тоже подошла к ним. Лида передала мне смятый листок и насмешливо произнесла:

– Наше объявление уже вызвало переполох.

Это действительно было наше объявление о новых правилах, установленных Варежкиной.

– Вы из-за этого приехали в место, которое вызывает у вас отвращение? – я швырнула листок в печь.

– Уже весь город говорит о том, что вы устроили! – прошипела она, покрываясь красными пятнами. – Никогда, никогда этого не будет! Я не позволю!

– Каким образом? – деловито поинтересовалась Варежкина, приподняв свою рыжую бровь. – Нотариус сказал, что остров в нашем полном распоряжении, как и то, что находится на его землях. Или мы с сестрой что-то перепутали?

– Вы станете брать деньги за… за… место на кладбище?! – казалось, еще чуть-чуть, и леди Дивелла затопает ногами. – Этот позор ляжет на всю семью! На молодого лорда Гилмора!

– И поэтому мы должны отказаться от возможности заработать? – уточнила Варежкина. Лида пребывала в полнейшем спокойствии и даже продолжала что-то жевать. – Ну уж нет, дорогая маман… Теперь это ваши проблемы.

Леди Дивелла молча смотрела на нас, хлопая глазами. Ее рот постоянно открывался, словно она что-то хотела сказать, но не могла.

– Что значит мои проблемы? – наконец, прошептала она. – Что это значит?!

– Это значит, что вы не особо переживали, когда отправляли нас из родного дома в старый маяк. Я бы даже сказала наоборот. Сия история вызывала у вас восторг, – я подмигнула ей. – Ну так и оставьте нас в покое. Забудьте о нашем существовании.

– Я запрещаю… я запрещаю… – леди Дивелла чуть не плакала, понимая, что ничего не сможет с нами поделать. – Мое имя не может быть посрамлено таким занятием, как покойницкий промысел!

– Вы уже ничего не можете нам запретить, – Лида указала ей на дверь. – Прошу вас покинуть наш дом и более никогда не появляться здесь.

Мачеха вспыхнула еще сильнее. Она крутанулась на каблуках и выскочила из комнаты, сыпля проклятиями.

– Нет, ты видела? – Варежкина возмущенно погрозила пальцем ей вслед. – Приехала права качать! Только мы свои права знаем, и нечего на нас давить!

– Полностью с вами согласна, Лидия Дмитриевна, – я указала ей на стул. – Не принимайте близко к сердцу. Продолжим наше чаепитие.

– Валентина, как вас по батюшке? – Варежкина вопросительно взглянула на меня.

– Матвеевна.

– Валентина Матвеевна, извольте величать меня Гвиневера. Иначе спалимся, голубушка, – она важно уселась на стул. – А сейчас продолжим чаепитие.

* * *

– К вам посыльный из Гранд-холла, ваша светлость, – в дверях кабинета возник слуга в красной ливрее.

– Пусть войдет, – Гарольд посмотрел на друга. – Предчувствую дурную новость, Закари. Но это должно было случиться рано или поздно.

В кабинет вошел молодой мужчина в дорожном костюме и, поклонившись, передал герцогу конверт, перетянутый траурной лентой.

Гарольд распечатал его, пробежал глазами по густым строчкам, написанным рукой леди Кларенс, после чего опустился в кресло.

– Так и есть: лорд Кларенс скончался на рассвете… Бедная тетушка…

– Прими мои соболезнования, Гарольд, – маркиз жестом велел посыльному уйти. – Он прожил отличную жизнь.

– Несомненно. Лорд всегда рассказывал интереснейшие истории о своих путешествиях, – герцог позвонил в колокольчик, вызывая слугу. – Я любил бывать в Гранд-холле подростком…

Когда появился слуга, Гарольд распорядился принести виски и продолжил:

– У них с тетушкой были удивительные отношения. Они не могли прожить друг без друга и нескольких часов. Леди Кларенс сопровождала своего мужа во всех поездках, она, как ангел хранитель опекала его всю жизнь… Возможно, поэтому у них не было детей. Тетушка просто не смогла бы заботиться так преданно о ком-то еще…

– Лорд будет похоронен в фамильном склепе? – поинтересовался Закари, принимая от слуги стакан с чистейшим виски. – Упокой Господь его душу.

– Нет, дядюшка всегда хотел найти последнее пристанище на острове «Седых бурь», – ответил Гарольд. – Поэтому нужно все для этого подготовить.

– Прошу прощения, ваша светлость, но разве вы не слышали последние новости? – осторожно спросил слуга. – Об острове «Седых бурь»?

– Какие еще новости? – герцог с интересом поднял на него глаза. – А что случилось, Эванс?