Анна Ледова – Интеграция (страница 8)

Вот только Римми никак не ожидала, что на этот семейно-соседский ужин заявится и сам нейр Мортестиг!

Два месяца от него ни слуху ни духу, а вот выбрал же момент! И, главное, на всех у него до этого время находилось, а её, Римми, для него будто вообще не существовало! Ну и что, что она глухую магическую оборону по всему периметру дома Кэла выставила? Ему же, высшему магу, любые щиты нипочём, да и церемониться он не привык… Ну да, госпожа Анника и Крис не раз передавали ей просьбы от нейра встретиться… Даже Катарина Мортестиг всё порывалась что-то ей объяснить. Но, конечно, она их игнорировала! Разве так себя ведут обманщики, если хотят просить прощения?! Подсылают подружек или даже жену?

Римми распалялась всё сильнее. Нет, вот на то, чтобы притащить сюда семью Анники, у него время нашлось! И на то, чтобы с полковником месяц колесить по обоим мирам, тоже! А какой-то завалящий портал создать, чтобы, наконец, пасть ей в ноги, у него времени не было!

– Ну, во-первых, не завалящий, – дверь её спальни скрипнула, и Римми резко обернулась. – Даже портал из Эттсена до Рате-Скуоля обходится мне в четверть резерва. А из Эбендорфа, где я по большей части и провёл эти два месяца, затраты на переход равны почти всему моему резерву. Причём нельзя даже задать точный вектор, погрешность возможна до двух километров. А вот из Отцена – это, напомню, на той стороне – перемещаться порталом и вовсе невозможно. Вы даже не представляете, Аримантис вей Дьечи, какие затейники эти коллеги полковника в Альянсе… Бункер со стальной бронёй метровой толщины способен заглушить не только их собственную магию – магнитные поля и радиочастоты, но и нашу. Очень неприятное ощущение, я вам скажу: быть похороненным глубоко под землёй без возможности призвать даже банальную стихию.

Римми было возмутилась из-за наглого вторжения, но любопытство пересилило. Это что, получается, он даже в плену побывал? Опомнившись, она быстро выставила ментальные щиты. Взламывать чужие она не умела, но хотя бы саму себя худо-бедно защитить могла. Нейр Мортестиг незамедлительно улыбнулся краешком губ, а в его глазах промелькнула усмешка. Римми вспыхнула – по старой привычке она закрутила пассы и беззвучно пробормотала заклинание, что, конечно же, не осталось незамеченным для нейра. Ужасно непрофессиональная привычка для магички первой категории.

Ещё она невольно скользнула по высокой фигуре взглядом. Костюм на нейре был тот же, что на саммите утром. Очень необычного кроя, и вряд ли это столичная мода так резко изменилась. И Римми даже не бралась судить, из какого материала он сшит. Вроде бы шерсть, но чтобы такая тонкая и нигде не помялась? И пуговицы не серебряные, а будто из полудрагоценного камня выточены – матово поблёскивают. Рубашка белоснежная, но без тонкого кружева на воротнике и манжетах. И неизменный алый шилькетовый платок… Ч-чёрт. Римми отвела глаза, чувствуя, как кровь приливает к щекам, и не только к ним.

– Избавлю вас от неуместных пьяненьких желаний, хотя ваша реакция мне льстит, – тихо сказал Мортестиг и щёлкнул пальцами. – Сегодня вы мне нужны трезвой, Аримантис вей Дьечи. Да и в ближайшее время тоже.

В голове моментально прояснилось. Умению нейра вытравливать алкоголь и прочие яды из крови Римми завидовала ещё с прошлого раза, когда напилась в его присутствии и под воздействием спиртных паров вела себя разнузданно. Но это область целительства, а к нему у Римми никогда не было таланта…

– Убирайтесь, – так же тихо ответила Римми. – Не хочу вас видеть.

– О, видимо, мы сейчас перешли ко второму пункту: что-то про то, чтобы пасть к вашим ногам… Так вот. Я вас чем-то оскорбил, Аримантис вей Дьечи, раз иного поведения вы от меня не ожидаете, а предыдущие попытки поговорить с вами пресекали на корню? – спокойно спросил нейр.

– А то вы!.. Будто сами не… Да как у вас только наглости хватает! – пусть Римми теперь была в трезвом уме, но врождённая горячность никуда не делась. – Уверяли, будто испытываете ко мне чувства… А сами!.. Вы поступили со мной нечестно!

Нейр Мортестиг осмотрел спальню, заметил кресло и опустился в него, пристально глядя на Римми снизу вверх.

– Нечестно? А разве я вам что-то обещал? Может, жениться на вас? Заделать вам кучу ребятишек? Или клялся вечно быть рядом? Я не даю обещаний, которых не могу исполнить.

Римми, уязвлённая его словами, промолчала.

– Сядьте, Аримантис вей Дьечи, – резко сказал нейр.

Римми неохотно опустилась на кровать напротив Мортестига.

– Мне так нравится ваша горячность, Римми. О, эти категоричные порывы молодости, взрывные страсти, когда все чувства такие свежие, такие яркие… Сам был таким же лет двенадцать назад. Когда был в вашем возрасте, да… Что ж, давайте представим, как бы развивались события по вашему сценарию. Итак, я падаю на колени, молю о прощении, клянусь в вечной любви и обещаю немедленно развестись… Представили или всё же продемонстрировать? Я могу очень убедительно сыграть.

Римми фыркнула и вздёрнула нос, отвернувшись.

– Спасибо, в силе вашего воображения я не сомневался. Далее вы. Мои мольбы льстят вашему самолюбию, но так как вы девушка принципиальная, то исход будет тем же: «Ах, убирайтесь, не хочу вас видеть!». Я, конечно, пытаюсь всё объяснить, страсти накаляются, но вам, уже заполучившей подтверждение своей правоты в силу моих извинений, больше нет дела до причин и обстоятельств… В вас бурлят оскорблённые чувства, и что бы я ни сказал в своё оправдание – вы этого принять уже не сможете. Эмоции затмевают разум, и даже если мои слова покажутся убедительными – вы не сможете пойти на попятную именно из-за своей категоричности. Вы уже накрутили себя настолько, что других вариантов окончания разговора нет. Тогда и я не вижу смысла тратить время на скандал. А ещё я не люблю, когда в меня швыряются предметами. Да-да, не смотрите так на эту вазу, Аримантис вей Дьечи. Я развоплощу её раньше, чем вы до неё дотянетесь. А вот сами можете пострадать. Оставьте уже это ребячество.

Римми трясло от переполнявших её чувств – злости в первую очередь. Ещё Александр демонстративно окутал её облаком транкиля – как ребёнка какого-то, будто она сама не в состоянии успокоиться!

– Поэтому давайте поговорим как взрослые люди. Ведь именно это вы и пытаетесь постоянно доказать окружающим – что вы взрослая, самостоятельная и независимая. Если хотите, чтобы именно так к вам относились, то перестаньте вести себя как обиженный ребёнок.

Слова попали в точку – Римми снова гордо вздёрнула голову, а потом, словно устыдившись этого, опустила её. И подняла на нейра глаза – холодные, но уже спокойные. За время отсутствия Александр немного загорел, изменил стрижку. Пусть его губы сейчас скептически поджаты, но она прекрасно помнила, до чего мягкими и нежными они могут быть. А ещё жадными и горячими, а эти белые зубы – острыми и озорными… И помнила, как всё тело пронзает дрожь, стоит ему чуть прикусить её шею сзади… У Александра потемнели глаза, будто он и под щитом смог прочитать её мысли, но он продолжил.

– Если помните, я предлагал вам только одно – стать моей любовницей на ближайшие три года. И отдельно предостерёг, чтобы вы не питали иллюзий. И неуместных чувств. Даже несмотря на то, что сам им поддался. Так за что вы ненавидите меня, Аримантис вей Дьечи, и почему так упорно избегаете? В чём я был нечестен с вами?

Римми молчала. Александр был прав. Его личная жизнь её не касается. Это она вдруг возомнила себе неведомо что…

– Обида, ревность… Я прекрасно вижу всё это, Римми, – мягко сказал он. – Хотел бы избавить тебя от этого. Но не могу дать того, что ты хочешь. Не в ближайшие пятнадцать лет, я сразу тебе это сказал. У меня есть причины. Ты не захотела их слушать.

Римми отвернулась, пытаясь скрыть навернувшиеся слёзы.

– Понимаю, ты не хочешь делить меня с кем-то, пусть даже мой брак с Катариной фиктивный. Да, Аримантис вей Дьечи, другим его не назвать. При первой встрече ты подумала, что она моя сестра… Я отношусь к ней именно так. Ребёнок не мой, иначе Драккхарт не принадлежал бы мне до сих пор. Но я не могу их оставить. Даже ради тебя. Давнее дело чести… А ты слишком гордая, чтобы принять мою ситуацию.

Римми шмыгнула носом, но взяла себя в руки.

– Мне это неинтересно, нейр Мортестиг, – холодно произнесла она.

– Римми…

– Аримантис. Кажется, это вы себе надумали лишнее, господин нейр. Да, я не собираюсь ни с кем вас делить, но по другой причине. Вы мне не нужны. Нет у меня к вам никаких чувств. Кроме сожаления, что я поддалась магическому откату после последней битвы. Вы всё сказали? Тогда уходите. Мне не о чем больше разговаривать с вами, нейр Мортестиг.

– Это был не откат, сама знаешь. По крайней мере наутро оба уже точно понимали, чего хотят. И я до сих пор хочу того же – чтобы ты была рядом.

– Сходите к девицам мадам Хемиш – как рукой снимет, – отрезала Римми.

– Не сказать, чтобы и тебе новый сожитель сильно помог, – пристально посмотрел Александр. – Зачем же мне такое советуешь?

– Вы!.. Да как вы посмели такое подумать!.. Мы с Кэлом не… – моментально вспылила Римми. И тут же передумала. – А вообще да! Помог! И мы с ним… А вообще, это не ваше дело, нейр Мортестиг! У меня всё хорошо! У нас с ним!