Анна Ледова – Институт благородных дэвров, или Гувернантка для варвара (страница 6)

– Тесса Аурелия, – мягко ответил принц и только тогда я смогла поднять глаза. Альберт улыбался. Немного подрос. И стал ещё красивее. Любая девушка будет счастлива стать его женой, ещё бы: ведь его воспитывал мой отец. Благородство и так у него в крови, но огранённое тонким искусством теви Минци…

Была ли я в него влюблена? Пожалуй, да. Как любая девушка королевства. Но ни одна аристократка не переживала с ним каждый урок, что отец прежде отрабатывал на мне. А я будто росла с ним вместе. Только он об этом не знал.

– Вы повзрослели, тесса Аурелия. Что неудивительно, учитывая, сколько забот легло на ваши хрупкие плечи. Вы позволите увидеться с вашим отцом?

– Боюсь, ваше высочество, вы не узнаете в нём своего прежнего учителя, – тихо, но откровенно ответила я.

– Он всегда останется им, тесса Аурелия. То, что его сознание претерпело изменения, будет для меня лишь новым уроком: что каждого из нас может ждать печальная участь независимо от наших заслуг или происхождения. Это будет урок смирения для меня. Пускай теви Минци и не способен больше обучать словами, но он научил меня гораздо большему – видеть жизнь во всей её печали и радости. Поверьте, ваш отец и в таком состоянии остаётся лучшим учителем.

Второй раз за двое суток у меня навернулись слёзы на глазах. Непозволительная роскошь для тессы. Непозволительная слабость в присутствии высочайшего лица. Но его высочество этого деликатно не заметил.

– Говорят, вы едете послом в Дэврети, – сказал принц, согласившись на чашку чая, что я не могла не предложить ему после тягостной встречи с отцом. Я по лицу видела, насколько тяжело ему это далось. На эту дежурную вежливость Альберт мог так же деликатно отказать, но неожиданно согласился.

– Да, ваше высочество. Вернее, я еду на пограничье, в Ноош-Тейн. Надеюсь, я смогу быть полезной для королевства.

– Несомненно, будете. В вас верит королева. А я, тесса Аурелия, в вас вообще никогда не сомневался.

Альберт пристально посмотрел на меня. А я снова смутилась. Что это значит? Наверное, просто вежливый оборот, комплимент мне, как наставнице. Вряд ли он до этого визита вообще помнил о моём существовании. Но сказал так, будто хорошо меня знал.

– Знаете, теви Минци ведь часто говорил о вас. Особенно когда у меня что-то не получалось, – улыбнулся принц. – А я всегда думал: ну неужели какая-то девчонка способна запомнить все эти каверзные выверты, а я нет?

– О, так этот метод соревнования он не только на мне отрабатывал, – не удержалась я от тихого смеха, и его высочество присоединился ко мне.

– Но и на заслуженную похвалу он всегда был щедр.

Лекарь уже закончил осмотр и тихо говорил о чём-то с матушкой. Его высочество поднялся из-за стола, я следом.

– Девушка, воспитанная в лучших традициях знатной семьи, достойно представит наше государство на чужбине. Вы посвятили себя благородному делу. Хотя при вашей красоте и уме… Простите за такую дерзость, Аурелия, но я желал бы вам совсем иного счастья, нежели воспитывать чужих детей. Вы заслуживаете большего. Удачи вам на новом месте.

Принц Альберт подхватил мою руку явно для того, чтобы поцеловать её, и тут произошла неловкая заминка. Мы оба прекрасно знали, что со стороны принца такой жест недопустим по отношению ко мне. Я не благородного происхождения, к тому же незамужняя. В моём доме, да ещё в присутствии матушки это равносильно очень смелой заявке и даже оскорблению семьи. Ведь проявление личных интересов у неженатого наследника строго регламентировано. А этот поцелуй означал бы намерение продолжить общение в более тесном кругу, но без обязательств, коих принц простолюдинке дать не мог…

Да, даже для «временных дам сердца» мой дед в своё время написал отдельный протокол.

И пусть порыв этот был искренним, но мог иметь дурные последствия, так что его высочество только аккуратно пожал мне руку и покинул наш дом. Не знаю, что сказал маме лекарь, но сегодня она выглядела на редкость умиротворённой.

– Мам, это ненадолго, – обняла я её. – Если там всё будет плохо, я вернусь уже через два месяца. Прошу тебя, только не думай, что я вас с отцом бросаю…

– Никто такого не думает, милая. Ты прекрасная дочь. А как бы Софус гордился тобой, если бы только способен был понять… Храни тебя боги, девочка моя.

Полученный аванс и очень щедрую премию от Ригель-Войцев я отдала ей, этих денег хватит на полгода безбедного существования. Несмотря на подавленное состояние, мама оставалась рачительной хозяйкой, и хотя бы за это я была спокойна, покидая родное гнездо.

Глава 3

В день отплытия на пристани было не протолкнуться. Я отыскала «Принцессу Эльжбету», названную в честь первой внучки правящей четы, – самое новое и быстроходное судно на паровой тяге в королевской флотилии. На верхней палубе заверещали Ти и Тави, отчаянно махая мне ручками. Извозчик выгрузил мои вещи, и я немного растерялась, стоя среди снующих людей. Огляделась в поисках носильщиков, но все они сейчас были заняты погрузкой на «Эльжбету» ящика чудовищных размеров, подозрительно тренькнувшего при неосторожном движении.

Так что я сама подхватила тяжёлые саквояжи, набитые в гораздо большей степени книгами, чем тряпьём, но не успела сделать и шага.

– Ар-ргх! – раздался позади грозный предупредительный рык.

От неожиданности я вздрогнула, а чьи-то лапищи уже выщипнули поклажу из моих рук, и что-то косматое и огромное понесло их на корабль. Трап под чеканным шагом великана опасно затрещал. Опомнившись, я поспешила за ним. На палубе неведомое мохнатое существо, не оборачиваясь, указало застывшему юнге на меня пальцем и потащило мой багаж куда-то вглубь судна.

– Тесса Аурелия, до чего же я рада! – поспешила ко мне Анна-Кристина, а девочки без всякого стеснения облепили меня с обеих сторон.

– Леди Анна-Ка, – моя радость была не меньшей. – Да, всё сложилось самым удивительным образом. Если честно, я тоже не была готова расставаться с вами так стремительно. Простите, а вы не разглядели, кто забрал мои вещи? Это матрос с «Эльжбеты»? Мне на мгновение показалось, что я встретила медведя.

– О, дорогая, – округлила она глаза. – А вы не знаете? Это же сам Риедарс Чёрный Вепрь! В Дэврети он возвращается вместе с нами.

– Сам кайарахи? – растерялась я. – Простите, я прежде никогда не видела дэвров.

– Производит впечатление, правда? – присоединилась к нам незнакомая молодая леди. – Интересно, эти дикари словами-то изъясняться способны? Или только рычать? Упаси боги такого ночью на улице встретить… Говорят, они делают с женщинами страшные вещи…

– А вы, дорогая Фиона, кажется, только об этом и мечтаете, – раздался сварливый голос и к нашей компании присоединилась Имельда, сестра Николаса. – Зато если кто и воспитает из их медвежат приличных людей, так только эта тростиночка. Ари, деточка, ты меня помнишь?

Имельду Ризе́ сложно забыть. В отличие от суетливого и вечно взъерошенного брата-близнеца это была величавая чопорная женщина, затянутая в корсет, с высокой аккуратной прической волосок к волоску. Сдержанная и немногословная, на первый взгляд, Имельда тем не менее обладала крутым нравом и очень едким язычком. Рано овдовев и не успев завести детей, Мелли Ризе все силы бросила на то, чтобы сделать из брата «приличного человека». На том основании, что была старше на целых десять минут. «Несносная женщина! – периодически жаловался Ник. – Муштрует меня, словно ребёнка!»

Имельда была старшей дамой над фрейлинами королевы – и девушками, и подрастающими девочками, которых брали во дворец с десяти лет, так что она собственными глазами захотела посмотреть, что за «звери» решили претендовать на её «малюток».

– Госпожа Имельда, – я отвесила ей особый поклон, что предназначался старшим по возрасту.

– Просто Мелли, деточка, – смягчилась она. Мне почему-то повезло оказаться среди тех немногих, на кого её суровость не распространялась. – Так, дамы! Хватит сплетничать! Насмотритесь ещё на своих дэвров! Лучше скажите мне, что это за гроб с нами поплывёт? Он же сейчас всю эту посудину перевесит!

– Это наш рояль, – смущённо ответила Анна-Кристина. – Точнее, тесса Аурелия, уже ваш. Я помню, как вы восхищались этим инструментом, и подумала, что вам он пригодится больше. Надеюсь, вы примете этот подарок. И, возможно, даже скрасите наше путешествие своей великолепной игрой.

– А вот это вы славно придумали, – одобрительно кивнула Имельда. – Николас говорил, что играет Ари – ровно ангелы поют. Только вряд ли варвары способны оценить такой талант.

– Музыка может смягчить самое суровое сердце, – улыбнулась я. – Это изумительный подарок, леди Анна-Ка. Благодарю от всего сердца. И, разумеется, я с удовольствием развлеку вас всех игрой. А с вами, юные леди, мы наконец закончим вальс Ровени.

Тавела издала разочарованный вздох, а Тиара победоносно посмотрела на сестру – кажется, музыкальные мучения Тави доставляли ей удовольствие.

Признаться, я и сама сомневалась, что дэврам, этим могучим воинам, знакомо чувство прекрасного. А ведь это неотъемлемая часть воспитания благородного человека. Что может восхищать этих далёких мальчиков? Точный выстрел из лука? Размер убитой дичи? Победный бой их примитивных барабанов? Способны ли они понять красоту слога или гармонию цвета? А тут я со своей музыкой, стихами и реверансами…