Анна Ледова – Дело – в швах! И между строчек (страница 11)
Во-первых, росли они из правильного места. Большие, горячие… Тьфу ты, то есть строчки из-под этих рук выходили идеально ровные, ни одной лишней нитки не торчало. А во-вторых… Во-вторых, с Ами срочно нужно было снять новые мерки. Мало ли, записала вчера за ним неправильно. И вообще, к такому серьёзному делу надо подходить обстоятельно, а не как вчера — обмерил наскоро и вытолкал прочь. Ами, может, не до конца распробовала свою обязанность. Только вошла во вкус, можно сказать. Даже совесть ночью мучила, что где-то они недоработали. Ну, или не совесть, а кое-что другое.
Аж со вчерашнего дня это «кое-что другое» из головы вытряхнуться не может, потому что
Если поначалу у Ами ещё были сомнения — а ей ли это чудо предназначалось? может, модистеру просто похвастать не терпелось? — то сейчас они исчезли. Платье было сшито только и исключительно по ней.
Крутясь перед зеркалом, она чуть не опоздала на завтрак. И тут же устыдилась. Пока она почти час укладывала волосы и так, и этак, чтобы вышел цельный образ, модистер наверняка изнывал под дверью, и лишь воспитание и эта его преувеличенная сдержанность мешали ему требовательно ворваться и оценить свой шедевр уже непосредственно на модели.
Что ж, если модистер и изнывал, то вида не подал, чинно попивая кофе в столовой.
— Доброе утро, мэтр Андер!
Ами не стала мучить мужчину и сама покрутилась перед ним, демонстрируя идеальную посадку. Особенно часто задерживалась боком и спиной, давая ему возможность рассмотреть собственное творение, не теряя достоинства, а то его жадный взгляд, который он безуспешно старался замаскировать под безразличие, даже спину прожигал!
— Благодарю за возможность примерить, — польстила Ами Андеру, впрочем, ничуть не покривив душой. — Оно прекрасно! Никогда не видела такой красоты! Пожалуй, теперь мне следует снова переодеться?
— Нет, мисс Тэм, не торопитесь. Сегодня именно оно будет вашим рабочим платьем, — невозмутимо произнёс мэтр, вновь пряча распирающее его довольство за скрипучим голосом. — Чудесный день, кстати, не находите? Так солнечно. Я планирую прогуляться по городу, а вы составите мне компанию.
— Ходячая реклама? — догадалась Ами. — Хитро. Да вы прирождённый делец, мэтр!
— Какая ерунда, — поморщился Андер и отвернулся к окну. Чтобы Ами, значит, не заметила прилившей к его щекам крови. — «Делец» — это оскорбительно. Все эти дела — реклама, стремление продать побольше и подороже — меня совершенно не волнуют. Это… это пошло и низко. А я приехал творить новое слово в моде, я в поисках идей и всего лишь хочу посмотреть, как воспримут в городе эту мою маленькую ночную фантазию. Пусть даже и в таком безнадёжно провинциальном, как Бриар.
— Конечно, конечно. Вы же не торгаш какой-нибудь, — закивала Ами. — Не извольте беспокоиться, отработаю платьишко в лучшем виде. Кстати, а что это за застёжка такая необычная на платье?
— Ах, это. Мой маленький секрет. — Андер чуть не светился от плохо скрываемой гордости. — Её придумали лет двадцать назад, но особого распространения она так и не получила. Не так давно я перекупил патент и отдал на доработку дархемским гномам — только их кузнецы способны сделать такую тонкую работу: чтобы все зубчики были одинаково ровными и сцеплялись в идеально ровную линию. А ещё надо было наживить их на тесьму… Но главный секрет в потайном шве. Поднимите руку. Видите, она совершенно незаметна. Как вы понимаете, ни пуговицы, ни шнуровка в этой модели попросту неуместны. Над названием я ещё думаю.
— Может, «змейка»? Застежка «вжик»? Мэтр Андер, но ведь это просто потрясающе! Просто вжик! — и уже одета.
— Именно! — горячо подхватил мэтр. — Вы представляете, какой у этого изобретения бешеный коммерческий потенциал⁈ Ведь теперь сшитое по фигуре платье сможет позволить себе не только аристократка, раз женщина наконец получит возможность одеваться без посторонней помощи, но при этом избавится от уродливых шнуровок, бесконечных пуговиц, поясов и складок лишней ткани! А сколько времени, прежде бездарно уходящего на одевание, она сэкономит! Боги, вы только представьте, какой это обширный рынок, и какое состояние можно на нём сколо…
Тут Андер резко осёкся.
— То есть, как я уже сказал, финансовая сторона меня совершенно не заботит. Я всего лишь ратую за прогресс. Во всех сферах жизни.
— Конечно, конечно, — успокоила его Ами, зачерпывая клубничный джем из розетки. Блинчики у Гренадины вышли что надо — тонкие, кружевные. — Это моя забота, чтоб вы творили беззаботно. Всем этим пошлым и низким теперь есть, кому озаботиться, озаняньчиться и притревожиться.
Увы, заболтать Андера не удалось: мэтр бдительности не терял и ловко перехватил и ложку, и розетку.
— Вы правы, и так вкусно, — со вздохом согласилась Ами. — Ах, до чего же Гренадина непонятливая! Кстати, я сначала зашла в вашу мастерскую забрать коробку со вчерашними эклерами… Чтобы выбросить, разумеется! Засохли ведь наверняка. И вот какое дело: их там уже не оказалось…
— Выбросил сам, — быстро сказал Андер. — Или не помню. Я творил, мне было не до этого.
— Но сама-то коробка осталась в мастерской. Пустая. То есть, вы точно не относили её вместе с содержимым на кухню…
— Значит, мыши сожрали. Да, именно! Ночью я совершенно точно снова слышал мышиную возню и шорохи под полом. Наверняка это их зубов дело. А ведь я вам говорил!
— Вот же твари какие, — сочувственно кивнула Ами. — Как не лопнули-то — целых четыре эклера умять… Да ещё умудрились открыть и закрыть её — нет бы просто картон прогрызть…
— Боги, мисс Тэм, вас что, более ничто другое не заботит⁈ — вдруг рассердился модистер. — Вообще-то вам лучше бы подумать о работе!
— Что ж, рабочий день уже начался, и я в полном вашем распоряжении, мэтр. Почту за честь сопровождать на прогулке такого видного джентльмена!
✂
Модель «Туманный бриз», с вариациями. Рекомендовано к пошиву в размере «трепетная газель».
Глава 7
Утренний Бриар приветствовал их тем, чем и был — сонной, сбитой с толку собственным спокойствием, провинцией. Город не лез в глаза, а подставлялся боком: непарадными улочками, где мостовая уступала место утоптанной земле, запахом жареной рыбы и свежих булочек, перемешанным с солёным дыханием моря. Дома, будто уставшие стоять ровно на каменистой почве, кренились под тяжестью вековых черепичных крыш и разросшихся виноградных лоз. Всюду цвели гортензии — нахальные, пышные, не знавшие секатора.
Это был город, где время текло не по стрелкам часов, а по тени от фонарного столба и крику чаек. Где главным событием утра была не биржевая сводка, а спор двух хозяек из-за кота, утащившего селёдку. Что уж было говорить о местной моде, застрявшей где-то на перепутье между сельской простотой и устаревшими столичными гравюрами.
В общем, денёк и правда был чудесный.
Пока Дирк размышлял, уместно ли будет предложить мисс Тэм локоть, та уже сама прильнула к его боку и подцепила под руку. Вообще-то узкая ладошка очень ладно легла на его предплечье и дискомфорта не вызывала — вся такая изящная и аккуратная, словно необычный аксессуар. Носить такую, наверное, не менее приятно, чем дорогие часы или ручку трости.
Поэтому избавился он от неё даже с некоторым сожалением — всё же это их первый совместный выход, и пересуды Дирку ни к чему. Гувернёр в детстве усердно втолковывал юному баронету, с кем и как приличествует ходить, а с кем и на одной стороне улицы стоять не стоит. Ведь скомпрометировать себя молодому джентльмену проще простого, а исправлять после репутацию — никакой жизни не хватит.
Мисс Тэм не была ему ни супругой, ни официальной невестой, ни родственницей, ни дамой почтенного возраста, чтобы позволять ей такие вольности. С другой стороны, заставлять её идти позади, как простую прислугу, тоже нельзя. В прошлом она, может, и была камеристкой, но сейчас — личный помощник, муза и модель. К тому же как он сможет оценить реакцию горожан на новое платье? Этак и шею можно свернуть, если постоянно оглядываться.
Так что Дирк решил, что идти они с мисс Тэм будут наравне (но он всё равно постарается опережать её на четверть шага) и на таком расстоянии, чтобы даже случайно не соприкоснуться. Да, так будет приличнее всего.
— У нас, кстати, новые соседи, — поделилась свежими сплетнями мисс Тэм.
Вот уж от чего Дирк попросил бы его избавить! Будто мало ему было пустословной болтовни в салоне мадам Кавендиш. Но та уже дружелюбно помахала смутно знакомым бандитским рожам и совершенно точно знакомым грязным башмакам.
— Господин Потрошила, господин Мясник, господин Булочка… булочник! Доброго вам утречка! Клиентов побольше! М-мм, у вас сегодня жареный супчик?..
Один громила принюхался к явному запаху палёного и выдал крепкую затрещину другому.
— Эт' чо за варево? — взревел он. — Жарево ведь уже! Ты сам-то это хрючево жрать будешь, а? А нам-то ещё людей кормить!
— Да мне-то почём знать, как похлёбку варить! — жалобно взвыл подручный. — Что нашлось, то и закинул на жарёху. Ну ладно, воды малость забыл добавить…