Анна Леденцовская – Комендант некромантской общаги. Книга 2 (страница 10)

Опознать в этом индивидууме местного алхимика можно было, не сильно напрягаясь, правда, оставался еще вопрос его психической вменяемости.

Компания вежливо поздоровалась и представилась. Дядька не впечатлился, что девочка – это бабушка, феи были удостоены чуть большего внимания и вопроса:

– А вот эту пыль вокруг можно в пробирочку натрясти? У меня тут как раз свободная в кармане.

Решив, что особой беды не будет, добрые малютки сыпанули от души. Зачихавший демон радостно закупорил полнехонькую пробирку, не забыв поинтересоваться о последующих партиях для исследований. Тут Марья, опередив феек, тоже сказала свое веское слово:

– Нам-то не жалко, но интересно, что вы там наисследуете! Можно потом узнать?

Похоже, на улице перевернулся грузовик шоколада, по крайней мере, одинокий и мало кем понятый алхимик почувствовал небывалый прилив энтузиазма от интереса молодого поколения. А получив согласие Тимона на обследование и беседу и узнав, что профессор академии целитель Бяо интересуется его трудами, он просто пришел в экстаз. Объяснив, как потом попасть к нему в лабораторию, он поинтересовался, не знают ли они о странном явлении.

– Ко мне в лабораторию проник синий человек, прямо через стену. Сначала просил сделать его твердым, но из окаменения выплыл и сильно ругался. У меня теперь статуя его посреди лаборатории. А когда я пытался взять от него кусочек субстанции на анализ, завизжал и улетел, вопя про врачей-коновалов. Что это было, вы не знаете?

Мария Спиридоновна попыталась объяснить, что такое привидение.

– Ну это типа духа, но как бы воплотившегося вот в такую призрачную штуку, – она сама не очень знала, что это.

– О-о-о! Мне надо исследовать это! Вдруг такая штука пригодится в моих работах!

– А как вы его ловить будете? – Тимон, как всегда, был настроен более чем практично.

– Да-а-а… А если у вас такие водятся, то как их ловят? – спросил он у Марьи.

Мария Спиридоновна могла бы сказать, что не водятся и не ловят. Но ведь привидение она видела своими глазами, и все видели, может, они и на Земле тоже есть. А маленькая Маша в ней вспомнила замечательную навязчивую мелодию из фильма «Охотники за привидениями» и, напев ее под нос, стала пересказывать про снаряжение этих охотников. Про такие засасывалки, и хранилище, и удерживатели с молниями.

Впечатленный алхимик направился к себе изобретать снаряжение, бубня под нос привязавшуюся мелодию.

А Марья, объявив, что в замке теперь есть не только привидение, но и охотник за привидением, повела всю компанию дальше к подвалам.

Дверь, преградившая им путь, была внушительной, с металлической оковкой и очень массивной на вид.

Марья решительно потянула ручку на себя.

Глава 8. Находки и потери

Призрак висел в подвале замка, сглатывая слюну и судорожно вздыхая. Он находился не просто в подвале, а в огромном, прекрасно оборудованном винном погребе. Бочки и бочонки, стройные ряды бутылок на специальных стеллажах, покрытые вековой пылью кувшины и амфоры с залитыми чем-то похожим на сургуч горлышками – и всё это богатство было ему недоступно. Он честно пытался, пролетая через бочку, почувствовать хоть что-нибудь. Ничего! Успел даже вспомнить бессмертного Шекспира и его «Ричарда III»: участь утопленного в бочке мальвазии герцога казалась ему пределом мечтаний.

Даже поняв тщетность своих попыток, Петр Егорович просто не в силах был покинуть это сакральное для любого алкоголика место. Еще и рука зудела. Локоть в призрачном свитере чесался и налился фиолетовым как синяк. Понятно, что у свитера не может быть синяка, а у призрака тем более. Но встреча с явно съехавшим с катушек ученым оставила видимый и весьма раздражающий след.

Сначала, найдя лабораторию, он обрадовался. Мужик в лаборатории вроде тоже был рад и с виду заинтересован помочь, но явно чего-то не понял. На просьбу сделать его твердым – ну любому же ясно, что материальным! – дядька опрыскал его какой-то жижей. Петр Егорович покрылся каменной коркой, но, слава богу, не успел испугаться, так как, задергавшись, просто вылетел из этой скорлупы. И только сейчас заметил знакомый фанатичный блеск в глазах алхимика. Такой блеск он видел в глазах своего бывшего преподавателя в анатомичке, когда им на лабораторную привозили очередной неопознанный труп «с историей».

В общем, когда этот маньяк от алхимии кинулся к нему со своими инструментами, то пришлось срочно сматываться. Правда, вот за рукав чем-то зацепил. Теперь зудело.

Чокнутый замок. Пока летел, его дважды пытались поймать стражники, просто пролетел насквозь этих болванов. Потом встретился какой-то демон с дамой. И если дама завизжала и, задрав юбки платья, попыталась за ними спрятаться, открыв прекрасный вид на ножки в кружевных чулках, то демон оказался магом и запустил в него лиловым сгустком магии. Судя по круглым глазам демона, он ожидал не тот эффект, но привидение потом еще долго икало и шло рябью, как ненастроенный телевизионный канал. Пришлось нырять в подвалы. И вот итог. Боль души! Но зато тут спокойно и никто не мешает.

Маша и компания дружно ворвались в просторное помещение, оказавшееся замковой кухней. Тимон был разочарован несбывшимися надеждами, фейки учуяли любимые сладости, а Марья просто во все глаза разглядывала это великолепие. Настоящие, похожие на русские печи соседствовали с магическими плитами. Огромная каменная жаровня с массивным вертелом располагалась рядом с каким-то странным сооружением из кипящих горшочков размером с куриное яйцо, висящих гроздью. Гигантские кастрюли и крошечные мисочки, грубые горшки и резные хрустальные розетки, а также баночки, мешочки, коробочки и связки трав, груды овощей и кучи мясных ингредиентов – чего здесь только не было! А уж о столе с готовыми или почти готовыми блюдами и не говорим. Пахло там умопомрачительно.

Сначала компанию замершей у двери малышни никто не заметил, но потом раздался трубный рев разъяренного повара:

– Мое суфле! Какая гадина не закрыла двери?! Кто еще не понял, что кулинария – это искусство и надо бережно относиться к шедеврам, особенно если ваши кривые руки не в состоянии их сделать даже через тысячу лет! Как я теперь подам на стол лорда вместо воздушного облака десерта эти сплюснутые кривые блины! – И тут он, развернувшись и подойдя ближе к дверям, наконец увидел причину своего кулинарного фиаско.

– Чей это ребенок? Кто пустил сюда ребенка, да еще и с выводком питомцев?

Надо сказать, что повар был слегка подслеповат. В свое время, чтобы получить должность и показать себя высококлассным профессионалом, он принял парочку полулегальных эликсиров для усиления обоняния и осязания. Как всем известно, это не проходит бесследно и всегда имеет обратную сторону. В случае с поваром всё, что находилось дальше двух-трех метров, принимало слегка расплывчатые очертания. На работе, впрочем, это не отражалось, вблизи он прекрасно видел. Своих работников узнавал в любом углу кухни и по запаху и движению сразу определял, помешивают ли они соус, чтобы не пригорел, или нагло подъедают хозяйскую еду.

Марью он идентифицировал сразу: маленькая девочка, явно не из прислуги. А вот маленькие фейки и Тимон были восприняты как какие-то экзотические зверьки. Тем более его занимали более важные вопросы: как девочка прошла на кухню и что делать с погубленным суфле. Но то, что он принял за одного из зверьков, вдруг, подлетев ближе и оказавшись шикарно одетым маленьким скелетом с крыльями и тростью, предъявило претензии:

– Я не понял, уважаемый, где вы увидели выводок питомцев? У вас принято оскорблять гостей, сравнивая их с животными, если они отличаются от обычных габаритов вашей расы? Мы личные гости лорда советника! Мария Спиридоновна, феи Ниле и Эм, а я родственник этих дам и господина, костяной полуфей Тимон. – В замке, дабы не упасть в грязь лицом перед дамами, а особенно перед женщиной мечты, скелетик решил быть предельно вежливым и блистать манерами. Сейчас, представляя всю компанию и не зная, как назвать себя, он изящно вывернулся, замяв степень родства и придумав себе новую расу.

Главный повар служил у советника давно и понимал, что такое личные гости! Он раскланялся самым куртуазным образом, складываясь чуть ли не пополам, и весьма изысканно попросил простить его.

– Поймите меня правильно, когда твой кулинарный шедевр вдруг превращается вот в это… – Он с видом, достойным главного героя какой-нибудь драмы, показал им то, что когда-то было воздушным десертом. – На кухню могут пройти только хозяева, управляющий, экономка и работники кухни. Или стража, но у них должен быть личный приказ лорда советника, но лучше бы стража сюда не ходила. – Он вспомнил последний налет этих мужланов, оставленный ими бардак, поломанную мебель и конфискацию половины мясного запаса кухни. Причем когда им вернули мясо, то только сырое. Готовое, вкусное и прекрасно прожаренное, как он подозревал, исчезло по дороге в чьих-то бездонных желудках.

– Ну еще кто-нибудь может не закрыть дверь, – резонно заметил Тимон.

– Нет, это практически исключено! – Все знают, что это первое правило. – Разве что леди Серина. Она такая, – повар слегка замялся, – рассеянная. Но она давно не появлялась на кухне.

И тут всех отвлекла наконец решившая задать вопрос Мария Спиридоновна. До этого она долго разглядывала всё и с наслаждением принюхивалась к кухонным запахам, наблюдала за работниками, косящимися в их сторону, но продолжающими выполнять каждый свою работу. Но когда повар драматическим жестом предъявил им то, что осталось от его суфле, она не выдержала: