Анна Леденцовская – Драконья летчица, или Улететь от полковника не выйдет (страница 43)

— Молчи, Фьялка. Не говори с ней, а то опять станешь развлечением за ужином. А не сможем, так ведь и за малышей примутся хмырховы твари. — Шустрик вцепился в прутья клетки, его крошечные глазки горели фанатичной ненавистью. — А ты давай лучше сбежать попробуй. Вон ключик-то, и дверь не закрыта. Глядишь, поймают, и нас тогда не тронут, ты их будешь веселить. Давай… глупая. Вы ведь сами сюда хотели и попались. Беги теперь. Ну…

— Я вам помочь хочу. — Леми-эр пропустила мимо ушей грубые слова крылатого мужчины, понимая его боль и страх за близких. — Вы ведь можете открывать камни. Если мы вас сможем вытащить, то вы нам поможете?

— Ну уж нет! Отсюда некуда бежать. Кругом катакомбы. Думаешь, самая умная? И из клеток этих нас не выпустить. Начнешь ломать — они сожмутся и раздавят нас, как орехи. Отвали и не лезь. И учти: эта мерзавка вернется, и я ей расскажу, что ты нам предлагала. Все скажу! И тогда мучить будут тебя и твою подружку, а нас нет.

Фей зло расхохотался и уселся на дно своей темницы, демонстративно и вызывающе глядя в глаза Иитеа.

— Я могу достать вас из этих клеток, впустив в себя. — Решительно настроенная девушка сделала еще одну попытку договориться. Пустоту в душе от отсутствия рядом махмыров вполне могли бы заполнить на короткое время эти магические существа.

Шустрик только открыл рот, чтобы наговорить зеленоволосой приставале еще что-нибудь гадкое, лишь бы уже отстала с глупостями, как раздался новый голос из самой дальней клетки, валяющейся в темном углу ящика.

— В себя? Ты так можешь, девочка? И не боишься? Мы ведь можем оказаться злом похуже, чем здешние бандиты. — Из темноты через решетку проявилось морщинистое лицо, на котором бельмами слепца сверкнули глаза.

— Так меня же все равно на куски порежут. Все только об этом и говорят. А так, может, хоть вы спасетесь и служить этим злодеям не будете. — Леми-эр пожала плечами. — Может, даже нам поможете. Хотя бы весточку передадите.

— Ага! — Шустрик все же не выдержал. — Да нас поймают мигом. Мы отсюда, может, и выберемся, а дальше-то далеко не улетим, еще и с детьми. И спрятаться не выйдет. У них ищейки из полукровок вмиг по следу найдут. Магия фей, она знаешь как чуется? Они тогда так на наше гнездовье и вышли, наулы.

Крылья фея поникли, и большие остренькие ушки, торчащие над макушкой, как у летучих мышей, задрожали от едва сдерживаемых эмоций.

— А вы только сквозь камни вот так можете? А куда-то подальше никак? Вы же волшебные… — подключилась к разговору Касандра. — На Земле в сказках феи много чего могли.

— Мы можем через все, даже вот так, как ваша подруга предлагает, да сил мало. Магию-то из нас в артефакты сосут, — ответил ей слепой патриарх маленького семейства. — Если далеко, то только собрав все силы, последние, без остатка. Но тогда нас там сразу и схватят…

— Почему? Как вас так найдут? Следов же не будет, — ничего не поняли девушки.

— Вот идиотки! Ничего не знают и лезут! — Шустрику надоело досужее, как ему казалось, любопытство глупых девчонок, которое вдруг пробудило надежду в сердцах его соплеменников. — Мы можем переместиться так только раз и лишь туда, где жили феи! А это только в одно место: наше разоренное поселение, и бандиты о нем знают.

Вот тут-то девушки и возликовали. Обе кадетки прекрасно помнили экскурсию по дому лисьего клана. Картина в галерее Норхитров как живая стояла у них перед глазами, и рассказ мейссы Сейфилы о живших там когда-то феях звучал в ушах.

— А если… — поняв, что надо срочно обсудить условия побега крылатых, чтобы и себе помочь, Касандра поспешила затараторить первая, — мы знаем место, где раньше точно жили феи? К тому же оно очень защищенное, бандиты туда попасть не смогут. Тогда вы нам поможете?

Кася подозревала, что подруга и без всяких условий выпустит фей и поможет им переместиться в безопасное место. Только вот, обнаружив такую важную пропажу, бандиты во главе с лже-Жербоном и Сколопендрой пленниц не пощадят. А значит, следовало доставить детали их местонахождения тем, кто в состоянии прийти на помощь.

— Ха-ха… — Недоверчивый Шустрик, как главная жертва бандитского произвола, делано засмеялся. — Когда-то жили? Да все места, где это было, уже изменились так, что не притянут нашу магию. Глупые верзилы. Лучше бы не лезли к бандитам в руки, сидели бы по домам.

— Шустрик прав, барышни. — Старый фей горько вздохнул. — Природа меняется, и все древние гнездовья, где когда-то порхали наши предки, безвозвратно растворились в проявленном бытии. Даже если вы слышали легенду о нашем поселении рядом с вашим домом или в лесу около какого-то городка…

Мужчина устало привалился к прутьям своей персональной темницы.

— Вы не понимаете! — Касандра видела недоверие и отчаяние, а еще с болью в сердце смотрела на измученных крылатых детишек-фей, молча глядящих сквозь решетки огромными, полными тоски глазищами. Она просто не могла сейчас выторговывать что-то себе. — В доме наших знакомых есть живая картина. Магическая. Там точно раньше жили феи. Почему ушли — мы не знаем, но на ней ничего не могло измениться.

Кася предусмотрительно не сказала, где и у кого они видели подобный артефакт, уж слишком внимательно прислушивалась к переговорам мадам Хордингтон. Касандра вполне допускала, что, желая спасти себя и дочек, женщина может рассказать мейссе Биядль все, что услышит и запомнит.

— И ты своими глазами видела это место? Именно ты? — Поднявшись на трясущихся ногах, слепец растопырил крылья и протянул к Иитеа худую, темную, как прутик, морщинистую руку со скрюченными пальцами. — Покажи! Покажи мне!

Ящик с феями Сколопендра не запирала. Зачем? Ведь бежать некуда.

Леми-эр вытащила маленькую клетку со старцем, и тот вцепился в ее пальцы своими руками. Незрячие глаза крылатого узника засияли, словно крошечные белесые лампочки.

— Да… — В еле слышном шелестящем шепоте явственно прозвучала надежда и ликование. — Это правда. Мы спасемся и, возможно, отблагодарим вас за доброту. Я вижу тех, кому ты веришь, и знаю больше, чем вы думаете. Я найду кусочки твоей души, и наш клан приведет помощь.

Иитеа ни секунды не сомневалась, вытаскивая остальные клетушки с цепляющимися за прутья фейками. Она прижала их к себе, и крошечные существа приложили ладони к сиреневым чешуйкам кожи там, куда могли дотянуться. Их руки, а следом и тела засияли, переливаясь серебром, а потом крылатые человечки испарились из своих темниц.

Сцепив зубы, леми-эр глухо застонала, когда струйки фейской пыльцы пронзили ее тело. Клетки, лишившись узников, со скрежетом сжались в ее руках в кривые комки покореженного металла. Девушка побледнела до синевы и, осев на каменный пол, потеряла сознание, рассыпав остатки того, что раньше было весьма ценным бандитским имуществом.

Конечно, лучшего времени для возвращения Сколопендры в сопровождении лже-Сайледина и придумать было невозможно. Парочка наулов заявилась с подручными контрабандистами, которые волокли за собой на цепи странное существо, чем-то отдаленно напоминающее Иитеа.

Чешуйчатая, шелушащаяся сиреневая кожа, остатки зеленоватых, почти утративших цвет волос — вот, наверное, и все сходство. Глаза существа были черными, без белков, из плеч, прорвав кожу, выступали костяные шипы, и ползло оно на четвереньках, принюхиваясь, словно хищный зверь.

Даже Касандра, будучи человеком, почуяла исходящее от несчастного безумие. Отчаяние спятившего существа, одержимого своей целью и согласного на все, чтобы ее достичь.

— Эта гадина прикончила фей! — резанул по ушам истошный визг Сколопендры, увидевшей распахнутый ящик и остатки клеток. — Идиотка пыталась их выпустить!

— Ну, ну, потише, дорогая. — Через знакомые черты жирдяя интенданта проступал настоящий облик наула. Было заметно, что бандит в бешенстве, но держит себя в руках. — Вряд ли наша ценная крошка настолько слабонервная особа, чтобы терять сознание от смерти пяти бестолковых мух. Тут что-то другое. Не правда ли, Вауутииш? Ты же хочешь вернуть свою Миисаэ? Что тут случилось?

Его вкрадчивый спокойный тон ни на секунду не обманул Касю, но подействовал на невменяемого сородича Иитеа. Черные провалы глаз безумца впились в неподвижное тело леми-эр изучающим взглядом, и из тонкогубого рта вырвалось шипение вперемешку с хихиканьем.

— Дорожка через сердце, через душу. Пусто было — и прошли. Хи-хи-хи. Ушли совсем. Нет больше, нет. Хи-хи-хи. Она не Миисаэ, не она, отда-а-ай!

Резко развернувшись, сумасшедший леми-эр кинулся на наула, но бандиты, державшие его цепи, были начеку. К досаде пленниц, до мерзавца он не дотянулся.

Глава 30

— Без сознания она ничего не скажет, но, похоже, крылатые паразиты живы. — Наул жестом велел увести агрессивного пленника. — Впрочем, это неважно. О феях я знаю достаточно. Или они где-то тут неподалеку и прячутся, или рискнули переместиться в свою деревушку. Судя по состоянию нашей красавицы, скорее всего, последнее.

Говоря все это, мужчина подошел к Иитеа и брезгливо потыкал лежащее ничком тело носком сапога.

— Знаешь, дорогая, — оглядев настороженно замерших у стены испуганных пленниц, насмешливо протянул он, — пожалуй, ты можешь развлечься, пока меня не будет. Только не испорти товар… И к слову, выбери себе личину. Вот из тех двоих. Раз у нас появились нужные компоненты, то мы можем позволить полковнику Хордингтону спасти одну из сестричек! Он же герой. — В голосе лже-Сайледина послышалась зловещая издевка. — А потом, когда все успокоится, думаю, разберемся с ним самим. А эту… — его светящиеся глаза уставились на Касандру, полыхнув алыми бликами, — эту я лично раздеру на куски на глазах ее пернатого папаши, и он ничего не сможет мне сделать. Хотя сейчас для твоей забавы она тоже неплохой вариант. Особенно если позвать…