Анна Лапина – Развод отменяется. Найди меня, папа! (страница 18)
— Да, сделала. Лейла умница, — Влад протягивает ей документы, и она быстро проверяет наличие всех подписей.
Поднимает на меня тяжелый взгляд и все так же недовольно поджимает губы. Но вопреки собственной гримасе, хвалит меня:
— Отлично! Молодец! — качает головой и награждает меня чем-то похожим на улыбку. — Добро пожаловать обратно в семью, доченька!
— Ты утратила право называть меня дочерью в тот момент, когда заставила меня пройти через смерть моего ребенка! — рычу на нее и не даю дотронуться до себя.
— Ты всегда могла вернуться домой, Лейла, — ее тон ни на каплю не становится виноватым или сочувствующим. По ее мнению, она поступила правильно. — Ко мне и своей дочери. Ребенка я забрала у Романа, как он забрал моего. Мою единственную дочь!
— Какая же ты… — тяну и даже не знаю, какое слово подобрать
Она заслужила кучу их, но ни одно не опишет даже нескольких процентов того, что подойдет ей.
Она мне не мать!
Больше не мама!
Я сирота! Я отказываюсь от этой женщины!
— Прекрати! — взмахивает рукой, заставляя меня заткнуться. — Влад покажет тебе твою новую комнату. Ты проведешь в ней неделю, чтобы вновь привыкнуть к нам, а затем, после заключения брака с Владом, вы будете жить в одной комнате.
— Я не хочу за него замуж!
— Твои желания не имеют значения, Лейла, — хмыкает она. — Будет так, как я сказала. Хочешь быть с дочерью? Тогда должна быть с семьей, — бросает и, развернувшись, уходит.
Смотрю ей вслед и не могу поверить, что все эти годы ответ был так близок. Мою дочь похитила моя мама. Забрала в отместку за то, что я пошла против нее.
И Влад был с ней заодно! Мой бывший жених! Мой лучший друг детства!
Они заставили меня пройти сквозь ад. И все из-за того, что я выбрала любовь, а не их бизнес? Разве деньги стоят этого?
И ведь имя… Лея. Моя мама так хотела назвать свою вторую дочь, но та умерла сразу же после рождения.
Поэтому имя было настолько знакомо мне. Но я не могла понять откуда, потому что после смерти моей младшей сестры, мы не поднимали эту тему. И все же имя врезалось в сознание.
— Пойдем, — Влад мягко подталкивает меня вглубь дома.
— За что, Влад? — спрашиваю его по дороге. — Просто скажи, за что? Разве я заслужила это? — недоуменно спрашиваю, решив хоть до кого-то достучаться.
Но, думаю, бесполезно!
Он робот! Такой же, как и моя мама!
— А я заслужил то, что ты бросила меня перед самой свадьбой? — бросает мне в ответ. — Я заслужил то, что любил тебя всю жизнь, а ты ушла к другому?
И хоть отчасти мне понятны его чувства, я все равно считаю, что они поступили ужаснее.
— Влад, — окликают нас, и мы с ним оборачиваемся на женский голос. — Вы вернулись? Рома теперь свободен?
— Да, Аль, — кивает он ей. — Свободен. Можешь его брать с потрохами.
— А когда я получу свои деньги? — спрашивает она у него.
— С этими вопросами к Лауре, — отправляет он ее.
Любовница Ромы проходится по мне взглядом, задержавшись на моей руке, которую держит Влад за локоть.
— Ну что, дорогие мои, счастья вам, — бросает она с усмешкой. — А тебе, Лейла, я уже говорила, что Роман будет моим, — хмыкает она и уходит.
— Все это дурацкий спектакль? — не затыкаюсь. Говорю все, что в голове. Теперь им нет смысла что-то от меня скрывать. — Она и Рома… Ты, вдруг появившийся из ниоткуда…
— Нет, я не знал, что вы в городе, — признается он, потянув воздух сквозь зубы. — Случайно встретил. Не знал, что Лея набрала Романа. Спасибо, что докладывала мне все, Лейла, — улыбается он. — Смогли быстро няню спрятать, — открывает мне то, где мы прокололись.
Значит, все же он виновен в том, что мы потеряли след. А я ему как дурочка жаловалась на несправедливость мира.
Влад открывает передо мной дверь одной из комнат. Прохожу внутрь, но его не впускаю.
— Я, может, и стану твоей женой, Влад, — начинаю я, вскрывая свои собственные планы. — Но между нами ничего не будет.
— Пока думай так, а потом посмотрим, — пожимает он плечами, уверенный в том, что все будет, как он сказал. — Я всегда любил и буду любить тебя одну.
— И что, женщин за все время не было ни разу? — недоверчиво кривлюсь.
— Ну… были, — хмыкает и кивает себе за спину. — Одну из них ты видела.
— Аля?
— Не кривись. Тебе не привыкать мужчин с ней делить, — противно улыбается он.
Противно!
До безумия противно!
И хочется стереть дурацкую улыбку с его лица.
Поднимаю подбородок вверх и отчасти соглашаюсь с его словами.
— Да, я никогда не буду делить своих мужчин с ней, — киваю с улыбкой. — Только вот ты не мой мужчина, поэтому можешь к ней идти.
— И Ромочку с ней не делишь?
Заношу руку и даю ему пощечину. Громкую, смачную и такую, чтобы запомнил на всю жизнь.
Он меня не ударит. Не сможет. Он боится моей мамы. А она хоть и так ужасно поступила со мной, но не позволит, чтобы мужчина меня ударил.
И я этим пользуюсь.
— Никогда! — выкрикиваю.
Формально я не делила Рому с Алевтиной, потому что я не была с мужем с того момента, как врач запретил это нам во время беременности…
Глава 9
По телу проходит мелкая дрожь, ладони потеют, а ноги словно не держат. И все от вида въехавшей во двор машины.
Я знаю, что в ней моя дочь. Моя девочка. Моя Лея.
Подхожу ближе к Владу, но не потому что хочу быть рядом с ним в этот момент, а потому что таковы правила. Мне нельзя к ней подходить самой. Пока нельзя.
Если хочу сохранить возможность вернуть себе ребенка, все должно быть по правилам. По ужасным, мать их, правилам.
Первой из машины выходит тучная женщина, которая по описанию очень похожа на ту самую Наталью. Она открывает заднюю дверь автомобиля, выпуская из него худенькую, голубоглазую малышку в строгом черно-белом платье. Девочка берет свой рюкзачок и передает его няне.
От одного ее вида сердце захватывает, а дыхание перебивает.
Моя девочка жива!
Я знала!
Я чувствовала!
И она передо мной! Целая и невредимая!
— Лея, доченька, — зовет Влад ее, и она бросает взгляд на нас.
Быстро скользит глазами по Горину и переводит на меня. Задерживает взгляд на мне чуть дольше. Изучает. Настороженно смотрит перед собой.