Анна Квин – Не смей меня желать (страница 29)
Глава 14. Сердце вдребезги
Утро начинается поздно, с дурацких мыслей и наблюдений за Никой у бассейна. От вида ее стройного тела почти без одежды начинается стояк. Хочется присоединиться к ней… но Самбурский дома и поэтому Марк держится в стороне. Боится, если покажется рядом с Никой, ее отец сразу же все поймет, даже если Марк будет вести себя тихо. Удержаться от взглядов, случайных прикосновений, понимающих улыбок – не получится, хоть убейся. Приходится делать вид, что нечаянный выходной ему пришелся как нельзя кстати.
– Марк, поговорить нужно, – зовет Валерий Иванович за собой в кабинет, когда парень наливает себе уже третью чашку кофе, чтобы выпить ее на веранде. – Как дела с Никой?
– Все нормально. – Марк пожимает плечами, хотя где-то в душе вспыхивает волнение.
– Она успокоилась? Больше не доставляет проблем? Я ведь знаю, какой несносной занозой она может быть.
От души отлегает. Никаких подозрений, просто дежурный разговор. Это хорошо, к нему Марк готов.
– Мне кажется, смерть Даши ее потрясла, – осторожно замечает Марк. – А когда Ника потрясенная и никуда не срывается, работать с ней одно удовольствие.
– Да, ты прав. – Самбурский бросает взгляд в окно на девушку, дремлющую на шезлонге. – Нужно, чтобы вот так она проводила ближайшее время.
– Это не в моих силах.
– Ну и не в моих, – вздыхает ее отец и задумчиво хмурится. – Завтра с утра мы с ней поедем в полицию. На этот раз я не оставлю ее одну, возьму своих ребят и адвоката. Поэтому до обеда можешь быть свободен. Мать что ли навести? Скучает ведь, поди.
В голосе Самбурского нежные нотки и это удивляет. Даже больше, чем удивляет, но от ненужных вопросов Марк удерживается и замечает.
– У нее есть Игорь.
– Ну Игорь Игорем, сам-то ты у нее не появлялся с того момента, как работаешь у меня. Да и Игорь постоянно в командировках. Хотя… – Самбурский морщится. – Татьяна… она привыкла. Все мужики оставляют ее одну. Муж всегда пропадал на службе, пока эта служба его и не забрала. Ты такой же, и Игорь тоже.
– Это судьба близких военных.
– Да знаю я, но ты-то сейчас штатский. Все. Можно, наверное, появляться у нее чаще? Ведь одна она живет… Короче, съезди к матери, навести.
Это приказ и у Марка создается впечатление, что сам Самбурский гораздо больше в курсе, как дела и по кому скучает мать, нежели сам Марк. Интересно. Хочется задать вопрос, но Валерий Иванович продолжает.
– Ну а дальше по обстоятельствам. Два варианта. Или Ника будет тут не нужна, и я отправлю ее на недельку из города куда-нибудь подальше дачи, чтобы разобраться с текущими проблемами, потому что эта гнида, убивающая девчонок, где-то очень близко. Около меня притаился мерзавец. Или ее отправить не получится, потому что менты, сам знаешь, какие сволочи, тогда ты будешь ее беречь, как себя. Но как станет возможно, я ее отсюда отошлю на время. Пока не разберусь с мразью.
Марк кивает, соглашаясь. Ему все ясно. После того, как Ника уедет, он станет не нужен. Потому что к ее возвращению проблема будет решена. Но работа – это последнее о чем он хочет сейчас говорить. Нужно дождаться завтрашнего дня, и тогда будет понятно, у них с Никой только сегодняшняя ночь или все же чуть больше.
– Ну так я пойду?
– Да, конечно, – отмахивается Самбурский. – И не забудь съездить завтра к матери.
– Не забуду, ведь она моя мать, – на последнем слове Марк делает акцент.
– Именно.
Ближе к вечеру Самбурский уезжает, а Ника приносит шикарную новость: в гости собирается Дина. Вот какой черт сюда несет эту шалаву?
– Ну не злись, – Ника расценивает взгляд по-своему и, удостоверившись в том, что никого из охраны нет на горизонте, прислоняется плечу Марка щекой. – Будем верить, что она свалит быстро. Ей скучно без тусни. Всего часик посидит, а потом я вся твоя… до утра.
От ее хриплого шепота по венам расплавленной лавой течет желание, но Дина – это опасно. Очень опасно. Ее визит может все разрушить, поэтому Марк напряжен.
– Я нужен? – спрашивает он.
– Мне будет приятно, если ты будешь рядом; мы расположимся на веранде, посидишь с нами. Поздороваешься с Георгием. Он, конечно, почти папин ровесник, но мужик крутой. Он тоже где-то служил.
– Твоя подружка приедет одна или будут еще друзья? – Марк старается, чтобы голос звучал ровно.
– Переживаешь, что она снова будет покушаться на тебя? – собственнически улыбается Ника. – Хрен ей по всей морде.
– Ты умеешь быть тактична.
– А еще я умею быть сукой и никогда не позволю обижать тех, кто мне дорог, – серьезно замечает она.
– Думаешь, я сам не могу за себя постоять?
– Ты стоять будешь за меня. – Она пожимает плечами и украдкой целует его в уголок губы. – А от разных хищниц тебя защищать буду я.
Приезд Дины портит все. Признаться, Марк волнуется. Этот эпизод своей жизни он предпочел бы забыть. Ошибка, которую он совершил сгоряча и которая может выплыть наружу в любой момент. А он не может ничего с этим поделать. Разве что переодеться в водолазку. Еще не хватает ощущать на себе жадные взгляды Дины.
Она приезжает к ужину и с визгом несется обниматься с Никой. Следом за ней вылезает охранник. Он действительно немолод, но взгляд цепкий, а рукопожатие крепкое. На запястье под белоснежной манжетой рубашки мелькает татуировка волка, старая, размытая. Видимо ошибка юности, так как Георгий тут же одергивает рукав. Марк успевает обменяться с ним парой слов, но Ника зовет за собой. Георгий морщится и остается в машине. Марк его понимает, он бы тоже нахрен спрятался бы где-нибудь. Хотя и это не факт, что спасет от Дины. Непонятно, чем в первую очередь она решит поделиться с Никой.
Но на веранде все спокойно. Марк курит в кресле в стороне, а девчонки пьют мартини за низким столиком, иногда рыдают и вспоминают подругу. Марк выдыхает, когда понимает, что прошло почти два часа, а девичьи посиделки не омрачаются разговором о нем, и тут Дина начинает собираться домой.
– Марк, не проводишь меня до машины? – хитро улыбается она. – А то темно, а Георгий сюда не пошел. Мне страшно.
– Нет.
– А почему? – очень искренне обижается она.
– Дина, отстань, он не пойдет с тобой. Тебе что мужиков мало? – лениво отмахивается Ника.
– Ну может я хочу этого конкретного мужика… ты же ему не даешь, Ника…
Марк сжимает зубы, понимая на какой тонкий лед ступил. А Дина внимательно на них смотрит и на ее полных губах мелькает понимающая улыбка.
– Или…
– Дин, это не твое дело, – пытается увести разговор Ника, но напрасно.
– Как интересно…
Дина подходит к Марку и, не стесняясь подругу, устраивается у него на коленях со словами.
– Тогда может тройничок? Я не против стать даже одной третью твоего секса.
– Уйди, ты противна, – тихо шепчет Марк, настойчиво ссаживая девицу с рук.
– Да ладно, – ухмыляется она. – То-то ты так быстро кончил, когда имел меня в туалете, но я не в обиде. Ты ведь тогда думал не обо мне, верно? Ой? – она ловит потрясенный взгляд Ники, которая стала белее, чем мел. – Прости подружка, он тебе не рассказал, что отымел меня в клубе? Несмотря на то, что все прошло в спринтерском режиме – это был один из самых ярких моих оргазмом. И я хочу его повторить.
– Этого не будет, – говорит Марк.
– Не зарекайся, – отвечает Дина и, напевая под нос, идет к выходу. Ей совершенно насрать на то, что она только что все разрушила к чертям.
– Ник… – Марк поворачивается к девушке и видит на ее щеках слезы. Лицо застыло и похоже на восковую маску.
– Я думал, ее тогда послала ты…
– И это достаточный повод, чтобы сначала отыметь пальцами меня, а потом трахнуть мою подругу?
– Прости… – это даже не просьба, просто слова вежливости. Не нужно гадать, чтобы понять – некоторые вещи не прощаются. Но Марк все равно должен попытаться объяснить. – Я был дико зол, обижен, унижен… возбужден. Дина просто попалась под руку.
– Да не под руку, – вздыхает Ника и говорит. – Я хочу, чтобы ты ушел. И не просто сейчас к себе, я хочу, чтобы тебя уже завтра не было в моей жизни.
– Ник…
– Не говори ни слова, пожалуйста! – останавливает она, даже руку вперед выставляет, чтобы он не дай бог не приблизился. – Или ты сам придумываешь внятную причину и говоришь отцу, что не вернешься, или причину очевидную озвучиваю ему я. Все ясно?
– Да.
Марк выкидывает сигарету и уходит с веранды, пытаясь убедить себя в том, что все должно было закончиться. Не сейчас, так позже. Лучше так, потому что потом было бы еще больнее. А на входе в дом, на повороте его ловит Дина. Она прижимается грудью и толкает парня к стене, а ее ловкие пальцы хватаются за пряжку ремня.
– Она тебя послала куда подальше? Ника гордая, – шепчет блондинка, пытаясь расстегнуть ему ширинку. – Но не переживай, я не ревнивая.
– Пошла ты! – отшвыривает ее Марк и стремительно уходит в дом, слыша за спиной смех.
– Зря отказываешься. Я тебе еще позвоню.
– Не утруждайся.