Анна Кувайкова – Коротышка, или Байкер для графа Дракулы (страница 12)
– А ты? – вымученное нечто лишь отдаленно походило на благодарственную улыбку.
– Не, я пас, – поспешно открестилась, кося краем глаза на Дракулу, который что-то чиркал на листочке, судя по всему, отмечая, что из ингредиентов адского напитка имеется в их холодильнике. – Это братиш его уже почти как воду хлещет, а мой похмельный организм на такие подвиги не способен. Ри-и-иш… Можно просьбу?
– Похмеляться не буду, – категорично застонала Арина, снова уткнувшись лбом в ладони. Я ужаснулась:
– Да меня вроде Цепеш не кусал, чтобы во мне проснулась столь явная нелюбовь к ближнему своему!
Арина тихо хихикнула, но поспешно сделала серьезное лицо под укоризненным взглядом мужчины. И заинтересованно выгнула бровь.
– Очки и жвачка, – тихо вздохнула, пряча сигареты в карман, сползая со стула. – И я поковыляю до дома.
Фыркнув, девушка желаемое мне все-таки раздобыла, и я, с ней попрощавшись, поковыляла в коридор, на ходу медленно натягивая куртку. Так же аккуратно, стараясь не делать лишних движений, обула кеды, почти даже встала…
– Коротышка, ты ничего не забыла? – насмешливо поинтересовался Владислав, выходя в коридор.
– Например? – натурально удивилась, водружая на лоб те самые очки-авиаторы. Посмотрела на Михиного брата, приближающегося неспешно, лениво, небрежно сунув руки в карманы, с улыбкой охотника, уверенного, что его законная добыча некуда не денется.
Почувствовав каким-то чудом уцелевшей после вчерашнего печенью скорые неприятности, я машинально отступила на шаг. А потом еще и еще, пока не уперлась спиной в дверь, задирая голову. Цепеш подошел вплотную, прилично возвышаясь надо мной, усмехнулся…
Его рука неожиданно скользнула на мою талию под курткой, переместилась на поясницу, и в следующий момент я уже оказалась резко и крепко прижатой к мужскому телу так, что сбилось дыхание. Вторая его рука задела спину, уперлась в дверь, а Влад, снова усмехнувшись, вдруг стал медленно наклоняться к моему лицу, опустив взгляд на мои губы…
Я замерла, не понимая, что происходит.
И тут позади меня раздался щелчок открываемого чьей-то рукой замка… И я даже знаю, чьей!
– Ах, ты гад! – сообразив, что надо мной снова издеваются, я взвыла и что есть силы топнула по его босой ноге. Вроде попала, но когда выскочила в коридор и с силой захлопнула входную дверь, злорадный смех я услышала вполне ясно!
Злая, как тысяча чертей, готовая порвать Дракулу на кучу маленьких Владиков, я из чистого упрямства прошагала пару кварталов пешком, чтобы остыть. Время подходило к полудню, народа вокруг хватало, все куда-то спешили по своим делам, радуясь новому дню, яркому солнцу, лету и теплой безоблачной погоде.
И лишь только я была не выспавшаяся, злая, с головой болью и привычной ненавистью ко всему миру. Еще сильнее портили смешки окружающих, вызванные неизвестной причиной.
Ну да, слегка помятая, взлохмаченная, в темных очках на половину лица, в куртке и скорее всего с черной аурой над головой, но зачем сразу ржать-то?
Особенно сильно был слышен смех, когда я покупала в магазине минералку без газа, а потом ловила такси на остановке. Но одного злого взгляда хватило, чтобы стоящие позади меня парни заткнулись, благоразумно решив не гневить судьбу и не желая получить дырку в карме.
Мерная езда водителя меня здорово укачала, и домой я заползла уже никакая, буквально на последнем издыхании.
А там меня жало оно… Сто кг мышц в своем полуголом варварском великолепии, с сурово сдвинутыми на переносице бровями и сложенными волосатыми руками на мускулистой груди.
– Дратути! – вяло поздоровалась, прислонившись к дверному косяку, глядя на брательника сквозь темные стекла.
Что-то мне показалось по недовольной моське, что мой личный ждун не очень-то был рад меня видеть… Или кто-то уже сообщил о наших вчерашних текильных соревнованиях?
– Белка, какого хрена? – ну да, вопрос не в бровь, а в глаз. – Ты ж знаешь, что тебе нельзя пить в таких количествах!
– Дратути! – повторно и уже куда более жизнерадостно поздоровалась я, не отлипая от родного косяка, испытывая непреодолимое желание по нему сползти… И прилечь прямо на коврике.
– Стаська, блин, – ругнулся байкер в форме одежде номер восемь, которая, что украли, то и носим. В смысле, решимости Илюхи хватило только на то, чтобы обворовать собственный же шкаф на нижнее белье. – Совесть есть? Сама усинькалась, еще и Ришку споила!
– Уху, – согласно подтвердила свою вину, пытаясь банально не заснуть на ходу. Вроде даже покачнулась слегка… И тут кое до кого, наконец, дошло и он додумался сдернуть очки с моего носа. Посмотрел, оценил, присвистнул… и, обреченно махнув рукой, нацепил их обратно:
– Ясно все с тобой. Дуй спать, потом поговорим.
– Уху, – второй раз подтвердила, стаскивая с ног кеды без помощи рук. Задвинула их подальше, поленившись убирать, и потопола по коридору, мечтая только о кровати…
У меня мечты не имеют свойство сбываться. Вообще. Я и трех шагов не сделала, как за спиной раздался голос брательника:
– Белка?
– Ну чего опять? – повернувшись, мрачно поинтересовалась, снимая очки и аккуратно убирая их в карман, чтобы не поцарапать. Углядев приближающегося байкера, вздохнула, признаваясь. – Харлей, да я виновата. Да, случайно споила Аринку. Но она меня простила и вообще, рецепт Неаполь от похмелья я ей оставила. Все закончилось тихо и мирно, желудок оклемается, пить я больше не собираюсь, да и вообще…
– Да я не о том! – отмахнулся от меня братиш. Подойдя, развернул меня к себе спиной, что-то там сделал и ткнул под нос бумажку, снятую, по всей видимости, у меня с района лопаток. – Эт чё за хрень?
– А я знаю? – откровенно зевнув, забрала ярко-розовый стикер и, махнув рукой, направилась в сторону своего злейшего на данный момент врага – ступенек…
И уже в спальне, рухнув на кровать, кое-как стянула куртку и скинула ее на пол. На джинсы сил не хватило, но узрев прилипшую к коленке бумажку, я все-таки из последних сил свела глаза в кучу, чтобы прочитать несколько строчек, написанных крупными печатными буквами:
«Не похмелять. Кусается! Забрасывать аспирином с безопасного расстояния!».
Так вот, блин, чего все окружающие надо мною ржали-то! Ну, Цепеш, ну ты и су-у-у…
Проснулась я ближе к вечеру. Глаза разлепились легко – это уже плюс. Пересохшие линзы все так же неприятно липли – это минус.
Однако знакомый натяжной потолок с веселыми пафосными лампочками был мне знаком, а остальное, пожалуй, пережить можно. Голова уже не болела, но желудок жалостливо ныл, требуя если не здоровой, вкусной пищи, то хоть какой-нибудь.
Широко зевнув, отлепила от руки тот самый стикер, делая мысленную галочку отомстить вампиру, отведавшему моей крови, и сползла с кровати. Нашарив на тумбочке капли, закапала бедные очи и, выдохнув с облегчением, направилась в сторону кухни, зевая и потягиваясь.
Посвежевшие глаза, наверняка цветом смахивающие на кролика, больного коньюктивитом, позволили в красках и деталях рассмотреть развалившегося на стуле брательника. Судя по растрепанной медной шевелюре, щетине и легкому отуплению во взгляде – весь день храпака мы давили оба.
Стащив вафлю и налив себе зеленого чая, уселась напротив Илюхи, машинально отмечая, что без кое-кого, вытанцовывающего возле плиты в новом экзотичном наряде под оригинальную музыкальную подборку, в доме стало как-то скучно…
– На чем добиралась-то хоть? – только и спросил байкер, широко зевнув. Видимо, отчитывать меня за пьянку ему было откровенно лениво, и он ограничился вопросами насущными.
– Такси, – моментально подцепив вирус зевоты, я едва не вывернула челюсть. Сделала глоток чая, встряхнулась и хмыкнула. – На остановке поймала.
– А чё не вызвала-то? – вкинул брови братец, а потом нахмурился, сжимая керамическую бадью, вмещающую в себя как минимум, литр крепкого черного чайку. – Головы нет, с частниками ездить?
– С тапочка надо было вызвать? – скептично поинтересовалась, догрызая подсохшую вафлю. – Еще у Цепеша я телефон не просила.
– Чё, он сам тебя отвезти не мог? – еще больше нахмурился Илюха, явно недовольный плохим присмотром за своей любимейшей младшей сестренкой, которую если и не придушил во времена бурной молодости, так исключительно по чистой случайности.
– «Похмелье-Цепеш-закрытое пространство» – не тот тандем, который моя нервная система способна выдержать, – усмехнувшись, поднялась и налепила брательнику на лоб розовый стикер. Попутно прихватила еще одну вафлю, печенье и снова упала на стул, вытягивая ноги. – Смешно тебе, да? А я с этой хренью всю дорогу ехала!
– Ну Дракуленок, ну отжег! – прекратив ржать на всю кухню, доведя до инфаркта голубя за окном на лужайке, довольно ухмыльнулся братиш. – Вы чё, опять сцепились?
– Аха, – хмыкнула, потягивая остывающий чаек. – Я еще буду мстить и мстя моя будет страшна… Не знаешь, где заказать серебряный гроб по скидке?
– Белка, млин, – усмехнулся Илюха, качнув лохматой головой. И, закурив, выдохнул дым в потолок. – Ты хоть предупреждай, когда в следующий раз куда-нибудь свалишь. Я ж, блин, волнуюсь.
– А я разве куда-то собиралась? – удивленно вскинула брови, стрельнув у байкера наивреднейший источник никотина. Подкурила, затянулась… и выбросила нафиг эту гадость, от которой драло горло и легкие. – Мне хватило приключений. Всё, хорош. Очки Арике верну, и снова в будку.