Анна Кувайкова – Его любимая зараза (страница 4)

— Куратор?

— Магистр Тиас.

— Змей?

— Саас. Сааразас.

— Темный Князь?

На этом моменте я конкретно запнулась. Но так как такие понятия как «стыд» и «совесть» наследникам темноэльфийского престола в принципе не завозили, мои укоризненные взгляды были для него равносильны подзатыльнику в моем исполнении в адрес звериной ипостаси Хана.

— Дари…

— Тихо, — быстренько шикнул на меня мой золотой во всех смыслах друг. — Не хочу тебя пугать, Лесёнок, но его имя в твоих устах может сработать, как маяк. Что?

— Ничего, — хмыкнул Аттанхэш, которому был адресован последний вопрос. — Нет нужды разводить таинственность, Аарахарн. Обо всем, что нужно, я уже давно догадался.

— Какой ты умный, — в очередной скривилась я. В голове билось какое-то смутное подозрение по данному поводу. Но обдумать еще и его, я решила позже. — Это всё? Допрос с пристрастием, я надеюсь, окончен?

— Нет, — драконище отрицательно качнул головой, и его роскошная шевелюра блеснула чистым золотом. — Мое солнце и звезды, скажи… Ты помнишь, что это за озеро?

— Это? — я машинально оглядела чистейшую водную гладь, чьи мелкие волны с каждым порывом теплого ветра пытались облизать мои ноги. — Озеро, как озеро. Что, в Забытом лесу водоемов мало?

— Ясно, — внимательно всмотревшись в мое лицо, хмыкнул темный эльф… и вдруг, протянув руки, рванул рубашку на моем плече!

— Эй, какого упыря?! — шуганулась я от него, как Агилар от деревянной ложки. — Это моя любимая рубашка!

— Угомонись, — даже не подумав меня отпустить, парировал Аттанхэш. И с тем же непробиваемым спокойствием, принялся разматывать белую тряпицу на моей руке чуть ниже плеча. Назначение и причину появления которой, к слову, я тоже не помнила от слова совсем! — Так я и думал. Ничего.

Я невольно скосила глаза на абсолютно чистый участок кожи, и столь же чистую тряпочку, чувствуя себя одним из братьев-колобков из советского мультфильма:

— Ничего не понимаю!

— Это озеро Оран, — сдавшись, наконец-то, на милость моей глупости, молвил Архан. — Только глина с его дня способна быстро и бесследно убрать любые следы с живого тела, и исцелить практически все увечья. Она сращивает кости и возвращает зрение, сглаживает шрамы и восстанавливает поврежденные органы. Новые конечности, разумеется, она вырастить не в состоянии. Но может излечить любую смертельную рану.

— Ты мне раньше о нем не говорил…

— Не говорил? — эльф оскалился своей фирменной лыбой, которая всегда меня бесила своим ядом и спокойствием одновременно. — Он нырял на дно за этой глиной. Для тебя.

— Чего-о-о?!

— Того, — ящероподобный шутник щелкнул меня по носу и с милой улыбкой уточнил. — Шесть раз. Потому что первые пять, коснувшись глины голой рукой, я забывал, зачем нырял.

Чтобы переварить подобную информацию, мне понадобилось время. Срочно!

Но так как сей ресурс, как всегда, был строго ограничен, пришлось брать себя в руки иными методами. То есть глубоко и ровно дышать… Хотя хотелось срочно откусить кому-нибудь голову!

— Так, ладно, — все-таки выдернув свою конечность из железного захвата дроу, задала я самый главный вопрос. — Все это здорово и, Хан, спасибо тебе огромное. Но кто-нибудь мне скажет, зачем мне это понадобилось, и почему я ничего не помню?

— На твоей руке была метка, выжженная огнем Радахана, — темный эльф снизошел до объяснений, лишний раз убедив меня в том, что подсматривать и подслушивать — его любимая привычка. Иначе откуда ему все обо мне известно? — И ты хотела от нее избавиться.

— Радахан — друг Темного Князя, — добавил Архан. — Через него отыскать тебя было бы легко.

— Погодите, — не выдержав наплыв информации, я опустилась прямо на песок, обхватив щеки ладошками. — Половину из вашего рассказа я могу понять. И даже признать. Но что-то тут явно не клеится!

— Тебе это кажется, — пожал плечами Архан. — На самом деле все просто. У любой магии есть цена и, чем сильнее волшебство, тем она выше. Озеро Оран берет свою плату. И оно, в обмен на лечение, забирает воспоминания как и о самой ране, так и о том, кто и при каких обстоятельствах ее нанес. Проблема заключалась лишь в том, что драконью метку нельзя убрать, пока она не активна, ее просто не видно даже для магии. Ты носила повязку с глиной два месяца, Лесёнок. И, кто такой Радахан, помнила еще два дня назад. А это значит…

— Что меня искали все это время, — осипшим голосом выдавила я. — И, не добившись результатов, решили воспользоваться банальной поисковой системой… Черт. Похоже, как и когда-то, он снова пытался сделать всё правильно…

— Не грусти, — опустившись рядом на корточки, золотой дракон ободряюще погладил меня по плечу. — Тебя никто не выдаст. Верно, Аттанхэш?

— Как бы ни хотелось возразить, но Аарахарн прав в своих суждениях, — безразлично пожал плечами дроу, возвышающийся надо мной, как гранитная скала. — И дело даже не в службе Алантане. Каждый, кто просит убежище и защиту у народа Забытого леса, получит их сполна. Никто не сможет силой увести тебя отсюда. Даже Великий Князь.

Я долго молчала, прежде чем ответить.

Скажу честно, для меня не стало открытием, что старший наследник знает почти всё обо мне. Обязанность у него такая, да и его природную подозрительность, за которую я его не любила, никто не отменял. У нас вообще с ним были странные отношения: он разумно мне не доверял, а меня бесило его отношение ко мне, как к маленькому ребенку. То есть, он меня либо не замечал, либо смотрел с неизменным снисхождением. Или вообще, троллил и открыто насмехался!

И теперь, после своего рода признания меня как человека, в лучшем смысле этого слова, я была готова свое мнение о нем пересмотреть… Причем настолько, что руку, поданную мне, чтобы помочь подняться, почти охотно приняла.

— Спасибо.

— Не стоит, — дроу в привычной манере едва уловимо повел могучим пестрым крылом. — Это моя обязанность. Нам пора. Владыка ждать не любит.

— Угу, — согласилась я, отряхивая песок со штанов, угрюмо понимая, что рубашку привести в божеский вид так же просто не получится. — Кстати, ребята, я одного понять не могу. Куда глина-то с руки делась?

— Все просто, — отозвался Аарахарн. — Радахан активировал метку, тем самым активировал и глину. И та, выполнив свою задачу, исчезла. Вместе с твоими воспоминаниями. Не грусти, Лисёнок. Ты сама этого хотела.

— Да я понимаю, — наплевав на все и вся, я на миг прильнула к его теплому, дружескому боку. — И, предвосхищая твой вопрос — нет. Рассказывать, что там на самом деле было, мне не надо.

И это было правдой.

В моей памяти крепко отпечаталось, как после применения яда метаморфа и первого поцелуя Дариан уступил мне, и отказался от мысли мучить Агилара пытками…

И выяснять, как там было на самом деле, я не горела желанием.

Наша ссора до сих пор горькой обидой жгла мое сердце, и иногда до слез хотелось, чтобы хорошие воспоминания о кицунэ ее заглушили.

И это, разумеется, совсем не означало, что я готова была его простить! Более того, как бы мне не было больно от нашего расставания с Темным Князем, видеть я его хотела точно так же, как прыщ на кончике носа.

А все последние новости, как назло, одна за другой, будто семафорили со всем отчаяньем «Леся, он за тобой идет!».

Хоть снова собирай вещи, и срочно подавайся в бега.

Нет, мысль, конечно, интересная, и мне, в общем-то, не привыкать… Вот только податься уже точно некуда. И это не преувеличение, это обычная логика. Мест, где нет власти Князя, ничтожно мало. И, я больше чем уверена, за два месяца он успел проверить их все. Не знаю, почему последним по очередности стал Забытый лес — хотя и тут у меня есть мыслишки — но раз его ручной дракон взялся за дело, то очень скоро дворец Владыки посетит сам Темнейший Князюшка, страх и ужас этого мира…

Ну и стоит ли объяснять, почему полчаса спустя, в малом тронном зале, на официальном приеме драконьей делегации, я скорее отсутствовала, чем присутствовала?

Благо хоть долгий опыт трехсотлетней жизни научил меня делать умную моську и кивать в нужных местах приветственной речи и церемониальных расшаркиваний. Но мыслями, естественно, я была далеко.

Правда, я совсем не ожидала, что кое-кто мою растерянность все-таки заметит.

— Чем сегодня заняты мысли моей Таладин?

Я пару раз моргнула, внезапно сообразив, что прием уже давно закончился, и все разошлись. А мы, с моей работодательницей, в силу сложившийся привычки, разбираем почту в ее кабинете. Ну, донесения там, прошения от народа и всякое такое.

Моя задача заключалась в простом: вскрыть конверт и пробежаться глазами по тексту, дабы не упустить ничего оскорбительного, а уж потом передать корреспонденцию Алантане. В принципе, так себе обязанность, несложная. Мне даже специальный амулет-переводчик выдали для этих целей!

Вот только сегодня что-то явно пошло не так. То ли амулет барахлил, то ли я с утра тупенькая… То ли день в принципе не задался! Но только когда меня позвали, я поняла, что уже полчаса стою и тупо пялюсь на три строчки на первом конверте.

А Великая Мать все это время на меня смотрит и ждет!

Стало стыдно.

— Простите меня, Ваше Величество, — я густо покраснела, хватаясь за тонкий ножик с изящной резьбой. К слову, показавшейся мне на миг очень знакомой. — Я сегодня рассеяна.

— Это сложно не заметить, — тепло улыбнулась темная эльфийка. И вдруг, посмотрев, как я зверски потрошу несчастный конверт, повелительно махнула рукой. — Брось это, дитя мое. Лучше присядь и расскажи, что тебя волнует.