Анна Ковалева – Две судьбы. Счастье на осколках надежды (страница 23)
А вот наш Мишка, родившийся еще через три года, был рыжим и зеленоглазым.
— Копия Витеньки, — сказала тогда свекровь со слезами на глазах. Она так растрогалась, что в первые месяцы держала Мишку на руках чаще, чем я.
Лишь со временем успокоилась, привыкнув к сходству внука с погибшим сыном.
А еще через два года я родила нашу красавицу Ульянку.
— Ну хоть кто-то из детей на тебя похож, — приговаривала мама, нянча внучку. И мы все дружно смеялись над этим.
Так что вышло у нас почти как в поговорке: три сыночка и лапочка-дочка.
Мы с Марком были безумно счастливы и не менее счастливы были обе бабушки.
Особенно Елизавета Михайловна, которая почти отчаялась при жизни подержать на руках внуков.
А тут радости — полный детский сад.
И несмотря на то что по крови Саша не был ей родным, любила она его так же, как и остальных.
Даже больше, пожалуй. С Саней у неё были совершенно особенные отношения. Что-то на уровне духовной связи.
Что касается моей мамы, то она продала свою квартиру и перебралась к нам в Новотроицк сразу после рождения Миши.
Но у нее в этом был особый резон. За ней начал ухаживать давно вдовый Андрей Петрович, ну и мама в итоге ответила ему взаимностью.
А я за нее была только рада…
Что касается работы, то с помощью мужа я открыла собственный кабинет и начала практиковать.
И недостатка в клиентах у меня не было.
И, помимо этого, мы со свекровью открыли специальный центр для женщин, переживших утрату близких: мужей, сыновей, братьев.
Погибших, как в бою, так и на гражданке. Это был порыв душ, опаленных болью потерь, и наш вклад в то, чтобы этот мир стал добрее и чище.
И попытка помочь другим найти покой и обрести новый смысл в жизни.
****
Я была счастлива с Марком, очень счастлива. Он делал всё для этого, и не было ни одного дня, чтобы я сомневалась в его чувствах и жалела о своем выборе.
Мы жили, любили друг друга, развивали бизнес и растили детей. И были вполне довольны жизнью.
Осуждали ли меня друзья и общие с Володей знакомые? Я не знала и знать не хотела.
Марк ведь был прав. Главное, что сам Володя не осудил бы. И тот сон был самым ярким тому доказательством.
Он хотел, чтобы я жила и была счастлива. Всё остальное — ерунда.
И всем любителям позлословить хотелось пожелать заняться своей жизнью и никогда не примерить «мои сапоги».
А в остальном Бог им судья.
Главное, что судьба подарила нам с Марком шанс на счастье. И отказываться от такого дара из-за злых языков было верхом глупости…
Но иногда на меня находило странное, меланхоличное настроение. Дети росли не по дням, а по часам, и я всё сильнее начинала за них тревожиться.
И из таких дум меня всегда вырывал Марк.
— Ну и что мы опять хандрим? — спрашивал, подходя и обнимая меня за талию.
— Сама не понимаю, — вздыхала я. — Думаю о том, что ждет наших птенчиков в будущем. Так хочется защитить их от всего на свете.
— Ну, от всего на свете не получится, но всё, что в наших силах сделаем. И вообще, думай о позитивном. Мысли же материальны. Вырастут наши цветы жизни, выучатся, женятся и подарят нам внуков…
— А если опять какая-то чертова война вмешается… — меня аж передернуло от этой мысли. — Или что похлеще…
— Не вмешается… — уверенно ответил муж. — Знаешь, как там в песне? Мы поживем еще на этом свете, даст бог мирное небо нашим детям… Думай в таком ключе, и обязательно всё будет хорошо…
— Всё будет хорошо, — пробормотала я, расслабляясь в объятиях мужа. У Марка очень хорошо получалось снимать мои страхи.
Вот и сейчас тревога уползла, поджав хвост, и я оживилась, ощутив прилив уверенности в том, что у нас действительно всё будет хорошо…
Что всё самое тяжелое и страшное осталось в прошлом, а впереди ждет только синее небо над головой, счастье и спокойствие…
Мы поживем еще на свете
Дай бог мирного неба нашим детям
Да будет так…
Послесловие
Спустя много лет чета Ларионовых стояла в обнимку в толпе других родителей и с неописуемым волнением наблюдала, как Александр Владимирович Ларионцев получает диплом, погоны и звание лейтенанта.
А еще спустя несколько лет они присутствовали на другой торжественной церемонии.
Курсант Михаил Маркович Ларионов принял присягу и дал обет преданности и верности Родине.
Он поклялся свято блюсти воинский долг, мужественно защищать независимость Отечества и свой народ.
Круг жизни замкнулся.
Настали новые времена, жизнь выбрала новых героев.
Александр помнил и чтил память биологического отца, а Михаил — деда и дяди. Они приняли нелегкую эстафету у предков для того, чтобы достойно пройти свой жизненный путь и в свое время передать ее потомкам.
Упавшее во время боя знамя должно быть поднято любой ценой. А ряды защитников Родины должны пополняться.
Чтобы страна могла спать спокойно.
Александр и Михаил готовы служить своей Родине с гордостью и честью. До последнего вздоха, до последней капли крови.
И пока в унисон бьются такие горячие сердца, и из поколения в поколение передаются заветы чести и память о близких, Вечный огонь будет гореть.
А подвиг героев былых времен не будет забыт никогда.