Анна Котляревская – После эпилога (страница 24)

Анна

Я взволнованно наношу красную помаду на губы, рассматривая себя в отражении маленького зеркальца. Почему он не ответил? Сегодня днём. Потому что сложно, да? Сказал, что ему нужно всё взвесить…

Я захлопываю крышку и вздыхаю. Встаю и делаю несколько обеспокоенных кругов по спальне. Я, наверное, слишком многого требую от него? Того, чего и сама не понимаю. То есть, мне сложно представить ход развития наших отношений, поэтому я хочу, чтобы его нарисовал Лука. Да, я похоже впервые в жизни отказываюсь принимать решение. Доверяю ему и хочу, чтобы выбор сделал он.

Да только до самого вечера я прожила с мыслью…, что своими надеждами я загоняю его в ловушку. Что он должен выбрать? Какое решение принять? Мужчина говорил, что не искал отношений как раз потому, что больше никогда в жизни не хотел оказаться перед подобным выбором…

И вот он снова перед ним.

А ещё лишь сейчас я понимаю, что в ловушке не только он, но и я. Всякие надежды – это ловушка. Потому что глубоко в душе я прекрасно знаю какой выбор он примет. Он уже сделал это однажды – с отношениями длинной в пять лет. Со мной – это будет ещё проще…

И самое страшное, что Лука уже это понял. Скорее всего. После моего вопроса он стал отстранённым. Поэтому ужин, который мы запланировали с ним, скорее всего станет казнью для меня. Для моих чувств, надежд и даже противоречий. Я всё прекрасно понимаю, поэтому я должна успокоиться и принять его выбор… Любой.

Я выхожу, тихо прикрывая дверь. Наши взгляды с Лукой сразу же находят друг друга. Они сияют в приглушенном свете. Обоюдно. Мужчина рассматривает маленький вырез на ноге моего короткого черного платья, а после медленно исследует каждый изгиб моего тела до тонких бретелей. От смущения я поправляю волосы и разглядываю его в ответ из-под ресниц. Темно-синие брюки и белая рубашка ему невероятно к лицу. Рукава закатаны, поэтому половина тату виднеется. А ещё он подстриг бороду, которая заметно отросла за пару дней. Очень стильный и сексуальный…

– Красная помада, – хрипло подмечает. – Опасный ход, Ань.

Я снова робею.

Отвожу взгляд и замечаю, что над камином теперь висит гирлянда и горят свечи. На мягком ковре перед камином несколько подушек и маленький столик с вином и пиццей, которую мы приготовили вместе. Вау, картинка из моей мечты…

– Ты так красиво придумал, – тихо сознаюсь.

Лука не перестаёт смотреть на меня. Его задумчивость испаряется и он уверенно идёт ко мне. Вытаскивает руки из карманов брюк и сводит с ума своими словами:

– Ты тоже красиво придумала…

И поцелуем. Им особенно сводит с ума.

Я отвечаю, ощущая как сильно соскучилась по близости с ним. Он имел право на подумать, но мне было тяжело. Я чувствовала себя виноватой и… заранее покинутой. Да, очень сильно накручивала себя, хоть и пообещала себе принять любое его решение. Но сердце знает, что это заблуждение. Не всё оно сможет принять, потому что уже влюблено…

– Голодная? – интересуется мужчина.

И только сейчас понимаю, что да. Кусок в горло не лез после того, как Лука отстранился, поэтому за день ничего толком не съела.

– Очень хочу попробовать, что у нас получилось, – улыбаюсь.

Он растягивается в улыбке в ответ и сплетает наши пальцы. Целует мою руку и ведёт к столику. Мы усаживаемся перед камином. Лука наливает вино в бокалы и передаёт один мне.

– За тающие льды в самом эпицентре Антарктики, – подмигивает он.

Я смеюсь.

Там больше ни одного ледника, Лука Тавади. Ни одного, слышишь?

– За нас, – серьёзней добавляет он. – За самую неожиданную, но самую важную встречу в нашей жизни.

Я его слова разбираю на звуковые частицы и впитываю со вдохом.

– Согласна, – тянусь бокалом к нему и принимаю тост.

Делаю глоток и прокручиваю в пальцах бокал. В нём отражается огонь от камина. Потрескивание действует успокаивающе, и я поднимаю взгляд на Луку. Я смотрю на человека, который ещё три дня назад был незнакомцем для меня. Всё так изменилось. Даже перевернулось. Ощущение, что мы всегда с ним друг друга знали…

Мы всегда друг друга искали. В каждой прожитой секунде.

И теперь, когда нашли… Разве сможем отпустить?

– Ты так смотришь на меня, – мужчина облокачивается на подушки и касается моей руки.

Я отставляю бокал и позволяю ему играться с подушечками моих пальцев.

– Как так? – интересуюсь тихо.

Я, конечно же, знаю как. Но я хочу услышать как он к этому относится.

– Твой взгляд осуществляет мечты, детка, – выгибает лукаво бровь. – Мои…

Опять смущает меня.

– Можешь так почаще смотреть на меня? – поглаживает мою ладонь.

– Мне кажется, уже по-другому не смогу…

Чёрт побери. Вот эти два слова в его ответном взгляде. И я не знаю, что это значит.

– Иди сюда, детка, – просит он.

И я послушно целую его. Дрожу, оказавшись в его объятиях. И почти задыхаюсь от мысли, что могу потерять это всё.

– Прости, – он вдруг останавливается, а у меня сердце замирает. – Знаю, я был «далеко»… Но теперь я здесь, – заверяет мужчина, поглаживая мои волосы и медленно спускаясь по спине. – Я не хочу быть причиной твоих страхов, слышишь? Хочу быть тем, кто поможет тебе бороться с ними…

У меня уголки глаз увлажняются.

– Лука, – шепчу. – Ты и так сделал многое… больше, чем кто-либо.

Это правда. Никто бы так не смог, как он. Ни у кого не получалось прикоснуться к моему сердцу так.

– Сегодня ты спросила, что мы будем делать дальше… – мужчина мягко накрыл мою щеку ладонью и заглянул в мои влажные от чувств глаза. – Будем делать то, что тебе хочется, – неожиданно отвечает он. С непоколебимой уверенностью и самой тёплой улыбкой. – Если ты хочешь остаться здесь – останемся. На неделю, месяц, год, – подмигивает. – Захочешь уехать? Давай уедем. Куда хочешь? Может кругосветное путешествие в автодоме, что скажешь? Интересно звучит?

Слеза течет по щеке. Мне это всё не слышится? Шокирована.

– Я не слишком много вариантов сформировал, надеялся ты мне поможешь, – улыбается Лука и вытирает мою слезу большим пальцем.

Я накрываю его ладонь на своей щеке и шепчу:

– Но-о… Лу-ука, – голос не слушается. – Как же твой фильм?

Он даже не моргает. Не перестаёт окутывать своим теплом.

– Откажусь, – спокойно отвечает. – Это не лично мой проект, меня пригласили. Так что выплачу неустойку. Нестрашно. Не последний же фильм…

– Боже, Лука…

Я не знаю, что говорить. Я в панике. Я не ожидала такого решения от него. Я не считала, что достойна подобного решения. Не понимаю как реагировать. Мне кажется, я подвожу его…

– Ань, – мужчина серьёзно обращается ко мне, всё читая в моём взгляде. – Я же понимаю почему ты не хочешь лететь в Хорватию. Это не твоя история, а моя. Ты хочешь найти своё – и это более, чем правильно. Но я… – он сжимает мои щеки и хмурится с надеждой. – …хочу быть частью той истории, которую ты найдёшь. Которую ты напишешь для себя, девочка. Я хочу написать её вместе с тобой…

Я плачу. Заливая пальцы Луки Тавади счастливыми слезами. Мои красные губы растягиваются в улыбке, а нос с шумом втягивает воздух.

– Да и отдых мне не помешает, как думаешь? – подмигивает мужчина.

Я смеюсь и киваю головой. Лука целует мои заплаканные губы.

– Всё хорошо, слышишь? – прижимается ко мне лбом. – Всё лучше, чем было у нас прежде. И теперь всегда так будет.

– Я не хотела заставлять тебя выбирать, – почти клянусь. – Это было глупо и…

– Ань, я выбрал ещё в тот момент, когда остановил поезд, – перебивает меня Лука. – Поверь я ещё никогда не подставлял так людей. Ещё никогда не было так плевать…

Я кручу обессиленно головой.

– Я во всём виновата…

– Да, с первого взгляда стала виновницей, – улыбается. – Ну и к черту. Запомнила, девочка? Могу себе позволить. Хочу позволить своему сердцу…

– Ты сошёл с ума… – шепчу.

– Ты уже говорила, – хмыкает.