Анна Котляревская – Даже Дьявол заслуживает на любовь (страница 37)
Я сжала вилку так сильно, что казалось она сломается.
– Причем тут Темный мир? Ты думаешь Дьявол виноват в том, что родители отказываются от своих детей? Или в том, что водители сбивают людей на улицах, делая из них калек? Или в том, что люди болеют, ведя просто ужасный образ жизни? – да, конечно, я понимала, что существуют и совершенно иные ситуации… Но все же я считала, что нельзя полностью снимать вину с людей, за поступки, которые они совершают.
– Ева! – воскликнула мама. – Не время для этого… – мама испуганно глянула на Люциана.
– Не переживайте обо мне, – тут же сказал мой мужчина. – Отец рассказывал об особенностях вашей дочери, все в порядке.
– Правда? – мама расцвела на глазах. – Люциан, ты просто не представляешь как мы благодарны твоему отцу!
Он лишь коротко кивнул, и мама продолжила:
– Вчерашний пожар в церкви – это такая трагедия. К счастью, многое уцелело. Но мы хотим открыть еще один фонд по восстановлению утраченного, – болезненно рассказывала мама. – Пожарные до сих пор разгребают завалы… нужно молиться, чтобы там никого не нашли, – мама сложила руки перед собой, а Люциана передернуло.
– В церкви переживают, что это дело рук ведьм, – осторожно сказал папа, обращаясь ко мне.
И я даже знаю какой, мой милый папочка…
– Демон исчез неспроста… Это не могло совпасть с днем пожара просто так, – продолжил он.
– Вы ведь готовы были убить его? – не выдержала я и задала вопрос в лоб.
– Мы бы отправили его к Богу, Ева. Это не убийство, – поправил меня папа.
Лиам Дэвис был так спокоен, но он даже не представлял… что только что поджег фитиль бомбы, находящейся внутри меня.
Люциан схватил меня за руку под столом. Но было поздно…
– ЭТО УБИЙСТВО! – закричала я и моих родителей передернуло от порыва ветра, который исходил от моей магии.
– Ева, Господи… – взмолилась мама.
– А что вы думали? Вы думали, что я приму тот факт, что церковь устроила охоту на демонов и ведьм? А мои родители организовывают благотворительные фонды, которые скорее попахивают идиотизмом? Или то, что мои родители убивают таких, как я?! ВЫ СЧИТАЕТЕ Я ДОЛЖНА БЫЛА ЭТО ПРИНЯТЬ?
Никогда в жизни… Никогда я не кричала на своих родителей. Тем более, не применяла магию к ним… Но в этот момент я была так зла. Впервые я была зла на своих родителей. И по правде говоря, я их просто ненавидела.
– Ева, мы надеялись, что ты поможешь нам, – все также спокойно сказал отец.
– Что? – в каком это смысле?
– Доченька, ты ведь приняла покаяние. И мы подумали… что ты поможешь нам, что ты… расскажешь нам все, что знаешь… – мама как-то одержимо смотрела на меня.
Кажется, Люциан рядом был ошарашен так же сильно, как и я.
– Поэтому, если ты знаешь, кто это сделал… скажи нам… Кто поджог церковь и освободил демона? – папа не понимал, что творит задавая мне этот вопрос.
Я переглянулась с Люцианом. Он видел бурю во мне и не собирался гасить ее. Он давал мне выбор… И я его принимала.
– Я!
– Что? – мама растерянно закрутила головой.
– ЭТО СДЕЛАЛА Я!
Наступила тишина.
– Это предательство, Ева… По отношению к Богу… По отношению к тому, за что мы боремся… – папа выглядел потерянным.
– Вы боретесь, а не я.
– Твоя черная душа – это наказание для нашей семьи, – сказала мама и разрыдалась.
Сложно описать словами, что я чувствовала в этот момент. Было больно, одиноко, пусто. Гнев продолжал бурлить во мне смешиваясь с отчаянием.
–
Мама закричала от ужаса, а папа прикрыл ее.
– Ева, – Люциан подорвался с места и заглянул мне в глаза. – Этим ты ничего не добьешься.
– А я и не пытаюсь. Просто хочу, чтобы они видели, кто я такая. Потому что все эти годы я бессмысленно скрывала свою сущность ради нашей семьи, – прошипела я.
– Церковь не простит тебя, Ева! – громко сказал папа, поднимая новую бурю во мне. – И даже Люциан не сможет повлиять на это…
– Аахахахахахах! – я смеялась и раскаты грома разносились по небу. – Я ведьма отец! А Люциан колдун! – родители смотрели на нас обезумевшими глазами.
Люциан взял меня за руку, чтобы поддержать. Мы переглянулись, и его глаза сверкнули в ответ.
– И поверьте нам более чем наплевать, простит церковь нас или нет! – зло кричала я. – Все эти годы я скрывала свои силы, ходила в церковь, была отчасти такой, как хотели вы… только ради вас! Потому что я любила Вас! Потому что я верила в то, чему вы меня научили! Потому что даже переступая порог этого дома, я искала добро в мире! Но его нет… Его просто нет! Потому что даже мои собственные родители готовы убивать! А моя церковь следует воле Божьей, которая просто не вписывается в понятия о добре! Вы все свихнулись! И я не знаю Бог вас такими сделал или вы неправильно поняли Его волю… но вы обезумели! – вот я и сказала все, что думаю… и как я и думала, это был взрыв.
Родители вжались в стулья от ужаса. Они не узнавали свою дочь. В их глазах я видела отвращение и разочарование. Я видела в них страх…
– Я уезжаю, – сообщила я, осознавая, что мы больше не сможем жить под одной крышей. Мы больше не сможем быть семьей. – Я переезжаю в ковен.
– Ты… Ты… – мама заикалась. – Ты готова… бросить… семью… бросить… свою веру… ради Дьявола?
– Нет, как раз наоборот, – спокойно ответила я. – Я готова бросить свою семью ради своей веры. Потому что ваша вера – не моя вера. И дело не в Дьяволе или в Темном мире. А в том, что вы просили меня никогда не переступать черту, а сами переступили ее. И может вы так не считаете, но для меня это была черта.
– Ева, Дьявол посеял эти мысли в твоей голове… – начал говорить отец, но его телефон зазвонил. – Это из церкви, – сказал он.
Он принял вызов, а уже через пятнадцать секунд обратился к нам…
– Его Святейшество мертво. Адам в больнице. Они были в ночь пожара в стенах церкви. Ева, что ты натворила…
Меня окатили кипятком. В церкви не должно было быть никого… Там просто не могло никого быть… И что они вообще вдвоем делали там ночью?!
Сказать честно, мне было наплевать на Его Святейшество. На него и на всех первосвященников. На каждого члена этого дебильного общества мне было наплевать! Но из-за моего поступка погиб человек… готовый убивать других… но все же человек!
– Мне жаль, – сухо ответила я.
– Тебе жаль? – разозлился отец. А мама вновь зарыдала.
– Да, мне жаль, что ваш Бог не смог спасти вашу церковь и вашего Святого. Мне жаль, что вы живете в иллюзиях.
– Ева, ты просто исчадие Ада! – возмутился Лиам Дэвис. А Люциан рядом со мной напрягся.
– И вы его породили… – прошипела я, сжимая кулаки.
Я начала разворачиваться. Я больше не могу здесь находиться. Собираю вещи и уезжаю в ковен!
– Стой! Каждый должен платить за своих грехи! Мы сейчас же везем тебя к первосвященникам!! – завопил отец и чуть ли не накинулся на меня.
Люциан оттолкнул его.
– Даже не думайте! Ваша дочь сейчас соберет свои вещи и уедет со мной. И вы не будете этому препятствовать, – грубо заявил Люциан.
– Ты! – папа рычал как дракон. – Еще одно исчадие Ада! Предатель слова Божьего! Да какой ты пастырь!! Бог накажет тебя!!!
– Он уже пытался, – ухмыльнулся Люциан. – Получилось так себе.
Мама и папа в страхе смотрели на моего мужчину, потому что его глаза зажглись огнем. Папа больше не пытался накидываться на меня.
Я побежала в комнату и быстро собрала все свои вещи. Как оказалось их было не так уж и много, потому что половина из них принадлежала Еве – католичке. А я ею уже не была и никогда не буду.
– Ева, ты совершаешь ошибку. Одумайся, умоляю в последний раз! – взмолилась мама, когда я уже начала переступать порог дома. – Мы же все тебе дали! Мы воспитали тебя! Мы не виноваты, что ты такая!
Я развернулась на каблуках к маме. Да, теперь я была собой во всей красе. И темно-красные губы тихо прошептали в ответ:
– И я очень благодарна за все, что вы сделали для меня. И вы правы – вы не виноваты. Но это не значит, что наша семья обязана жить во лжи. Я выбираю правду, пускай она и разрывает нас на разные миры. Прощайте, мама и папа.