Анна Коробкова – Тайна особняка Блэк (страница 3)
Джессика отступала к углу подвала, сжимая в руке фонарь. Мэг, вернее, то, что ею притворялось, приближалось, её движения напоминали паука, изучающего добычу.
– Она всегда знала, – шипело существо. – Каждое лето в доме… Игры в прятки с тем, что пряталось в шкафу. Она
– Врёшь! – выкрикнула Джессика, но в памяти всплыли детские фото Мэг: всегда с тенью за спиной, всегда с взглядом, устремлённым куда-то за кадр.
– Её девичья кровать стояла над
Внезапно дверь подвала с грохотом распахнулась. На пороге стоял Леонид с кинжалом в дрожащих руках.
– Она не Блэк! – закричал он. – Её мать… Её мать была
Мэг вздрогнула. На миг в её глазах мелькнул знакомый страх.
– Бей сейчас! – Эдит материализовалась рядом, её призрачная рука обвила запястье Джессики. – В сердце!
Джессика выхватила кинжал у Леонида и ринулась вперёд. Лезвие блеснуло, но вместо груди Мэг оно вонзилось в тень за её спиной.
Раздался вопль, от которого задрожали стены. Чернота стала стекать с Мэг, как смола, а плита под костями раскрылась, затягивая тьму вглубь.
– Закрой! – Эдит толкнула Джессику к плите. – Его имя! Скажи его имя!
Но как назвать то, что не имело имени?
Мэг рухнула на колени, рыдая. Леонид подхватил её, а Джессика, дрожа, достала из кармана обгоревший лист из дневника Эдит. Там, под пеплом, виднелось слово, которое она не замечала раньше:
«Он – Тот, Кто Ждёт. Но даже ожидание может быть цепью».
– Закрыто, – прошептала Джессика, и плита с грохотом захлопнулась.
На полу остался лишь медальон Мэг – тот самый, с фото 1995 года. На обратной стороне, мелким почерком Эдит, было написано:
«Прости. Ты была моим планом Б».
Утром город проснулся, ничего не подозревая. Но в библиотеке, на столе у Джессики, лежала новая газета. В разделе хроник:
«Семья Блэков объявляет о возвращении в родовое поместье».
А на полке за её спиной тихо зашелестели страницы книги, раскрывая главу под названием «Наследники».
Тишина в подвале повисла густым покрывалом. Мэг, всё ещё дрожащая, сжала медальон в ладони, её пальцы белели от напряжения. Леонид молча смотрел на запечатанную плиту, словно ожидая, что тьма снова вырвется наружу. Джессика подняла фонарь, луч света выхватил из мрака надпись на стене – свежую, будто выцарапанную когтями:
«Я ВЕРНУСЬ ЗА ТЕМИ, КТО НОСИТ МОЁ КЛЕЙМО».
– Что это значит? – прошептала Мэг, но Леонид уже шагнул к выходу, его лицо было каменным.
– Ты носишь его метку, – сказал он, не оборачиваясь. – Как и я. Как все Блэки.
На пороге архива их ждал конверт. На нём не было марки, только печать в виде змеи, пожирающей собственный хвост. Внутри – фотография особняка, сделанная в ту же ночь. В окнах горел свет, а на крыльце стояли три силуэта: мужчина, женщина и ребёнок. Лица стёрты, но подпись гласила:
**«Семья Блэков рада возобновить традиции. Ждём в гости».
– Это невозможно, – Джессика перевернула снимок. На обороте кровью было выведено: «Спасибо за ключ».
Мэг вскрикнула, роняя медальон. Тот раскололся, и изнутри выпал крошечный ключ – точь-в-точь как тот, что они нашли в доме.
– Эдит… – прошептала Джессика, поднимая его. – Она оставила это не просто так.
Леонид взял ключ, его пальцы дрожали:
– Это от комнаты в западном крыле. Той самой, где Эдгар хранил договор.
Ночью Джессика стояла у окна библиотеки, глядя на особняк. Огни в его окнах мигали, как насмешливые глаза. В руке она сжимала ключ, а на столе лежала открытая книга с гравюрой: десятки людей, склонившихся перед тенью с короной из костей. Подпись:
«Род Блэков присягает Тому, Кто Ждёт. 1701 год».
За её спиной послышался шорох. На полу, в луже лунного света, шевелилась её собственная тень. Медленно, слишком медленно, она повернула голову и
– Всё только начинается, – прошептала Джессика, хлопая книгой.
А в особняке Блэков ребёнок в окне поднял руку, указывая прямо на неё.
Глава 3: Тени рода Блэков
Особняк Блэков возвышался над Риджвиллом, как гнилой зуб. Его окна, затянутые паутиной, сверкали в лунном свете, будто следили за Джессикой и Мэг, пока те пробирались через заросли крапивы к западному крылу. Ключ, найденный в медальоне, жёг карман Джессики.
– Ты уверена, что это сработает? – Мэг сжала фонарь так, что костяшки пальцев побелели.
– Нет, – коротко ответила Джессика, вставляя ключ в заржавевший замок. – Но если Эдит оставила его, значит, здесь есть ответы.
Дверь скрипнула, открывая коридор, заваленный ящиками с табличками «Архив 1700–1800». Воздух пахнул ладаном и гнилью. На стене висела карта, на которой Риджвилл был обозначен как «Капище Того, Кто Ждёт».
– Смотри, – Мэг провела пальцем по странным символам вокруг карты. – Это же знаки из подвала…
– Не трогай! – Джессика отдернула её руку, но было поздно. Символы засветились кровавым светом, и стены задрожали, обнажая фрески: люди в звериных масках, танцующие вокруг ямы, из которой тянулись чёрные щупальца.
– Они поклонялись
Грохот прервал её. Ящики сами распахнулись, и из них посыпались кости. Не человеческие – слишком длинные, с крючковатыми суставами.
– Жертвы, – прозвучал за спиной мужской голос, и Джессика обернулась.
В дверном проёме стоял Эдгар Блэк. Его лицо было полупрозрачным, а в груди зияла дыра, из которой струился чёрный дым.
– Вы разрушили баланс, – его голос звучал как скрип ветвей. – Теперь
– Мы ничего не разрушали! – выкрикнула Джессика, но Эдгар исчез и мгновенно материализовался в сантиметре от неё.
– Вы освободили Эдит, – прошипел он. – А её место должно занять другая душа. Верните её, или к рассвету в городе умрут десять невинных.
Мэг шагнула вперёд, её голос дрожал:
– Эдит спасла вас всех! Она стала жертвой вместо других!
Эдгар рассмеялся. Звук напоминал треск ломающихся костей.
– Жертва? – Он махнул рукой, и стены поплыли, показывая сцену: Эдгар в XIX веке, подписывающий пергамент чернилами из своей крови. – Мой договор
На фреске за его спиной возник образ Мэг – ребёнком, спящей в комнате с тенью над кроватью.
– Она, – указал Эдгар на Мэг, – должна была умереть в семь лет. Но Эдит украла её судьбу. Теперь дом требует долг.
Джессика сжала кулаки:
– Мы не отдадим её.
Эдгар склонил голову, и вдруг его лицо рассыпалось, обнажая череп с выжженными рунами.
– Тогда город станет алтарём.
Он исчез, оставив на полу лужицу чёрной воды. В ней отражались лица жителей Риджвилла: библиотекарь, дети с вечерних мероприятий, старик-пекарь… Все они плавали в вязкой жидкости, как мухи в смоле.
– Что будем делать? – Мэг упала на колени, всматриваясь в воду. – Я не могу позволить им умереть…
– Нет, – Джессика схватила её за плечи. – Это ловушка. Эдгар хочет, чтобы ты
Но даже она сомневалась. На столе среди костей лежал пергамент – тот самый договор Эдгара. Внизу, под его подписью, кровью было выведено:
«Жертва: Мэг Грей. Дата: сегодняшняя ночь».