Анна Корбан – Тайна Белого сектора (страница 2)

Ребята с энтузиазмом обсуждали предстоящие задачи. В Зелёном секторе всегда было много работы, и сегодня их ждал насыщенный день. Яблони, чьи ветви гнулись под тяжестью плодов, требовали особого внимания. Их нужно было бережно собирать, чтобы сохранить урожай до того, как закончится предыдущий.

Кустарники ягод уже отцвели, их нежные лепестки опали, уступив место сочным плодам. Скоро они уйдут на покой, готовясь к цикличному сну. Но сейчас, в период сбора урожая, их красота была особенно яркой и завораживающей.

Овощной блок, расположенный в конце сектора, нуждался в ручной обработке. Здесь каждый овощ требовал индивидуального ухода, чтобы вырасти крепким и здоровым. Молодые люди знали, что их труд не останется незамеченным – свежие овощи украсят столы жителей и подарят им радость и здоровье.

Так, под шум листвы и аромат цветущих растений, молодые люди продолжали свой путь, полные решимости и энтузиазма. Впереди их ждал целый день работы, но они знали, что каждый час, проведённый в Зелёном секторе, станет для них настоящим подарком.

Кальмия села на скамейку у фонтана, её длинные тёмные волосы рассыпались по плечам, а глаза закрылись, наслаждаясь тёплым светом освещающих ламп. Девушка улыбнулась, и острые черты её лица будто стали мягче.

– Знаешь, Солнышко, я безмерно рада, что мы живём здесь, – произнесла Кальми, её голос был наполнен теплотой и благодарностью. – Это место – наш дом, наш маленький уголок счастья.

Джейсон, сидевший рядом, обнял подругу за плечи и нежно погладил по голове. Его взгляд был полон заботы и любви.

– Я тоже рад, – сказал он, слегка улыбаясь. – Но мне кажется, что самое важное не в том, где мы находимся, а в том, что мы есть друг у друга. Будь мы хоть под куполом, хоть за ним, главное – это наша дружба и поддержка.

Девушка подняла голову и посмотрела на небо. Её глаза светились задумчивостью и благодарностью.

– Джей, посмотри на это небо, – сказала Кальми, её голос стал немного тише и серьёзнее. – За пределами Фермы мы бы не выжили. Здесь, под куполом, мы защищены от всех невзгод. А что уж говорить о счастье? Оно возможно только здесь, в этом маленьком, но таком прекрасном мире!

Как говорил ОН, любить всех жителей нужно одинаково, иначе мы вернёмся к тому, с чего начали. Но могу ли я так? что если Джей в моём сердце занимает особое место? Но ведь это бред! Любви между мужчиной и женщиной не существует, это старая выдумка наших прародителей.

Джейсон замолчал, вспоминая историю, рассказанную матерью. Он посмотрел на Кальмию, и в её глазах мелькнуло понимание. Она сидела рядом, опершись локтями о колени и обхватив голову руками. Её тонкие пальцы нервно теребили край тёмно-зелёного платья.

– Мама мне однажды рассказывала историю, – нарушил тишину юноша, но голос его звучал неуверенно, словно он сам сомневался в правдивости рассказа. – У неё была подруга, тоже из Зелёных. Они вместе родом из Детского сектора, всегда были неразлучны. Ходили на фестивали в честь Него, трудились на третьем участке, где сейчас работают Милли и Мистер Джон.

Джейсон замолчал, вспоминая, как мать рассказывала эту историю, и Кальмия, уловив паузу, понимающе кивнула.

– Так вот, – продолжил парень, – эта девушка была очень ответственной. Всегда жила по правилам, ни одного нарушения не было. Представляешь?

– А такое возможно? – Кальмия усмехнулась, но в её голосе сквозила ирония. – Даже я когда-то отказала работать в нашем секторе. Шуму было…

– Да, я тоже удивился, – Джейсон рассмеялся, но в его смехе было что-то тревожное. – Но однажды она неправильно рассчитала дозировку удобрений и сожгла целый участок. Ты представляешь? Месяцы работы пошли прахом из-за маленькой ошибки.

Кальмия ахнула, представив масштабы катастрофы. Её лицо побледнело, а глаза расширились от ужаса.

– Там тоже поднялся шум, – продолжал Джейсон, – было собрание, на котором решали её судьбу. Я не помню точно, что там было, но закончилось всё хорошо. Единогласным решением её оставили в Зелёном секторе, правда, больше не подпускали к удобрениям.

– Джей, это ужасно! – Кальмия сжала кулаки. – Такая безответственность! Великий Он!

Её голос дрожал, но в нём слышалась не только тревога, но и восхищение добротой жителей Фермы. Девушка посмотрела на Джейсона, и её взгляд стал ещё более беспокойным и заинтересованным.

– А что с ней сейчас? – спросила она, стараясь не показывать страха. – Они всё ещё дружат с твоей мамой?

– Нет, – Джейсон вздохнул. – Она натворила что-то ещё, и её отправили в Чёрный сектор. Теперь она трудится там, где-то на той территории.

Юноша указал рукой в сторону, но оба знали, что с их места увидеть Чёрный сектор невозможно. Это место было окутано тайной и о нём ходили довольно жуткие слухи.

– Как хорошо, что наше общество даёт такие шансы, – задумчиво произнесла Кальмия, но её голос дрожал. – Но я всё равно беспокоюсь… Не хочу тебя потерять…

Сжав губы, девушка замолчала, но Джей почувствовал, как её рука дрожит в его ладони. Он крепче сжал её пальцы, пытаясь передать свою поддержку.

– Если бы это было возможно, – начал Джейсон, но его голос звучал неуверенно, – Ты бы хотела сбежать отсюда? Мы могли бы основать свой город, со своим куполом и последователями. А может, даже…

Но Кальмия не дала ему договорить. Она резко одёрнула руку и, встав со скамейки, подошла к фонтану. Её пальцы коснулись прохладной воды, и она начала медленно водить рукой по поверхности, словно пытаясь найти в ней успокоение.

– Помни про индекс, – тихо произнесла она, не оборачиваясь. Голос девушки дрогнул, а на глазах навернулись слёзы, ведь она прекрасно знала, что подобные слова могли привести к печальному исходу для её дорогого друга. – Твои слова о побеге… Это невозможно и очень глупо.

Джейсон нахмурился, но ничего не сказал. Он понимал, что Кальмия права. Их общество было слишком строгим, и любое нарушение могло привести к серьёзным последствиям. Но в глубине души юноша не мог не мечтать о свободе. Хотя именно в этот момент он пожалел о том, что произнёс эти ужасные мысли вслух.

Что же я натворил… довёл её до слёз своими фантазиями. Она всегда отворачивается, когда ей становится грустно. В прошлый раз Кальми не разговаривала со мной целый день. Но я должен, нет, просто обязан как-то подготовить её к тому, что нам придётся расстаться. Какой же я дурак… нужно было пахать ради индекса! В прямом и переносном смысле. А теперь… я не успею ничего исправить за эти два дня.

Глава 2

Вода в фонтане тихо шумела, словно пыталась успокоить невидимое напряжение между двумя друзьями. В её мелодичном журчании чувствовалась глубокая, почти нереальная энергия, которая, казалось, пыталась проникнуть в души молодых людей, стоящих рядом. Серое небо, затянутое тяжёлыми коричневыми облаками, напоминало Кальмии о важности заботы о Ферме и её жителях. Она знала, что Ферма – это не просто город, а сердце их оставшегося мира, и её благополучие зависит от каждого из них.

Мимо проходили юноши и девушки, почти её ровесники. Они бросали косые взгляды на Джейсона и Кальмию, не спешащих на свои рабочие места. В их перешёптываниях звучало неодобрение, как тихий, но настойчивый шёпот ветра. Бездельничать ранним утром здесь считалось почти преступлением, нарушением прописанных правил, которые хранили всех от возможных бед и невзгод.

Осторожно и неуверенно Джейсон подошёл к подруге и слегка приобнял её. Его мысли метались, как листья деревьев под вентиляцией, заглушая друг друга. Осознание неизбежной разлуки пронзило его с такой силой, что казалось, будто тысячи ножей с особой жестокостью проникали в его сердце. Парень почувствовал, как внутри него что-то сжалось, и понял, что должен найти решение. В этот момент, словно по воле судьбы, в его сознании начал складываться план, который мог бы смягчить грядущее расставание хотя бы для Кальми.

Юноша перехватил мокрую от воды руку подруги. Его прикосновение было лёгким, но в нём чувствовалась глубокая, почти отчаянная решимость. Девушка вздрогнула и подняла на него взгляд. Её глаза были полны вопросов, но она пока не могла понять, что происходит. Это аккуратное прикосновение было наполнено глубоким смыслом, который, возможно, ещё не до конца осознавал даже сам Джейсон.

Теперь он отчётливо чувствовал, как время ускользает, словно песок сквозь пальцы. Он знал, что каждое его слово и движение должны быть выверенными, как шаги на усаженном семенами поле. Джей понимал, что сейчас решается нечто большее, чем его судьба. Он был в ответе за чувства другого человека, и права на ошибку у него не было.

– Я подниму свой индекс! Я успею! Обещаю тебе! Вот увидишь, завтра меня оставят здесь, и мы ещё несколько лет сможем ходить с тобой в Общий сектор на занятия, я буду играть тебе по вечерам на гитаре и есть твоё мороженое. В Зелёном стану лучшим работником! Все твои растения будут удобрены, политы и горячо любимы мной! – Джейсон гордо поднял голову на последнем предложении, и его глаза блеснули решимостью. Девушка рассмеялась, её звонкий смех эхом разнёсся по округе.

– Ни в коем случае не приближайся к моим клумбам, вредитель! Я тебе их пока не готова доверить, – Кальми утёрла слезинки, которые выступили на этот раз от смеха. Её голос звучал мягко, но в нём сквозила лёгкая угроза.