Анна Константинова – Мост (страница 13)

Чайник на кухне уже пищал вовсю, а в ванной стрекотал звонок готовности воды. Как же они все достали! Я еще раз провел пальцем по линиям, нарисованным чужой рукой. Жаль, что меня к ней вчера не пустили! Хорошо, хоть Сереге об этом не рассказал, а то ведь подмывало, пока болтали. Так хотелось поделиться! Не знал, что он всю информацию о беседе отправляет в общую базу. Коллеги работают, из соседнего отдела. Даже не обидно. Хватит уже обижаться, это бессмысленно и недостойно современного человека. И не дает ему быть… каким-то там, счастливым, кажется… но зато потом нам всем воздастся. Аминь.

Я встал, запнувшись о домашние тапочки, которые за ночь сами подползли к кровати. Ракшас-демон бы их побрал в самый гадский свой котел, чтобы черти суп себе сварили. Высокоуглеводный. Надеюсь, что их там, в аду, не в записи показывают грешникам?

Я со стоном прошлепал босыми ногами в ванную, дотянувшись по дороге до чайника, и стукнул его по кнопке отмены.

Горячая вода привела мысли в порядок, помогла их выстроить в ряд и вспомнить вчерашнее. Главное и самое неприятное — как я топтался под собственной дверью на морозе. Дурак-дураком. Ментальный недоделок…

И все-таки, она была бы рада меня увидеть. Ну, или хотя бы не против. И уж точно не стала бы оформлять нарушение…

До выхода из дома времени оставалось мало, но я прикинул, что могу выкроить минут двенадцать на одно дело. Должно хватить!

Я достал маркер и вывел на кровати, рядом со смайликом, первые буквы. Я написал «П» потом я написал «Р» и понял, что это было плохой затеей. Потому что на две буквы у меня ушло три минуты из отведенных двенадцати. Я добавил еще «И», которая вышла очень корявой, и быстренько набрал это слово в заметках на коммуникаторе, так как засомневался, что там дальше.

Конечно, всех нас учили писать. Читал я бегло, в отличие от большинства людей. Многие уже давно переключили коммуникаторы на визуал и аудио, благополучно забыв школьную науку.

Надеюсь, что она умеет читать! Я продолжил свое мучение.

«В» у меня изначально пошла какая-то маленькая, и второй крючок поэтому было некуда девать. Продлил палочку. Кто же их такими заковырками придумал? Я не сдавался только потому, что оставлять недописанное слово было глупо.

Нет, беру свои слова обратно. Не хочу я на сто лет назад. Там ведь еще и чернилами писали, перьями! Или уже фло-ма-терами? С трудом представляю, что это, но звучит как адское проклятие.

Когда я, наконец, вывел последнюю палочку на «Т», то в принципе уже приноровился. Она увидит мой привет буквально через полчаса! Я собирался на работу и улыбался, не хуже Шизика. Наверное, я тоже слегка помешался.

Каждые две-три минуты я подбегал к кровати и смотрел на свое творение. А потом меня догнала тревожная мысль. А вдруг она думает, что ее сменщик — женщина. Я вот, например, долго был уверен, что в квартирах селят людей одного пола!

Не знаю, почему для меня это было так важно, но я не хотел ее обманывать в этом вопросе. Поэтому буквально за минуту, поражаясь своей скорости, я закончил фразу: «Привет, я твой сменщик». Так все становилось понятным.

Чтобы успокоить свою технику, я добросовестно съел полный запас углеводов и остальной полезности, что холодильник предложил мне на завтрак, и еще отметил лайками все использованные при этом продукты. Пусть кто-нибудь порадуется. Сегодня весь мир заслужил небольшую удачу.

На работу я ехал сегодня, как на праздник. Все-таки, выходные — это отличный способ набраться сил для плодотворной рабочей недели.

4.2

— Заместитель начальника микроотдела номер 623, вынужден призвать вас к вниманию!

От неожиданности я громко втянул воздух, и офисное кресло сиденье подо мной опасно заскрипело.

— Слушаю очень внимательно, — уверил я Михалыча, хотя это было неправдой.

— Я доводил до вашего сведения, — продолжил он сухо, — что в подведомственном нашему микроотделу районе участились случаи небольших нарушений. Отклонение от нормы составляет около половины процента, с учетом сезонных колебаний. Причем существенная часть данных фактов перерастает затем в более серьезные. Поддержка второго и третьего уровня пользуется все большим спросом у населения.

— Это ужасно! — вполне искренне и со знанием дела подтвердил я.

— Рассмотрите возможные причины отклонения и предложите варианты усиления контроля по нашему профилю, используя уже имеющийся функционал встроенных в бытовую технику устройств. На ближайший рабочий цикл вы освобождаетесь от других задач.

Михалыч вышел из-под моего купола шумоподавления, не дожидаясь реакции на свое задание. Ну, в целом, это разумно. Я не могу ответить отказом, а сэкономленные три секунды за год сложатся… к дьяволу. Вот так задачка. И что же ему предложить?

Я собрал в кучку всю свою фантазию и начал набрасывать идеи, как еще усилить контроль за квартирой. Вся домашняя техника умела записывать звук в высоком качестве. Возможно, стоит подключить автоматический анализатор уровня раздражения в голосе? Или фиксировать время, проведенное человеком в фазе отдыха вне кровати. Кажется, раньше говорили, что дурной сон — признак нечистой совести или неуплаченных долгов перед обществом?

Вдруг представилось, как я буду задумываться, встать ли во время сна лишний раз попить воды или потерпеть до пробуждения, чтобы не раздражать технику, и в душе поднялась серая, тусклая муть. А если вдруг в голосе сменщицы ее холодильник найдет недовольные нотки?..

Мысли мои сбились и опять потекли по приятному и щекотному руслу. Ведь в это самое время она наверняка уже заметила мой привет и, может, прямо сейчас пишет ответ, сколов длинные каштановые волосы в высокую прическу, чтобы не мешались.

Мне сегодня хотелось осчастливить буквально всех, но остальные почему-то не хотели становиться счастливыми. Я скосил глаза на коллег за соседними рабочими местами. Урбан хмуро таращился в свой экран, Элеонора сидела невозмутимо, но в душе, уверен, все еще дулась и наверняка продолжала гнобить мою бывшую… и той досталось из-за меня, бедная девочка. Лишь Шизик улыбался, но это не считается, он по-другому на мир и не смотрит. Элеонора, возможно, и для него продумывает ловушки. Надо будет его предупредить, чтобы не нарывался с ней. А вот моя сменщица — наверняка не склонна выискивать в людях недостатки…

Нужно было срочно взять себя в руки, подумать о работе и выдать начальству пару-тройку достойных предложений. Итак, моя техника дома… задолбала, на самом деле, уже своей поддержкой. Вот если бы как-нибудь вычислить собственную запись в базе и стереть ее к чертовому дедушке… или бабушке? Не важно. В конце-концов, я с этой базой целыми днями работаю, и одна из этих строчек — точно моя!

Моя лучшая и ответственная половина решительно возмущалась от таких предложений и пищала, что я не имею морального права на подобные действия! И не буду пользоваться служебным положением! Мой папа точно бы не одобрил…

Я начал набирать текст о прослушке с подробным анализом, когда экран вдруг заморгал блокировкой, а кресло подо мной завибрировало. Я подскочил.

«Вам необходимо сделать перерыв!.. Вам необходимо сделать перерыв!»

Я быстро огляделся, пытаясь унять гулко бухающее сердце. Гигантский зал по-прежнему бесшумно выполнял множество рутинных задач. Каждый работник под своим невидимым колпаком тишины. Крупные черные номера на столах, за окнами — обычная трудовая ночь. Цикл ночников в самом разгаре. Все спокойны и погружены в работу. Я один испуганно пытаюсь понять, что с моим рабочим местом вдруг приключилось.

«На дополнительный перерыв вам выделено время: 31 минута. Для нормализации уровня эндорфинов проследуйте в спортивный отсек. Для вас зарезервированы тренажеры номер 2 и 17. Выполните, пожалуйста, цикл ежедневных обязательных тренировок в рамках программы гармонизации 2 повышенного уровня.»

Вот так, значит! И тут меня достали! «Обязательных» и «вторая повышенная»! Ну ладно. Я оглянулся еще раз. Никому до меня не было дела. Счастье, что эти программы скрыты и обезличены. Не дай Бог, коллеги узнают.

«За вами зарезервирован шкаф с комплектом спортивной одежды номер 1297, секция А отдела личной гигиены»

Я поплелся на тренажеры, остро ощущая, что это самый последний раз в моей жизни, когда я вообще переступаю порог спортзала. Что-то с этими программами поддержки не так! Или это со мной не ладно? В принципе, общеизвестный факт, что посильные физические нагрузки увеличивают количество эндорфинов. Логично, что их используют в программах гармонизации. Коллеги по соседнему цеху стараются, работают день и ночь, в прямом смысле, между прочим, как и все мы. Наш отдел думает, как нарушения достоверно и быстро зафиксировать и при необходимости задержать виновника, а они соображают, как вычисленным нарушителям помогать. Чтобы человек стал, скотина, наконец-то счастливым!

С ненавистью во взгляде я стукнул по двери спортзала и оглядел громадное полупустое помещение. Виртуальное зеркало во всю стену, ряды аппаратов, больше похожих на орудия средневековой пытки, яркий свет беспощадно заливает место моего позора.

«Обязательная физическая нагрузка», значит!..

Аппарат номер два — обычный тренажер-велосипед — приветливо моргал, ожидая меня.

Полчаса спустя я придумал шесть разнообразных, но малодостоверных способов, как мне освободиться от этого адского дерьма. Кручение педалей аппарата, который от твоих усилий не двигается с места, потому что в принципе не способен к движению, показалось мне символом всей моей жизни. А кровоток в голове так усилил мозговую деятельность, что я готов был прямо сейчас взломать все информационные базы в этом городе и получить доступ ко всем отбивным этого мира.