Анна Кондакова – Пять грязных искусств (страница 19)

– Хорошо. А теперь я отдам тебе твою боль.

После ее слов я снова напрягся, вспоминая, как Херефорд любезно отдавал мне мою боль. Только в разы более сильную. Повторения мне не хотелось.

– Смотри, – шепнула мне Софи. – Смотри сюда.

Зеркальная кожа на ладони женщины покрылась рябью и медленно потекла вниз, собираясь в крупную тугую каплю.

– Стакан, – потребовала Софи. – Дай стакан, Бартоло.

Капля зеркального вещества дрогнула и сорвалась с ладони, полетела вниз. Буквально у самого пола ее поймал Соло, успев подставить стакан. Передал его в руки Софи. Женщина выпрямилась и посмотрела на меня.

– Как ты себя чувствуешь, Рэй?

Я принялся ощупывать лицо. Ни боли, ни крови, ни сломанного носа.

Софи подала мне стакан.

– Это твое. Боль – уникальное связующее звено для любых мутаций. С помощью него можно убивать наверняка. – Она кивнула мне на прощание, повернулась к Соло. – Больше я тебе ничего не должна, Бартоло?

– Нет, Софи. Отличная работа. Впрочем, как и всегда.

Женщина развернулась и быстрым шагом направилась к бару, парой слов перекинулась с официантом и вышла из кабаре.

– Кто она? – не удержался я от вопроса.

– Не твое собачье дело, приятель, – бросил Соло. – Ты хотел выпить со мной? Так приступай к делу.

Пока Софи колдовала надо мной, нам с Бартоло, оказывается, принесли выпивку.

Два фаянсовых стакана и литровую бутылку рома. И чтобы напоить, а потом еще и разговорить здоровяка Бартоло, мне придется изрядно постараться.

С ехидной улыбкой Соло наполнил стаканы до краев. Я же придвинул кресло ближе к столу.

– У меня есть поставщик… – начал я.

Но Соло остановил меня размашистым жестом руки и указал на ром.

– Пей, приятель.

Я смолк.

Взял стакан, несколько секунд смотрел на мутную зеленоватую жидкость. Потом сделал резкий выдох и опрокинул в себя ром.

Какое же дерьмо.

Горло и трахею обожгло едким спиртом, желудок окутало жаром. Чудовищным усилием воли я не позволил себе поморщиться. Поставил стакан на стол и посмотрел Соло в глаза.

Тот усмехнулся.

– Значит, ром твой любимый напиток, Рэй?

– Самый любимый… Бартоло, – выдавил я, еле сдержав кашель.

Соло кивнул и молча выпил свою порцию рома. Причмокнул, выдохнул и снова разлил напиток по стаканам.

– Пей, приятель.

– А обсудить дело?

– Ты сказал: я хочу выпить с тобой, Бартоло. Выпить и поговорить. Значит, сначала пьем, потом разговариваем.

Ах ты ж, сукин сын…

Соло не сводил с меня глаз, а я с него. Моя рука потянулась к стакану, обхватила его и поднесла к губам. Я смотрел на Соло и медленно пил ром.

В глазах заслезилось.

Но жидкость показалась уже не столь обжигающей, пролетела в глотку, а потом в желудок уже по проторенному пути. Внутри порядком пекло, меня бросило в жар, в ногах появилась слабость.

Я оттянул воротник рубашки, испачканной в пыли и крови.

– Слушай, Бартоло, а кто ты по ПГИ?

– Тебе есть разница? – прищурился он. Потом в один глоток осушил стакан рома и смерил меня суровым взглядом: – Если еще раз, Рэй, ты полезешь к Феликсу и его девочкам, ты не проживешь и минуты. И мне насрать, что твою смазливую рожу присмотрела Кай. Я прикончу тебя мгновенно, ты понял?

– Остынь, не нужны мне его девочки. Мне нужно было как-то на разговор тебя вытянуть, – я откинулся на спинку кресла.

Соло метнул в меня выразительный взгляд, но промолчал.

А вот я, залив в себя два полных стакана рома, почувствовал, что начинаю пьянеть. Однако сдавать позиций не собирался.

– Наливай, Бартоло. Чего сидишь?

– Ты ж сдохнешь, малец, – хохотнул тот, заметно подобрев.

Я устроился в кресле поудобнее. В голове приятно зашумело, тепло разлилось по размякшим мышцам. Кажется, моргать я стал чуть медленнее обычного, но нужно было начинать разговор, правда, из интересных предложений у меня имелось лишь одно.

– Ну что? Теперь-то поговорим? – напомнил я Соло.

– Говори, – кивнул тот.

Я внимательно посмотрел ему в глаза.

– Тебя интересуют занимательные голубые пилюли?

Соло посерьезнел, но думал недолго.

– Покажи образец.

Я молча достал из внутреннего кармана пиджака одну таблетку овеума, коротко продемонстрировал ее, прокатав меж пальцев, и тут же спрятал в кулаке. Но этого хватило, чтобы Соло оценил.

– И много их у тебя? – спросил он.

– Смотря сколько тебе нужно, смотря какое количество ты называешь «много», смотря какой у тебя рынок сбыта…

Здоровяк нахмурился.

– Рынок сбыта не здесь. Адепты не употребляют. Но я могу наладить поставки в другое место… – он посмотрел на мой кулак с пилюлей. – Откуда товар?

Я улыбнулся.

– Может, тебе еще и адрес подробный назвать?

– Как провез сюда? – не отставал Соло.

– Ты не те вопросы задаешь мне, Бартоло.

– Где товар сейчас?

– В надежном месте, – еще шире улыбнулся я. – Если договоримся, я принесу часть. Но если меня сожрет Кай, ты его, конечно, не увидишь.

Соло постучал костяшками пальцев по собственному виску.

– Ты ничего не знаешь, парень… Кем бы ты ни был, ты обязан уважать Кай. Она не просто черная вдова, она сдерживает харпагов. И если бы не Кай, их было бы намного больше… во стократ больше. Для борьбы с ними Кай нужны огромные силы. Она получает их вместе с плотью молодых адептов. Нам приходится с этим мириться и добровольно предлагать ей новую кровь. Мы все поклялись ее кормить.

– Это ж сколько народу она сожрала?

– Никто не считал. Но теперь ты в их число не войдешь, если уж на то пошло. Скормим ей кого-нибудь другого.