Анна Кондакова – Охотник на богов (страница 40)
— Тайдер! Они схватили Тайдера! — закричали внизу. Это был голос Декса.
В пыльном вихре, грувим пытался поднять меня в небо, но никак не мог взлететь выше, и я понимал, что если у него всё же получится, то я буду трупом.
— Годф, дай мне силу! — мысленно приказал я.
— Тогда придётся показать, как пользоваться этой силой.
— Показывай! Давай!
И Годфред показал. Только я даже на секунду не мог предположить, какую именно силу он мне даст.
Моё тело внезапно подчинилось Богу Вечной Ярости, перейдя полностью под его управление. Он задрал голову, посмотрев на чёрное брюхо птеродактиля, который цеплялся за моё плечо, а затем выбросил ружьё и взмахнул правой рукой, будто толкая воздух вперёд.
Из ладони вырвалась синяя молния, ударив грувима точно в брюхо! И на этот раз тварь среагировала.
Да ещё как!
Грувим дёрнулся и задрожал, его пальцы на лапах растопырились, будто их разогнула непреодолимая сила. Тварь тут же отпустила меня, и я приземлился на песок и камни, сделав кувырок вперёд. Да, это было больно, очень больно, но зато мне удалось освободиться.
Годфред продолжал управлять моим телом.
Я стоял в густом пыльном вихре, а меня всё плотнее окружали грувимы. Кто-то из них даже приземлился и теперь подбирался ближе, чтобы ударить длинным клювом. Но большинство летали надо мной, как стая ворон, и истерично каркали.
Из-за того, что Годфред умел прятаться, эти твари не понимали, что собираются атаковать не просто мага, а бога внутри мага. Тем лучше. Больше грувимов убьём — больше душ получим.
— А мне нравится твой подход! — заметил Годфред.
Глядя, как монстры смело собираются вокруг, он сжал кулаки, ухмыльнулся и прошептал:
— Бог Вечной Ярости приветствует вас у себя на борту, ублюдки. Спасибо, что выбрали нашу авиакомпанию. И приятного полёта…
На последнем слове он рванул вперёд — на первого грувима, что рискнул его атаковать. Взмах обеих рук — и из ладоней снова вырвались молнии. Раздался оглушительный треск разряда, сверкнула вспышка, и молнией поразило сразу пять особей.
Нет, их не убило.
Годфред был не так силён, как хотелось бы, но твари всё равно шарахнулись в стороны, с криками и карканьем.
— А теперь смотри, как это делается, — сказал Годфред уже мне. — Показываю первый и последний раз. Дальше уже сам.
Пока нас снова не атаковали, он вытянул руки вперёд, открытыми ладонями вверх, а потом начал смыкать пальцы в кулаки. И как только они почти сомкнулись, в моих руках возникло оружие. И это был совсем не гарпун. И не меч.
Пальцы сжали длинное древко боевой косы!
Это было невероятно!
Оружие искрилось синими молниями, а на гигантском ноже блестел крупный человеческий череп с красной жемчужиной, зажатой в челюстях!
Пресвятая Матерь…
Да кто же он такой, этот Бог Вечной Ярости, если у него такое оружие?.. И как теперь объяснить, откуда оно у меня взялось? Пока надежда была только на Мозарта — свалю на то, что это он одарил меня силой, когда сам стал сильнее.
— Должны поверить, деваться им некуда, они на тебя теперь молиться будут, — веско сказал Годфред. — А теперь учись использовать силу. Я помогу тебе, но сражаться ты будешь сам. Готов?
Тело тут же перешло обратно под мой контроль.
— Готов! — Я крепче обхватил древко косы и без промедления бросился в атаку…
Эпизод 19. Мое новое оружие
Грувимы шарахнулись от меня в стороны, но не улетели.
Они будто удивились, что у меня вдруг появилось такое оружие, только никак не могли понять откуда оно взялось.
Тем временем где-то дальше, в красной пыли пустоши, бился Мозарт. Его стрелы мерцали, вспыхивали золотыми искрами беспрестанно, но я чувствовал, что он не справляется.
Грувимов налетало всё больше.
Они уже сожрали те свободные души, парящие в небе как приманки, но было видно, что эти твари прилетели сюда с одной целью — уничтожить меня и Мозарта, пока мы не стали сильнее. И этих грувимов кто-то посылал целыми стаями. Всё небо было чёрным от их тел — его закрыли собой сотни монстров-птеродактилей!
Я всё крепче сжимал древко боевой косы и быстро шёл вперёд.
Как ею сражаться, даже не представлял, но понимал, что один её вид внушает ужас. Я б наверное при виде такой косы в чужих руках захотел бы срочно испариться.
Коса была огромной, клинок изогнутым, широким и обоюдоострым, а по лезвиям с обеих сторон сияла белая полоса. Наверняка, это значило, что резать этим лезвием можно даже броню, а может, и ещё чего посерьёзнее.
К тому же, оружие постоянно генерировало разряды — по древку и клинку сверкали синие молнии, они трещали в воздухе и будто плавили его вокруг меня.
— Ты должен освоить разные техники боя, — сказал Годфред. — Эта коса уникальна, и другой такой не существует. Она умеет меняться при твоём желании и увеличении силы. Форма клинка, его положение и угол, свойство оружия. Но сначала я покажу простые и основные приёмы, а потом ты повторишь. Итак! Приём первый! Я называю его Удар палача от Бога Вечной Ярости! Грувим справа!
Моё тело снова подчинилось Годфреду, и он повернулся вправо.
Там как раз готовился к атаке один из крупных монстров. Он приземлился и приближался ко мне, порой приподнимая крылья, щёлкая зубчатым клювом и издавая грозные утробные звуки — будто хохотал мне в лицо.
Ничего больше не говоря, Годфред рванул прямо на него, одновременно толкая косу вперёд и выставляя блок внешней стороной клинка.
Мощный удар пришёлся точно под клюв.
Грувим запрокинул голову, его шея вытянулась, и монстра тут же парализовало молниями. Этого Годфред и добивался. Он быстро провернул нож косы в один оборот и сделал так, чтобы клинок оказался не перед шеей врага, а за ней. И не внешней стороной, а внутренней. Да ещё и в замахе. Древко прямо в моих руках вместо обычного превратилось в плетение из режущих молний и образовало с клинком смертельный угол.
Это был моментальный захват косой и удар. Сразу насмерть! Тот самый Удар палача.
Шею монстра перерубило, голова упала к моим ногам, огромный клюв щёлкнул в агонии и затих. А потом набок завалилась и громадная туша с крыльями. Меня обрызгало алой горячей слизью из перерубленной шеи монстра. Я поморщился, но не отошёл.
— Ударом палача ты можешь рубить не только шеи, но и запястья рук, держащих оружие, — добавил Годфред, глядя на отрубленную голову.
Но и это было не всё.
Душа, которая почти сразу отделилась от тела убитого грувима, потянулась не к моему перстню-накопителю, а к тому черепу, который был на косе!
Зажатая в его челюстях красная жемчужина раскрылась, как бутон, только это больше походило на голодную пасть, а затем душу засосало внутрь. Реакция моего организма не заставила себя ждать — тело ощутило прилив сил и магии. Это было странное ощущение, будто я жнец самой Смерти, собирающий души.
— Да, так и есть. Жатва началась, коллекционер, — серьёзно произнёс Годфред.
— Это что, накопитель? — ошарашенно спросил я. — Прямо на оружии? Это твой накопитель?
— Нет, он твой. Не забывай, что мы с тобой объединились, а ты маг-коллекционер. Коса принадлежит мне, а накопитель на ней — тебе. Это не я придумал, это придумала природа объединения мага и бога. Но если ты будешь кормить меня душами из этого накопителя, я буду совсем не против. Я как бы не намекаю, я прямо говорю. А теперь продолжим! Второй приём! Я называю его Укол смерти от Бога Вечной Ярости!
На меня как раз кинулся ещё один грувим.
Годфред расправился с ним ещё эффектнее, чем с первым. В прямом замахе он отбил атаку внешней стороной клинка, а потом простым обратным ударом скосил ноги грувима.
Он их просто срезал, как масло!
Ну а следом размахнулся ещё раз, но уже над головой, будто рубил топором, и вонзил клинок остриём в упавшего без ног монстра — точно ему в темечко. Смерть была моментальной.
Этим ударом он будто уколол грувима остриём ножа в череп, после чего душа ещё одного монстра была поглощена оружием.
— Точность — и никакого мошенничества, — констатировал Годфред.
В этот момент я увидел, что один из грувимов зацепил Декса Гарнека когтистыми лапами, оттащил от Мозарта и бросил на землю, чтобы добить его клювом. Гарпун Декс потерял и теперь, лёжа на земле, уворачивался от ударов монстра так быстро, как умел.
Но долго бы он всё равно не продержался.
Усилием воли я подчинил себе своё тело и бросился к Дексу и грувиму.
— Эй! Тварь, смотри на меня!! — заорал я монстру. — Ты же по мою душу пришёл, а не по его!
Годфред был против, что я кому-то помогаю.