Анна Князева – Роман без последней страницы (страница 25)
– Я знаю…
Крюков ухмыльнулся и, обойдя Дайнеку, начал подниматься по лестнице на третий этаж.
– Постойте, – позвала она.
Он обернулся:
– Ну, что еще?
– Я нашла ключ.
– И?..
– Вы не поняли. Я нашла еще один ключ от квартиры.
– Где?
– В кресле между спинкой и сиденьем. А кресло стояло у кровати, где обнаружили труп.
– Он мог попасть туда когда угодно.
– И вы верите в подобные совпадения?
Крюков спустился на несколько ступеней и очень серьезно спросил:
– И все-таки, почему вы решили, что это не Цыбин?
– Я видела того человека в дверной глазок. Он был выше и намного крепче Юрия Цыбина.
– Вы, вероятно, знаете, что у него в кармане обнаружили ключ от той квартиры?
– Знаю. И пока не могу этого объяснить.
За весь разговор следователь впервые улыбнулся.
– Похоже, вы ведете свое расследование?
– Я бы это так не называла. Просто пытаюсь понять. Здесь ничего не сходится.
– Вы разглядели того человека?
– Нет.
– Так о чем же мы говорим?
– Но это был точно не Цыбин.
Крюков спустился еще на две ступени и ступил на площадку.
– Факты – упрямая вещь, это я вам как следователь говорю. Факты и доказательства. Если у вас нет доказательств, значит, нет ничего. Ну, так что?
– Что? – уточнила Дайнека.
– Мы с вами говорили про ключ. Где он?
– У меня дома.
Следователь постарался быть обходительным.
– Вы мне его отдадите?
– Пожалуйста, – Дайнека вернулась к двери, отомкнула ее и пригласила Крюкова в квартиру. – Понимаете, – продолжила она очень серьезно, – завладев ключом, убийца, я уверена, изготовил еще один. Первый отдал Полежаевой, второй оставил себе, чтобы прийти незамеченным и убить ее.
– Ну-ну… А где же ключ-то?
– Минуточку… Я должна досказать. Он все продумал, подождал, пока Полежаева заснет, потом пришел, убил ее, ушел и сам за собой запер дверь.
Крюков посмотрел на часы.
– Пожалуйста, дайте мне ключ и давайте расстанемся.
– Вот он, – Дайнека протянула ему ключ. – Между прочим, вы его не нашли.
– Премного вам благодарен, – следователь откланялся, собираясь уйти.
– Это не Цыбин, – повторила она.
Он безэмоционально парировал:
– Суд разберется.
Крюков открыл дверь и вдруг отступил назад. На пороге стоял Людмилин отец.
– Кто вы? – спросил он.
– Следователь Крюков.
Вячеслав Алексеевич зашел в квартиру и плотно прикрыл за собой дверь. Сдерживая себя, тихо заговорил:
– Как вы смели прийти к моей дочери?
– Папа… – нерешительно встряла Дайнека.
– Молчи! – одернул ее он и приказал Крюкову: – Отвечайте!
Следователь стоял, потупив глаза. Потом поднял взгляд и спокойно ответил:
– Не надо приказывать. Вы здесь не начальник.
– Это мой дом! – гаркнул Вячеслав Алексеевич.
– Никто этого не оспаривает. Ваша дочь сама пригласила меня сюда.
Вячеслав Алексеевич грозно навис над Дайнекой:
– Это так?
Она кивнула.
– Он здесь ни при чем. Я – сама.
– Вот оно как… – Вячеслав Алексеевич взглянул на Крюкова. – Попрошу вас уйти.
– С большим удовольствием, – произнес тот и вышел за дверь.
Глава 21
От вас поступил звонок
С утра в подъезд, где велись съемки, затащили какой-то старый диван, оттуда вынесли шифоньер. Каждый день что-то происходило. Старуха из квартиры на первом этаже дежурила у окна, и как только кто-нибудь проходил, молниеносно выскакивала к входной металлической двери, выбивала из-под нее камень и, будучи научена опытом прошедшей недели, уносила его с собой.
«Сколько же у нее скопилось камней?» – подумала Анастасия Петровна.
Она не одобряла действий злобной старухи. По ее мнению, не нужно мешать работе людей, которые снимают кино для таких, как она, много лет прикованных к инвалидным коляскам, для той же злобной старухи.
«Уж лучше бы телевизор смотрела, чем гадости вытворять».
Анастасия Петровна чуть переместилась, чтобы лучше видеть окна квартиры, где снимают кино. Какой-то мужчина закрывал окно плотной тканью. Так уже делали, и не раз. По-видимому, для того, чтобы днем снимать вечерние сцены.
Анастасия Петровна перевела взгляд и увидела девочку, что жила одна в квартире на втором этаже. Она сидела на диване с каким-то мужчиной. Приглядевшись, Анастасия Петровна узнала ее отца.