Анна Князева – Роман без последней страницы (страница 27)
– А тебе не все равно?
– Нет.
– Ты знала его?
– Видела только раз.
– И ты готова ради него рисковать жизнью? – грустно спросил Вячеслав Алексеевич.
– Не ради него.
– А ради чего?
– Ради справедливости.
Вячеслав Алексеевич порывисто обнял дочь и крепко прижал к себе.
Она мгновенно растворилась в его покровительстве, в его отцовской любви.
– Папочка…
– Знаю, доченька, знаю…
– Мне так не хватает тебя.
– Не бойся. Я смогу тебя защитить. – Он отпустил ее и решительно огляделся.
Дайнека поторопилась заметить:
– На дачу я не поеду!
– Не волнуйся, это я уже понял.
– С чего ты взял, что я нуждаюсь в защите?
– В прошлый раз ты рассказала мне про «Бентли», что стоял у нашего подъезда…
Дайнека поблагодарила Бога, что не рассказала ему про то, что этот «Бентли» чуть не заутюжил ее своими колесами.
– Да, – с готовностью подтвердила она.
Почувствовав некую недоговоренность, Вячеслав Алексеевич изучающе на нее посмотрел. Он хорошо знал свою дочь.
– Предположим, что именно так и было: он только стоял у подъезда…
– Почему предположим? – возмутилась Дайнека.
Она совсем не хотела чувствовать себя конченой вруньей. Утаить часть правды во благо – святое дело. Тем более от признания, что ее стукнули бампером, ничего не изменится.
– Я чувствую, ты чего-то недоговариваешь.
– Просто не думала, что это существенно, – призналась она.
– А теперь?
– Теперь понимаю, что нужно рассказывать.
– Ну, так говори.
– Тот, кто вышел из этой машины – был с охраной…
– Что? – насторожился отец.
– С ним были два человека.
– Ты хорошо его разглядела?
– Нет. Видела со спины, когда он заходил в подъезд.
Отец облегченно откинулся на спинку дивана, но Дайнека добавила:
– Он вошел в лифт и поднялся на третий этаж. Потом я услышала его голос в квартире над нами.
– Там же кино снимают.
– Тогда еще не снимали. Квартира была пустой.
– Но как он туда попал?
– Наверное, у него были ключи, или кто-то ему открыл.
Вячеслав Алексеевич на минуту задумался.
– Хозяин квартиры или член съемочной группы?
– Съемочной группе выдали ключ только следующим утром, когда начался срок аренды. Правда, был еще один – запасной, он лежал в тумбочке, и его украли. Потом я нашла ключ в комнате, где убили Полежаеву.
– Откуда ты все это знаешь?
– Сережа сказал.
– Кто это такой? – Вячеслав Алексеевич придвинулся ближе.
– Заместитель директора съемочной группы.
– Сколько ему лет?
– Лет двадцать…
– Ясно. – Он разочарованно кивнул. – И этот Сережа, конечно же, все знает.
– Мне пришлось ему рассказать. Он первым обнаружил труп Полежаевой и сразу пришел ко мне.
– А ты не думаешь, что он замешан в этой истории?
Дайнека остолбенела, потом с чувством выдала:
– Он не мог.
Вячеслав Алексеевич встал, прошел в ее комнату и вернулся с ручкой и листом бумаги.
– Номер того «Бентли» запомнила? – Он был уверен, что дочь его помнит. Такая у нее особенность: помнить все, даже то, что неважно.
– Пиши… – сказала Дайнека.
Он записал цифры и уточнил:
– Цвет.
– Золотистый.
Вячеслав Алексеевич язвительно усмехнулся.
– По одному цвету можно определить, что внутри – дерьмо. – Набрав телефон, он заговорил в трубку: – Начальника отдела безопасности… Здравствуй, Сережа, запиши регистрационный номер автомобиля, немедленно пробей и срочно сообщи мне имя владельца. Записывай…
Дайнека не вмешивалась в этот разговор. В конце концов, ей тоже хотелось знать, кто хозяин той машины.
Отец продолжал говорить: