Анна Князева – Наследница порочного графа (страница 50)

– Уже выяснили. И, замечу, без вас. Можете не трудиться. Васильева искала документы, подтверждающие ее родственные связи с двоюродной теткой.

– Нашла?

– Нет, не нашла. Поэтому не смогла претендовать на наследство. Так что недвижимости у нее не было, как и денег. Отсюда вывод: убивать Васильеву было не за что.

– Однако ее убили. – Дайнека объяснила: – Это я констатирую.

– Надеюсь, теперь мне можно уйти? – спросил у нее следователь.

– Идите, Игорь Петрович.

– Большое спасибо! – Галуздин удивленно покачал головой, как будто не доверяя происходящему.

Решив проводить его, Дайнека вышла в гостиную, где уже работал телевизор и за несколькими столами пансионеры играли в лото и в карты.

– Людмила Вячеславовна! – к ней подошла Артюхова. – Позвольте презентовать две контрамарки на спектакль, в котором у меня хорошая роль. Спектакль состоится завтра. Простите, что не сообщила заблаговременно, но уж так получилось. Поехать можете в одной машине со мной. Ее пришлют из театра.

– Спасибо, Ирина Маркеловна! Теперь мне нужно решить, кого взять с собой.

– Возьмите Водорезова, – подсказала артистка.

Дайнека заупрямилась:

– Нет. Не знаю… Мне нужно подумать.

Глава 17

Икона святой праведной Анны

И все-таки в театр она отправилась с Водорезовым.

В Москву поехали на машине Дайнеки, потому что днем, когда она перебирала архив, ей позвонил отец:

– Людмила, нам нужно встретиться.

– Что-нибудь узнал про икону? – оживилась она.

– Узнал.

– Рассказывай.

– Это не телефонный разговор. Сегодня приеду к тебе, посмотрю, как ты устроилась, заодно и поговорим. – Он явно искал повод, чтобы побывать в пансионате и разузнать, как живет дочь.

Дайнека ответила:

– Не получится, папа.

– Почему?

– Сегодня вечером я уезжаю в Москву. Меня пригласили в театр.

– Кто? – спросил Вячеслав Алексеевич.

– Одна наша артистка. Она играет в спектакле.

– Вокруг тебя интересные люди.

– Об этом я тебе говорила.

– Как же нам быть?

– Давай сделаем так: я заеду к тебе на дачу после спектакля. – Дайнека помолчала, решая, как преподнести дополнение. – Только не удивляйся. Я буду не одна.

В голосе отца прозвучала надежда:

– Кто он?

– Главный врач пансионата Платон Борисович Водорезов.

– Старик?

– Почему ты об этом спрашиваешь? – возмутилась Дайнека.

– Ты сказала – главврач.

– Ему всего тридцать два.

– Что ж, одобряю, – обрадовался Вячеслав Алексеевич.

– Ты его даже не видел, а уже одобряешь!

– Просто доверяю тебе.

– Ловко ты вывернулся!

– Вечером жду.

В начале седьмого Дайнека и Водорезов выехали за ворота пансионата и, свернув на шоссе, помчались в Москву.

На Водорезове был отличный костюм и дорогой галстук. Дайнека надела скромное платье, другого у нее с собой не нашлось. Немного помучившись, она приняла решение:

– Мне нужно заехать домой.

– Я не возражаю, – сказал Водорезов и поинтересовался: – Зачем, если не секрет?

– Нужно переодеться.

– На мой взгляд, вам и так хорошо.

– Не более, чем любезность, – проронила она.

– Не понял?

– То, что вы сказали, – простая любезность. Вы не откровенны. Сказали, чтобы сказать. Сами-то вырядились, а мне и так хорошо?

– У вас шквальный характер…

– Просто говорю то, что думаю.

Когда они подъехали к дому, у Дайнеки было желание оставить его в машине, однако Платон сам напросился в гости:

– Хочу посмотреть, как живут представители золотой молодежи.

– Позолоченной, – уточнила она и пригласила его в квартиру.

Переодевание, как и макияж, заняли пятнадцать минут. Пока она возилась в своей комнате, Водорезов изучал библиотеку отца и пил кофе, который Дайнека сварила для него на скорую руку.

Она вернулась в черном гипюровом платье и атласных туфельках на небольших каблучках.

– Это очень красиво, – со знанием дела сказал Водорезов. – Просто и элегантно.

Они выехали поздно, однако успели к началу первого акта.

Все время, пока шел спектакль, Дайнека мучилась одной только мыслью: как сказать Ирине Маркеловне, что он ей не понравился. К счастью, сама Артюхова блистала.

По окончании третьего акта Дайнека и Водорезов отправились за кулисы, куда их пригласила Артюхова. Зайдя на сцену не с той стороны, они чуть-чуть поплутали. И здесь, среди пыльных кулис, случилась небольшая неловкость.

– Подождите… – Водорезов остановился.

– Что? – Дайнека замерла и повернулась к нему.