Анна Князева – Хозяин шелковой куклы (страница 33)

– Бери сколько понадобится.

У Института Склифосовского Вешкин вышел из машины, предупредив, что его ждать не нужно.

А Вячеслав Алексеевич поехал в «Евросибирский холдинг».

– Вас ожидают.

– Что? – Вячеслав Алексеевич остановился посреди приемной и взглянул на секретаршу.

Она повторила:

– Вас ожидает мужчина.

– Кто?

Секретарша посмотрела на перекидной календарь:

– Крапивин Герман Сергеевич.

– Где он? – спросил Вячеслав Алексеевич.

– В переговорной. Пригласить к вам в кабинет?

– Не нужно. Я сам пойду к нему. – Развернувшись, он зашагал в противоположном направлении и, распахнув дверь переговорной, резко спросил:

– Чем обязан?

Крапивин поднялся со стула и подошел ближе:

– Здравствуйте, во-первых.

– Здравствуйте. Зачем вы пришли?

– Здесь будем говорить или перейдем в ваш кабинет?

– Здесь останемся.

– Что ж, как говорится, хозяин – барин. – Крапивин снова уселся.

Вячеслав Алексеевич взял стул и сел напротив него:

– Слушаю.

– Мне нужно подробное описание внешности женщины-убийцы.

– Я не видел ее. Не знаю.

– Со слов вашей дочери.

– Она не слишком подробно описывала. У вас, кстати, есть запись с камеры наблюдения.

– Запись крупнозернистая, ракурс неудачный. Она как будто знала, где ей стоять.

– Что именно вас интересует? Цвет глаз? Дама была в солнцезащитных очках.

Помолчав, Крапивин заметил:

– Нехорошо…

– То есть?

– Неправильно поступаете. Дергаетесь, ерничаете, а потом требуете найти убийцу.

– Это ваша обязанность.

– А как насчет гражданского долга?

– Ну хорошо. – Вячеслав Алексеевич сосредоточенно замолчал, потом начал рассказывать: – Женщина – выше среднего роста, с хорошей фигурой, шатенка. Платье красное, на руках – кружевные перчатки.

– Волосы?

– Шатенка.

– Длина?

– Кажется, до плеч или длиннее.

– Сумочка была?

– Об этом дочь не рассказывала.

– Обувь?

– Нет, не припомню.

Немного помолчав, Крапивин сказал:

– Что ж… Почти совпадает с показаниями других свидетелей.

– Зачем тогда спрашиваете?

– Дураком был бы, если бы не спросил.

– Повторюсь: это со слов дочери. За точность я не ручаюсь. Погодите… Вы сказали – почти?

– Водитель «Газели» утверждал, что женщина была невысокого роста.

– Неужели?

– А платье было зеленым.

Вячеслав Алексеевич покачал головой:

– Возможно, я что-нибудь перепутал. А что говорят охранники?

– Каждый свое. Хорошо ее никто не смог разглядеть.

– Странная ситуация. Маршрут скутера проследили?

– Он ехал по дворам.

– Значит, нет… Послушайте, у вас есть и другие зацепки.

– Например? – поинтересовался Крапивин.

– Серый «Фольксваген». Разыскали машину?

– Я говорил с хозяином.

– Что он сказал?

– Ничего из того, что бы вам понравилось. Никаких опасных маневров на дороге. Специально он их не делал.

– Но ведь вы сами все видели! – воскликнул Вячеслав Алексеевич. – Он вынудил мою дочь втиснуться между джипом сопровождения и «Майбахом» Грека!

– Каждый видит то, что ему хочется. Я, как лицо незаинтересованное, просмотрев запись, могу согласиться и с вами, и с ним.

– Да что же это такое! Неужели не понимаете, что следствие движется по замкнутому кругу?