Анна Клэм – Нечисть (страница 8)

– Садись. – Его голос звучит весьма серьезно.

– Я же сказала, что не сяду в твою машину, – гордо заявляю я и разворачиваюсь, чтобы уйти.

Мысли одна за одной вертятся в голове, хотя я вообще ни о чем сейчас думать не хочу. Я просто устала. Подул прохладный ветер, и я обняла себя за плечи, чтобы хоть немного укрыться от непогоды.

Понимаю, что спорить с Ромой сейчас бессмысленно, да и я не в том настроении, чтобы устраивать разборки посреди улицы ночью. Концентрируюсь на дороге и продолжаю двигаться в сторону дома, но мысли все равно заняты этим идиотом. Совесть, видимо, его ничуть не тревожит.

Слышу за спиной шаги, но решаю не оборачиваться. Спустя пару секунд меня отрывают от земли и закидывают на плечо. Рома забирает рюкзак и вешает его на второе плечо. После мы разворачиваемся и двигаемся к машине. Я смотрю на тропинку, по которой только что шла, и наблюдаю за тем, как она отдаляется. Через несколько секунд я все же решаю, что нужно возмутиться.

– Эй, ты что делаешь, придурок? Поставь меня на землю! – Я бью кулаком по широкой спине, но все кажется бесполезным.

– Нечисть, будешь сопротивляться – специально уроню, ясно?

– Ты вообще не смеешь меня трогать против моей воли!

– Ты сама сказала, цитирую: – «делай что хочешь», – говорит Ромашка. – Я хочу отвезти тебя домой.

– Ты когда-нибудь оставишь меня в покое или нет?! Сколько можно? Сколько можно действовать мне на нервы?! Я же когда-нибудь реально придушу тебя, и вообще, я с тобой не разговариваю после того, как столько прождала!

– Да-да, как скажешь. – Кажется, он даже не слушает. – Осторожно, не ударься головой, – предупреждает он перед тем, как усадить в машину. Дверь за мной закрывается, а я складываю руки на груди.

Рома обходит машину спереди и садится за руль. Он поворачивается ко мне, хватает ремень безопасности и пристегивает меня.

– Не веди себя так и не хмурься, а то в старости будет много морщин, – спокойно говорит он, но желания разговаривать у меня нет, и я ничего не отвечаю.

Через десять минут мы уже возле моего дома. За всю эту короткую дорогу ни я, ни Рома не сказали ни слова.

Он обходит машину и открывает мне дверь.

– Как мило с вашей стороны, – морщусь я, прежде чем выйти.

Он вытаскивает велосипед и вручает его мне.

– Видишь, как быстро, а ты боялась, – говорит он.

Я молча двигаюсь в сторону калитки, ведя велосипед рядом.

– Доброй ночи, Нечисть. Надеюсь, сегодня тебе приснюсь я.

– Спасибо, только кошмаров мне не хватало.

Глава 6

Папина дочка

Голова ужасно болит, но в школу идти все равно придется. Еще немного – и все это закончится. До экзаменов и выпускного осталась всего пара месяцев. К тому же сегодня пятница, а это значит, что впереди целые выходные.

Спускаюсь на первый этаж и застаю на кухне только маму.

– Доброе утро, садись завтракать.

Через несколько минут передо мной оказывается тарелка. Пахнет очень аппетитно.

– А где все? – интересуюсь я.

– Папа уехал уже, он сегодня Веронику повез в школу, – говорит мама, продолжая складывать посуду в посудомойку.

– Ура! – Я вскидываю руки вверх. – Сегодня поеду без дорожного критика! – И мы с мамой смеемся.

– У нее подростковый возраст, нужно просто переждать, – говорит она.

– Да-да.

– Что за парень подвозил тебя вчера?

От удивления я поперхнулась. А мама многозначительно улыбается.

– Не смотри на меня так, мы просто делаем проект вместе.

– Я его раньше не видела. И давно вы «просто», – она показывает пальцами кавычки в воздухе, – делаете проект? – Ну ма-а-ам, это правда! – возмущаюсь я.

– Ты же говорила, что будешь делать его с Максимом.

Боже, почему она запоминает все на свете?!

– Ну, случились небольшие изменения, и нам поменяли напарников – придумываю я на ходу, лишь бы не говорить маме, что произошло на самом деле, и не рассказывать о том, что Рома достает меня уже не первый год. – Допрос окончен?

– Ладно, так уж и быть, я тебе поверю, – говорит мама, протягивая ко мне руки, и берет мою ладонь в свои. – Просто я очень не хочу, чтобы все произошло, как в тот раз. А каково папе видеть своего ребенка подавленным и разбитым? Наверное, самое ужасное чувство для родителей. – Ее голос начинает дрожать. – Поэтому пообещай: если вдруг что-то случится, ты сразу расскажешь, обещаешь?

– Мам… – Хочется поскорее закончить этот разговор.

В мыслях всплывают неприятные воспоминания, которые хочется спрятать подальше, а лучше вообще стереть. Однако, как бы ни хотелось об этом забыть самой, заставить сделать это своих родных я не в силах.

– Ты ведь после этого так изменилась… Но знай, для нас ты все та же маленькая Васюша. – Она гладит меня по щеке.

– Мам, я просила меня так больше не называть!

Васюшей меня когда-то называла бабушка. Мама тоже называла меня так в детстве, но мне это никогда не нравилось.

– А я так и не услышала обещания, – натянуто улыбается мама.

– Обещаю, – совсем тихо произношу я, проглатывая тяжелый ком в горле.

По поводу того, что я сильно изменилась, мама действительно права. Мой папа прокурор, а мама журналист, однако бо́льшую часть времени она проводит дома, потому что пишет в основном для интернет-изданий.

У меня любящая семья, но я считаю себя папиной дочкой.

Родители всегда старались дать мне самое лучшее. Игрушки, поездки и впечатления – у меня все это было, и в детстве я просто радовалась беззаботным дням.

Глава 7

Расставание

Наши отношения с Никой не всегда были хорошими, но со временем мне начала нравиться роль старшей сестры. И нравилась до тех пор, пока у Вероники не начался подростковый возраст.

Сейчас она бывает просто жуть какой невыносимой, но я стараюсь терпеть и не спорить с ней. Пусть она почувствует себя во всем правой, а я сэкономлю кучу времени на споре.

С детства я была жизнерадостным и открытым ребенком, быстро находила новые знакомства, и у меня никогда не было с этим трудностей. А еще я очень любила справедливость и просто терпеть не могла, когда кого-то задевали, оскорбляли или накидывались толпой. Эти качества мне привил дедушка.

Так было до семнадцати лет. А потом случилось событие, которое изменило мое отношение к людям.

Я была старостой класса и школьной активисткой. Танцевальный марафон? Я уже записываюсь. Подготовка статьи для школьной газеты? Конечно, только скажите тему, могу даже взять пару уроков у мамы. Олимпиада по информатике? Почему бы нет, и неважно, что я терпеть не могу этот предмет, зато грамоту дадут и время весело проведу. Короче, я была везде.

Родителям очень нравилась моя позиция. Они просили, чтобы я приобщила и Веронику, однако сестре это было неинтересно, поэтому все попытки оказались напрасными.

Максим тогда реально походил на ботана и зубрилу, не то что сейчас. Наглаженная рубашка, очки и тяжеленный рюкзак с разными книгами, бо́льшая часть которых в школе не нужна, но он их таскал для общего развития и даже успевал что-то читать на перемене. Не понимаю, как мы находили общие темы для разговоров.

Некоторых уже тогда интересовало, почему Рома ко мне цепляется, но я только отмахивалась и говорила, что он просто дурак.

На одном из собраний активистов я заметила парня. Он словно из книги вышел. Высокий блондин с голубыми глазами, так еще и участник команды по волейболу. Втрескалась я по уши. Я тогда, кажется, столько о нем болтала… Макс и Катя скоро начали закатывать глаза, как только я вспоминала о Викторе.

Школьные матчи стали моим любимым времяпрепровождением. Я ходила на тренировки и матчи несколько недель, и на одном из них случилось чудо. На выходе из зала кто-то меня толкнул, но не успела я испугаться, как почувствовала, что меня держат чьи-то сильные руки.

– Ты как?

Я открыла глаза и увидела Виктора. Однако, если бы я знала, чем это все закончится, то предпочла бы тогда упасть и сломать нос. Так мы познакомились, а через месяц начали встречаться.

Моему счастью тогда не было предела. Мы с Витей часто обедали вместе, вместе ждали моих родителей, забиравших меня из школы, либо он провожал меня до остановки, гуляли на выходных. Я сразу же познакомила его со своей семьей, и все приняли его. Единственный человек, которому Витя был противен, – это Вероника, но тогда я не обратила на это внимания.

Шел месяц за месяцем. Я была влюблена и постоянно пребывала в эйфории. Даже Рома отстал от меня, видимо, понял, что может нарваться на неприятности.

Максим был немного в шоке, когда я рассказала про свои отношения, но возражать не стал. Катя искренне порадовалась за меня, а потом выманила все подробности.