реклама
Бургер менюБургер меню

Анна Кимова – Зяблик (страница 21)

18

– Очень приятно, Юля. Позвольте постоять с вами рядом. Надеюсь, не прогоните?

– Я здесь так же, как и вы в гостях. Так что у нас с вами абсолютно равные права, – сухо произнесла она.

– Разрешите поинтересоваться, чем же вас Дима не устроил в качестве жениха? Не отсутствием ли московской прописки?

В голосе Юли зазвенел металл:

– Не разрешаю. Еще вопросы будут?

– У-ху-ху. Что же вы сразу все так в штыки принимаете, Юленька? – развязно продолжал Кирилл. – Я, может, этот вопрос задаю в разрезе интересов собственной персоны. У меня и денег поменьше, и влияния. Но зато обычно я беру природным шармом и настойчивостью. Как увидел вас, все, ни спать, ни есть не могу, пропадаю. Понимаю же, что не моя невеста, не могу же я на чужое добро покуситься! Просто сохну, не поверите! А сегодня глядь, а вы с Димой вроде не договорились. Так у меня сразу в сердце – огонек надежды. Может, он вас как мужчина не устроил, что же мы не люди, не понимаем? И как раз по этой части, вы уж поверьте мне на слово, я могу многое предложить. Но, если дело все же в прописке, то это для меня серьезная помеха. Я принципиально не люблю людей, сдвинутых на столице, если вы понимаете, о чем я.

– Понимаю. И вам отвечу утвердительно. Я – сдвинута. Помеха принципиальная, – тон Юли сменился на угрожающий, – так что давай отчаливай отсюда!

Однако Кирилл был настойчив:

– У-уф, какой болезненный выпад! И как это неожиданно прозвучало из уст лесной нимфы! А где же свойственная ей легкость, непринужденность в общении? Тем более, нас уже кое-что объединяет.

Юля спокойно спросила:

– Интересно что?

– Ну, например, неприязнь к собравшейся компании. От меня не укрылось, что и вам она не по вкусу.

– Сомнительный повод для объединения.

– Так ведь это не единственный повод. Есть еще один, гораздо более приятный. Мы же с вами можно сказать вместе купались, настолько я был погружен в процесс.

– Можешь и дальше в него погружаться, – отрезала Юля, – пока тебя кто-нибудь не погрузил во что-нибудь более осязаемое.

Кирилл громко и развязно засмеялся:

– Что-то у нас все никак разговор не клеится… Может, без лишних слов просто возьмем и как-нибудь искупаемся вместе?

В голосе Юли послышалась усталость:

– У нас разговора и не получится, это ясно. Я тебя и в первый раз в наблюдатели не приглашала. Помнится мне, это не я в то утро пришла на чужие земли за девками подглядывать. И был бы ты человеком, с которым у нас разговор мог получиться, то прошел бы мимо, не нарушая моего уединения, или хотя бы себя не обнаружил.

– А это идея. Я в следующий раз так и сделаю.

– Следующего раза не будет.

Послышался скрип кресла, и Дмитрий уловил шорох, говорящий о том, что Юля встала. Похоже, что она собиралась уходить. Но ее голос вдруг зазвучал снова:

– Руки убери! – Юля говорила с угрозой.

– Зачем? Мы здесь только вдвоем, никто не узнает…

Кровь прилила к лицу Дмитрия, он подался вперед, собираясь рвануть на соседа, но в следующую секунду услышал голос опешившего Кирилла:

– Ты что, с ума сошла?

Юля тихо ответила:

– Руки убери! – угроза все еще звучала, Юля была настроена решительно.

– Хорошо, хорошо, только спокойно!

– Вот и умничка!

Дмитрий снова уловил шорох одежды, затем тихий звук удаляющихся шагов. Через секунду раздался злой голос:

– Сука!

Кирилл тоже ушел. Оставшись в одиночестве, Дмитрий уперся обеими ладонями в поверхность ширмы и тихо засмеялся. Несносная, отчаянная, дерзкая девчонка! Ну как на нее можно было злиться? С каждой минутой он приходил от Юли во все больший восторг. Она должна принадлежать ему, он должен этого добиться.

Дмитрию было чертовски интересно, что такого она сделала Кириллу, отчего тот так быстро отступил. Но уж он-то не отступит, Юля может не надеяться. Не на того напала! И Дмитрий не собирался с этим затягивать. Сейчас для него было не время, чтобы ждать и получать удовольствие от предвкушения победы. Юля была достойным соперником, так что надо было брать быка за рога.

Глава 11

Только зайдя в дом с веранды, Юля почувствовала, что продрогла. В гостиной все еще горел камин, и девушка решила немного возле него погреться. В противоположной части комнаты несколько мужчин и Наташа сидели в креслах, расставленных возле низкого стола. Они выпивали и услаждались закусками из сыра, колбас и рыбы. Юля прошла мимо и подошла к камину. Дмитрия нигде не было видно. Вскоре к девушке присоединился Евсей Петрович. Юля ему улыбнулась.

Евсей заговорил первым:

– Замерзли?

– Чуть-чуть. Долго сидела. Вот пришла немного погреться у огня. Я люблю живое пламя.

– Да, к огню мало кто может остаться равнодушным.

Подошла Анастасия, и Юля снова улыбнулась.

– Куда вы пропали, Юленька? – спросила мать Дмитрия.

Улыбка Юли была слегка застенчивой. Девушка молчала.

– Не хотите чего-нибудь выпить? – Анастасия смотрела ласково и располагающе.

– Благодарю, но нет. Вы не беспокойтесь, все и так прекрасно!

Евсей Петрович напомнил:

– Не забудьте показаться мне через недельку.

Юля покачала головой, выражая свое несогласие.

– Зачем? – насторожилась мать Дмитрия.

Евсей подмигнул Юле:

– А это наш с Юлей секрет!

– Думаю, в этом нет никакой необходимости, – ответила девушка. – Я прекрасно себя чувствую.

– И тем не менее. Вам надо поберечь себя. И уж точно пока не засиживаться ночью на открытой веранде!

Анастасия вопросительно на них посмотрела.

Юля была благодарна врачу:

– Спасибо вам за заботу! Давно никто не проявлял столько участия к моей жизни. Я уж и забыла, как это приятно.

Евсей Петрович мягко улыбнулся.

– А не хотите горячего чая? – поинтересовалась Анастасия. – Пойдемте на кухню, там у Димы прекрасный выбор.

– Очень хорошая мысль, чай – это как раз то, что вам нужно! – поддержал идею Евсей.

Юля посмотрела на Анастасию:

– С удовольствием!

– Берегите себя! – заключил врач.

Женщины прошли в сторону кухни и по дороге Юля обернулась к Евсею Петровичу, чтобы снова ему улыбнуться. От компании мужчин отделился Михаил и проследовал в кухню вслед за женщинами. Он застал их в тот момент, когда Анастасия искала заварку.

– Миша, будешь с нами чай? – спросила его мать Дмитрия.

– С удовольствием! – согласился он.